В первый месяц правления, я думал, что души, сбежавшие из-под контроля Полуночи, автоматически получают мёртвые тела. Ну вот такая хоррорная особенность, чего удивляться-то? Что-что, а тела вечный замок мог восстанавливать без каких-либо загвоздок. Затем стало ясно, что к теням-паразитам относится не только нежить, но и мимики, слаймы, пиявки, а также некоторое количество другой, вполне себе живой братии. Да и нежить различалась по виду, где сильнее всего выделялись именно дуллаханы.

Подозрение, что безголовые являлись частью то ли какого-то особого отряда, то ли целой армии, зародилось уже тогда. Рассказ Роланда подвёл базу под теорию, спуск в солдатский склеп расставил точки над «и».

Итак, не позднее шеститысячного года по л. п. один из хозяев Полуночи — может, мой прямой предок, а может и нет — решил, что внутренние войска нуждаются в полной реорганизации. Не знаю, была тому причиной низкая популярность вечного замка как места работы, коррупция или отсутствие дисциплины в текущей гвардии, но результат вышел один. Новая гвардия — образец профессионализма, закованная в лучшую броню и оснащённая первоклассным оружием, способная отразить натиск как людей, так и чудовищ.

Отразить даже после смерти.

Хозяева-некроманты — практически визитная карточка Полуночи. К счастью, в отличие от Бертрама, этого сумрачного гения не тянуло на безумные эксперименты. Скорее он ставил во главу угла абсолютную эффективность без каких-либо отступлений от формулы. Единый стиль доспехов, единый кодекс, единое посмертие. Причём не исключено, что каждая деталь, включая вечную службу, была прописана в контракте.

Не знаю, каким образом безымянному хозяину удалось превратить гвардейцев в «классическую» нежить. С другой стороны, Бертрам тоже проворачивал подобное, пусть и в меньшем масштабе — он не придумал умертвий и баньши. Дуллаханы сохраняли навыки битвы, приобретённые при жизни, и не боялись лишиться головы, известной уязвимой точки для восставших мертвецов. Удобно, доступно, эффективно. Половина гвардии служит в живом виде, половина — в неживом, причём до надобности дожидается в обширном склепе.

Только вот одна проблема — ни один король и ни один хозяин не правит вечно. В какой-то момент элитная гвардия Полуночи вновь стала обычной гвардией, а доступ к «хранилищу» дуллаханов был утерян. Со временем солидная часть из них смогла вырваться из рамок некогда безупречной системы и отправиться нести самостоятельную вахту в коридорах вечного замка, подключившись к великой душе без её ведома. Может, именно поэтому они не горели желанием вновь заступать на «официальную» стражу?

Когда мы вошли в зал, перед нами почти сразу открылся спуск к основной части катакомб. Открылся так, что стало ясно — это не тривиальное событие для каждого посетителя. Явно сыграл роль мой статус хозяина, либо же кровь и внешность фон Харгенов. А значит, где-то здесь имелись и другие механизмы, облегчающие взаимодействие с мёртвым легионом.

Даже если сегодня от этого легиона в основном остались гробы с мумифицированными головами.

К сожалению, чутьё драконят на магию здесь было бесполезно — магия исходила почти из каждого гроба. Поисковый амулет тоже не облегчал задачу, поскольку презрительно игнорировал неконкретные запросы в духе «где тут точка управления?»

Спустя добрый час поисков, однотипных коридоров, надписей, каменных лиц и ступеней, я начал задумываться — есть ли вообще эта самая точка? Может, только спуск открывался на автомате, а всё остальное полагалось делать вручную. Начертить старый добрый магический круг, воззвать к древней клятве, принести кровавую жертву, и что там ещё требуется по заветам запретного искусства? Все данные по ритуалу, разумеется, давным-давно потеряны и забыты, без малейших шансов на восстановление. Допустим, я притащу сюда Лаахизу…

— Я нашла!

— А? Что?

Внезапный возглас Кулины выдернул меня из наполовину оформившихся размышлений, как доставить в солдатский склеп нашего штатного лича в кратчайшие сроки.

— Что нашла? — переспросил я. — Механизм? Разгадку?

— Закономерность! — гордо сказала леди-слайм, уперев руки в полупрозрачные боки и всколыхнув всё тело. — Мы же её искали, так?

— Так. И какую же?

— Здесь есть ещё одно помещение.

Указанный Кулиной участок катакомб на первый взгляд ничем не отличался от остальных. Но леди-слайм сразу заподозрила неладное, поскольку без труда могла измерить расстояние между стенами и угол, под которым поворачивают коридоры. Слаймы вообще отлично находили потайные ходы и скрытые комнаты — а затем пользовались ими в своё удовольствие. Наконец, проверка маской Жнеца подтвердила — почти в самом центре катакомб скрывается целая комната, хитро замаскированная среди окружающих её проходов. Что мешало сделать её совсем с краю, а то и поместить на огромном пустом пространстве снаружи — хороший вопрос. Например, чтобы я окончательно сломал себе голову, если бы не Кулина.

Разумеется, для потайного помещения не предполагалось никаких очевидных дверей. Пришлось проделать вход самому, отыскав участок стены, не занятый каменными гробами. В самом солдатском склепе ничем не пахло, а вот из новой дыры с неровными краями разило смертью — и ржавым железом.

Я всё ещё не чувствовал страха — но вдруг подумал, что Ян сходу выдвинул не такое уж плохое предположение. Может, и в самом деле стоило просто открывать гробы один за другим?

Следом уже стало не до размышлений.

ХРЯСЬ!

Что-то вылетело из скрытой комнаты, вылетело со скоростью пули и врезалось мне в грудь. Я пошатнулся и отступил к стене, успев рассмотреть только гриву седых волос да край безумной ухмылки на иссохших губах. Атаковавшая меня голова расхохоталась и взмыла ввысь, в недосягаемость далёкого потолка.

Вслед за ней, словно в какой-то старой дурацкой рекламе, уже повреждённую стену доломало тело дуллахана. Это был самый крупный экземпляр, что я видел в Полуночи, ростом далеко за два метра — без головы — и вооружённый двуручным боевым молотом. И оружие, и доспехи проржавели настолько, что под слоем коррозии едва проступали уцелевшие металлические части. Впрочем, это здоровяка ничуть не смущало. Не тратя времени на оценку обстановки, безголовый попёр на меня.

БАБАХ!!

Мой расчёт был прост — если это обычный дуллахан, просто чуть более сильный и наглый, испепеление вернёт его душу Полуночи. Если это загрязнённый «босс» локации, попадание в любую точку тела кроме башки должно засчитаться за очищение. Так-то я мог скрутить его в бараний рог хоть голыми руками, но зачем тратить столько сил?

Увы, тут же стало понятно, зачем.

Туловищу в ржавой броне хватило одной пули, чтобы дёрнуться и осыпаться горкой праха. Но раздавшийся откуда-то с высоты отголосок хохота как бы намекнул, что приключения на этом не окончены. Ближайший ко мне каменный гроб вдруг мелко задрожал, дёрнулся и взорвался, разлетевшись на тысячи осколков! Грёбаная граната! Хорошо хоть Кулина стояла с другой стороны стены, драконята успели закрыться крыльями, я — закутаться в броню Вирмборда. От мрачной и торжественной атмосферы не осталось и следа.

Из ниши, где только что рванул гроб, медленно выбирался целёхонький дуллахан, которого я только что испепелил. Да что там — испепеление определённо пошло ему на пользу, обновив состояние оружия и доспеха с «ржавый мусор» до «пару дней чистки и можно пользоваться». Что же, вот и ответ на мой вопрос — определённо «босс», да ещё и с крайне неприятными возможностями. Моментальное перерождение? Неуязвимость, пока цела башка? Боевой молот загудел, отправляясь в полёт, но застыл, намертво схваченный моей левой рукой.

— Я не мечтаю с тобой сражаться, — спокойно сказал я, игнорируя бешеные попытки дуллахана вырвать оружие. — Предпочитаю договариваться там, где возможно. Если слышишь, спускайся сюда и попробуем поговорить — об очищении тебя и твоих соратников. Если нет…