Безголовый латник застыл на пару секунд, словно обдумывая моё предложение. Но и это была уловка — он вдруг отпустил не поддающийся молот, молниеносно выхватил мизерикорд левой рукой и попытался пырнуть меня в бок.

БАБАХ! БАХ!!

На этот раз — два выстрела, после того как отбросил упрямого гада пинком к стене. Ещё не успел осыпаться пепел, а новый каменный гроб неподалёку затрясся от уже знакомой дрожи.

Судя по практически новым, слегка потрёпанным латам и оружию, этот урод не просто использовал тела и «жилплощадь» своих бывших товарищей для перерождения. Нет, вдобавок он выкачивал из них энергию для усиления способностей! Этот тройной обманный взмах я не перехватил, и пусть молот в итоге бессильно скользнул по непробиваемой поверхности Вирмборда, мне это совсем не понравилось. Допустим, двадцать-тридцать таких итераций я без проблем грохну, едва прибегая к силе Авалона. Но до какой степени он будет себя улучшать⁈

— Ава, Ян! Задача — поймать голову в воздухе и спустить на землю. По возможности не испепелять, ни при каких обстоятельствах не есть.

— Ага!! — радостно взревели драконята в унисон, разбегаясь по каменным ступеням и взмыв ввысь.

Надо сказать, Ян был абсолютно прав — он летал быстрее сестры, хотя слегка уступал ей в манёвренности. Впрочем, проследить за воздушным пилотажем драконьих детей полноценно не удалось — вновь вмешалось безголовое тело. На этот раз мой план состоял в том, чтобы не дать ему возможности переродиться и заново набраться сил. Но то ли я не соизмерил силу удара, то ли командир дуллаханов обладал абсолютным контролем над своим телом, оно отлетело на каменный пол и словно съёжилось, уменьшившись до размера стандартного безголового латника.

Новый взрыв раздался не в двух шагах, а где-то в отдалении.

Я выбрался на основной, верхний уровень солдатского склепа — лишь затем, чтобы тут же словить пулю прямо в центр груди! Причём не обычную пулю, а крупный свинцовый шарик, сплющившийся почти до неузнаваемости и скорее нанёсший психологический вред. Безголовый латник стоял на другом конце зала, спешно перезаряжая дымящуюся аркебузу.

Не только обновление брони и оружия — сейчас выглядящих идеально новыми — но и смена арсенала по необходимости. Вирмборд в теории нельзя было пробить даже знаковым оружием других замков, Ланселот точно не справился. Но я отнюдь не мечтал, чтобы где-то через полчаса этого безумного боя меня обстреливали уже из подствольного гранатомёта, одновременно поливая бронебойными пулями. Так что вместо того чтобы ответить огнём из Райнигуна или пытаться схватить наглое тело, я сосредоточился на выслеживании летающей головы.

К этому моменту драконята дважды загоняли беснующуюся башку в угол, но оба раза она ускользала. Третий должен был стать последним. Разгадав мой план, туловище дуллахана бросилось в атаку, но вдруг поскользнулось на ровном месте, распластавшись на полу. То-то я последние пять минут не видел Кулины, а она зря времени не теряла!

Прицелиться. Расправить крылья «Метаморфа», напружинить длинные, идеально приспособленные для прыжка ноги. Прыгнуть!

Безумно скалящаяся голова чуть было не ускользнула, но я успел ухватить её за кончик седой гривы. Мы приземлились вместе, и безголовое тело застыло, уже успев встать и прицелиться из своей аркебузы, но не решаясь выстрелить. Дуло Райнигуна упёрлось в лоб присмиревшей башке.

— Последний шанс, — проворчал я. — Либо мы говорим, либо я очень быстро найду для разговора кого-нибудь ещё. Считаю до трёх. Раз…

Какие вообще шансы, что за столько тысячелетий капитан элитной гвардии не обезумел? Из примеров у меня имелись лишь Надзиратель да Арчибальд, но оба являлись большим исключением. Не факт также, что испепеление перерождающегося весельчака даст положительный эффект — это место капитально отличалось от обычных ключевых комнат.

— Два…

— Не стреляй, фон Харген.

От неожиданности я вздрогнул и чуть не уронил свою добычу. Впрочем, та даже не попыталась воспользоваться развитым успехом, смотря на меня вполне осмысленно.

Голос, кстати, был отчётливо женским, низким, с приятной хрипотцой.

— Не стреляй, — повторила она. — Договоримся.

Любопытный исторический факт — доспехи для женщин выглядели точно так же, как и доспехи для мужчин. Никакого тебе подчёркивания груди или талии — бессмысленно и непрактично. Соответственно, леди в полном комплекте латной брони было практически не узнать, разве что как раз по голосу.

В случае командира дуллаханов у меня ещё и имелась голова без шлема, но она иссохла настолько, что женский пол можно было предположить разве что по длинным волосам. Опять же, не самый надёжный признак.

Так или иначе, получив осмысленный ответ, я опустил Райнигун в кобуру и разжал кулак, сжимающий седую гриву. Голова ухмыльнулась, вылетела у меня из рук и приземлилась точнёхонько на обрубок шеи своего тела. Немного покрутилась туда-сюда и вроде как укоренилась. По обеим бокам от меня приземлились Ава и Ян, чуть за спиной вернулась в человеческую форму Кулина. Всё готово к переговорам.

— Шустрый ты, фон Харген, — вдруг сказала леди-дуллахан, не дав мне даже нормально представиться. — Подорванный. Тебе, должно быть, позарез нужна готовая армия, раз даже драконов захватил.

— Вообще я сюда пришёл не за этим, — задумчиво сказал я. — Но от армии, надо сказать, тоже не отказался бы.

— Придётся отказаться. Ритуал пробуждения давно утерян, клятвы забыты, ключи стёрты в порошок и развеяны по ветру.

— То-то по замку гуляет несколько сотен безголовых. Им, наверное, забыли сказать.

— Исключения, — пожала плечами она. — За тысячи лет накопившиеся до статистики. Кого-то из парней пробудили против воли, кто-то смог выбраться сам, кто-то так и ходит, не проснувшись.

— И ничего сделать нельзя.

— Совершенно ничего.

Вот и поговорили. Технически, я даже близко не рассчитывал на какую-то армию, когда спускался — только на пару десятков голов тех дуллаханов, которые согласились работать на меня по доброй воле. Может, ещё штук десять новых рекрутов, но не более того. Настрой их капитана — я пока только предполагал должность бронированной леди — сходу вызвал волну раздражения. Даже с мощью Авалона и почти полной кооперацией с Полуночью регулярно находились те, кто пытался указывать мне, что делать и что не делать.

— Почему ты сидела в этой каморке? — вдруг спросил я, кивая туда, где возле одной из винтовых лестниц чернела двухметровая дыра. — Почему не в полноценной ключевой комнате?

— Всё вокруг нас — ключевая комната, — усмехнулась она. — Но загрязнение — не шутки, даже для моей стальной воли. Не хотелось сойти с ума и начать жрать парней, пришлось изолироваться.

— Жрать, как жрала во время боя?

— Только тех, чей разум давно потерян, а тела ещё сохранились. Всё лучше, чем позволить какому-то зелёному хозяину наводить порядки там, где не надо.

— В самом деле? — сухо спросил я. — Тогда прошу прощения, что заявился со своими порядками. Возможно, ритуалы и клятвы не так уж и важны — хватит одного очищения.

— Не хватит.

— Проверим?

— Проверяй! — подозрительно легко согласилась она.

Надзиратель в своё время уже пытался взять меня на понт, поскольку тоже управлял загрязнённой темницей несколько тысяч лет. Только вот тогда я был послабее, а сейчас ситуация радикально изменилась. С силой Авалона я мог бы очистить даже комнату, загрязнённую хоть со времён строительства замка. А чтобы добраться до тронного зала хватит того зеркала, что я предусмотрительно захватил с собой.

Единственная проблема, куда стрелять-то? В тело уже пробовал, не работает, остаётся голова. А с головой надо поаккуратнее.

Я вскинул Райнигун, целясь в ухо собеседницы. Большой симпатии она не вызывала, но не испепелять же её за это? Опять же, в очищенном состоянии капитан дуллаханов могла оказаться более сговорчивой и дипломатичной. Тогда и поговорим нормально, без наездов.