— Более того, уважаемый Бальдур. Если обязательства с вашей стороны будут исполнены неукоснительно, избранный техномант Восточного Концерна станет эмиссаром Полуночи в Торвельде. После этого я лично открою теневой маршрут на указанном вами промежутке, исключительно для пользования Концерна и его партнёров.

Наш собеседник потерял дар речи — второй раз за последние полчаса. Теперь ему потребовалось не менее пяти секунд, чтобы вновь его обрести. После чего он выдохнул фразу, с которой и начался наш разговор:

— Какая… невероятная честь!

На Грюннвахт опускались сумерки. Фонарщики без лишней суеты зажигали масляные фонари, а электрические загорались сами. День подходил к концу, но наш план был далёк от завершения.

— Напомните, что мешает им опустошить склады и предоставить нужное количество слитков?

— Отсутствие этих самых слитков, лорд Виктор.

Элгрид Смелтстоун нацепил свои любимые очки и вытащил из заплечной сумки бухгалтерскую книгу, с которой, судя по всему, не расставался в любое время дня и ночи.

— У меня нет доступа к учётным записям Концерна, но могу вам предоставить проверенную статистику перемещения драгестола по легальным и полулегальным каналам за последние полгода. Исходя из этих данных, в распоряжении Восточного Концерна на текущий момент находится не более трёх тонн драгестола нужной чистоты, что равняется трёмстам стандартным слиткам. Ещё сотню они могут выкупить у партнёров и конкурентов, но не больше — те моментально взвинтят цены до неприемлемых. Даже если Концерн снимет с фасада да переплавит свою эмблему, будь она неладна…

Они не уложатся во что-то одно — либо объёмы, либо сроки. И тогда у Восточного Концерна останется единственный выход — обратиться к производителям драгестола за срочным заказом. Тонна сплава за неделю, ничтожное количество, если бы речь шла об обычной стали. Но требовался драгестол — ценнейший металл на просторах великой паутины, состав которого знала лишь горстка избранных. А это значит, что пламя в подпольных плавильнях должно бушевать без остановки всю последующую неделю.

Драконье пламя.

При худшем раскладе, Восточный Концерн получит доступ к драконьей кузне на десять лет, своего эмиссара и теневой маршрут. Мне не хотелось вручать в их руки ещё больше власти над Торвельдом, но даже это был приемлемый исход событий. Нам с Мелиндой в самом деле требовался драгестол, поскольку противостояние со Знающими грозило перейти в новую горячую фазу в самое ближайшее время. У Полудня уже имелась армия, которой не помешало бы артефактное оружие, а у Полуночи она как раз недавно появилась. Но при лучшем раскладе цвергской мегакорпорации придётся удовлетвориться обычной оплатой за нарушенные сроки, поскольку дракон покинет Грюннвахт вместе с нами.

Не самая честная сделка. Впрочем, как недавно упоминал Элгрид — сколько у концерна не воруй, а своего не вернёшь.

Крючок с наживкой был закинут, и рыба… рыбина Концерна проглотила его не раздумывая. Оставалась мелочь — за ночь найти в громадном городе подозрительную плавильню, взявшуюся за огромный заказ. Магия поискового амулета всё ещё была прибита подавляющим полем, так что нужно было придумать другой способ.

Либо же дождаться, пока способ не найдёт нас сам.

Одна из теней в углу административного здания, куда не доставал свет фонарей, шевельнулась. Не угрожающе и не ошибочно, а намеренно, чтобы обозначить своё присутствие. В следующую секунду тень отделилась от стены и шагнула к нам, оказавшись цвергской женщиной.

Будь она человеком, я бы дал ей лет тридцать, но цверги жили долго и старели медленно — это число можно было смело умножать в два-три раза. Коротко стриженные тёмные волосы, серый китель и на удивление незапоминающееся по цвергским меркам лицо, не считая следа от защитных очков на переносице. Внешность любого работяги на местном заводе — женщин там трудилось не меньше, чем мужчин — или же профессионального лазутчика. Стальной значок сверкнул на миг — и тут же исчез за отворотом кителя.

— Астрид Штальфосс, к вашим услугам. Старший инспектор с допуском В-3. Верховный комиссар просил оказать вам доступную помощь, лорд Виктор.

Голос под стать внешности — негромкий, почти бесцветный. Но смотрела Астрид пристально и цепко, без признаков выгорания, свойственного как рабочим, так и шпионам.

— Рад встрече, Астрид. Чем вы можете нам помочь?

Старший инспектор Штальфосс оказалась ведущим специалистом Комиссариата по подпольной выплавке. Новой информации она предоставила не слишком много — поскольку за годы наблюдений пришла ровно к тем же выводам, что и Смелтстоуны. В Грюннвахте определённо создавали драгестол, либо с помощью команды лучших в мире техномантов и приглашённых магов из других узлов, либо дракона-перевёртыша.

Но что гораздо важнее — в отличие от Эрика и Элгрида, у Астрид имелась собственная сеть агентов, отслеживающих активность ключевых мастерских под подозрением. Далеко не каждая печь, даже зачарованная, могла выдержать натиск драконьего пламени — оттого и постоянная замена футеровки, огнеупорной облицовки внутренней поверхности. Комиссариат ранее не предпринимал решительных мер против производителей драгестола — те выпускали на рынок умеренное количество драгоценного металла, без дестабилизации. Но когда стало ясно, что в их распоряжении, а то и во главе стоит настоящий взрослый дракон, ситуация изменилась.

Дракон — чудовищная, неостановимая сила, рискующая причинить невосполнимый вред городу. Да, он не причинял ранее, но характер у них с годами не становился более мягким. А уж дракон-метаморф, способный прятаться где угодно и под любой личиной, вызывал ещё большее беспокойство. В данном случае, мы с Мелиндой были чуть ли не единственными, кто мог выступать со взрослым драконом на равных. А уж если получится убедить его покинуть город, всем бы стало немного спокойнее.

Идеальный вариант — Гилрам Длиннохвостый впоследствии официально договаривается с властями Грюннвахта, получая гражданство, «белую» работу и обеспечивая защиту от Знающих. Но если он не захотел брать на себя подобную ответственность за прошедшие столетия, какой шанс, что захочет сейчас?

Старший инспектор с допуском В-3 поднесла левую руку к уху, прислушиваясь к чему-то, как к невидимому наушнику.

— Не знаю, это невероятное везение или же результат ваших действий, лорд Виктор, — она всё ещё звучала «бесцветно», но, кажется, была искренне впечатлена. — Одна из нужных нам плавилен только что начала работу. Обычно они разгораются не раньше часу после полуночи, но сегодня исключение.

— За сколько мы туда доберёмся?

— Четыре часа по легальным маршрутам, я проведу вас под землёй за полтора. Не теряйтесь и не отставайте, особенно на затемнённых участках.

Я обернулся к нашим спутникам. Участие Мелинды вопросов не вызывало, но у остальных и без того был не самый лёгкий день.

— Зури, не страдаешь клаустрофобией?

— Вы будете смеяться, но я выросла в пещерах. Я с вами!

— Элгрид, вас не ждут дома?

— Мой брат в отъезде, племянник и племянница — в Полуночи. Буду счастлив вас сопроводить.

— Меня можете не спрашивать! — подала голос паучишка с левого плеча. — Будете прогонять — всё равно останусь!

Спустя минуту ближайший вход в подземелье поглотил нашу группу без остатка.

Так уж сложилось, что на Земле я был в метро всего пару раз, в детстве, — во время кратковременных поездок в столицу региона. В моём родном городе о его строительстве задумывались несколько раз, но проект либо сворачивали, либо разворовывали. Стабильность, что сказать. Впрочем, образ метро хорошо отложился в моей голове, словно я спускался туда каждый день. Эскалаторы, тоннели и поезда, толпы народу, особенно в час пик. Сложно с чем-то перепутать.

Как оказалось, перепутать всё-таки было возможно. С подземными тоннелями под Грюннвахтом.