К моему изумлению, время, проведённое с Петром и Ильёй, стало для меня больше, чем встречей со старыми знакомыми. Больше, чем шумной гулянкой в хорошей компании. Это было боевое братство, выкованное в самой гуще сражений, среди опасных змей, под рёв железных носорогов и в грохоте падающих камней.

Они видели меня в моменты предельной усталости, когда интерфейс мигал предупреждениями, а магия едва держалась на силе воли. Я видел Петра, теряющего сознание от перерасхода сил на ледяном мосту, Илью, с яростью и отчаянием бьющего по непробиваемой черепушке големов…

Мы доверяли друг другу спины. В буквальном смысле. И теперь, когда друзья уехали, где-то в груди образовалась пустота. За эти три дня мы стали… командой. А теперь команда разошлась.

— Барин? — неожиданно услышал я голос Марфы. — Может, чаю?

Она улыбнулась, расставляя на столе фарфоровый сервиз и вазу с песочным печеньем.

— Чаю… да, будет хорошо, — принял её приглашение.

Марфа кивнула, поняв всё без слов, и поставила передо мной чашку. Аромат бергамота и иван-чая заполонил кухню.

— Они хорошие парни, — неожиданно сказала женщина. — Настоящие. Таких сейчас мало.

— Да, — согласился я, делая первый глоток. — Настоящие.

Мы ещё немного помолчали, погружённые каждый в свои мысли. Я макал печенье в чай и с наслаждением ощущал, как сладкая крошка тает на языке. Это был простой, почти детский момент чистого удовольствия, которого мне так не хватало в последнее время.

— Ну, — видимо, посчитав, что было отведено достаточно времени на размышления, вдруг спросила Марфа, — какие у вас теперь планы?

Я задумался. А ведь и правда. Ещё полно незаконченных дел, а я тут сижу, макаю печеньку в чай и грущу о том, что мои друзья отправились по своим делам.

Во-первых: нужно позвонить коменданту Зубову и сообщить о нашем возвращении.

Во-вторых: навестить Аверина и узнать про успехи Алёнки и Степана.

Ну и в-третьих: кроме магии земли у меня была ещё куча неактивных рун, которые ждали своего часа.

Марфа не ожидала ответа, продолжая с интересом наблюдать за бурей эмоций, отразившейся на моём лице. Она молча забрала опустевшую чашку и вопросительно приподняла бровь, напомнив мне воспитательницу из детского дома, которую младшие дети частенько называли мамой.

— Я тебя услышал, — улыбнувшись, произнёс я домработнице и встал из-за стола. — Спасибо за чай и… за компанию. Теперь действительно пора за дела.

По пути в гостиную меня вдруг остановил Вениамин.

— Барин, я тут ремонтников вызвал, чтоб посмотрели ваш автомобиль. Они готовы приобрести его на запчасти, — учтиво поклонившись, произнёс управляющий.

— На запчасти? — удивился я. — Так он же на ходу!

Веня пожал плечами, предлагая самому заняться этим вопросом.

— На ходу-то он на ходу, — мужчина скептически осмотрел дверной проём, словно пытаясь мысленно оценить масштаб разрушений, — но, барин, посудите сами… Без крыши, без дверей, стёкла все вдребезги, кузов погнут как гармошка. Восстанавливать куда дороже, чем новую купить. А на запчасти они цену хорошую дают. Двигатель-то цел, подвеска, колёса… Всё это деньги.

— Ну-ка, — выглядывая в окно, спросил я, — они ещё здесь?

— Угу, — закивал головой Веня.

— Пойдём! — я решительно шагнул к выходу, управляющий шёл следом.

В амбаре, возле покорёженного внедорожника, стояли двое. Один был низкорослым, коренастым, с потемневшей по локоть от машинного масла кожей на руках. Второй был высокий, тощий, с острым профилем.

— Добрый день, ваше благородие, — козырнул коренастый, увидев меня. — Мы из мастерской Фоминых. Вы, вроде, ещё недавно отдавали нам эту машину в ремонт. Она у вас… видимо, в истории побывала.

— Добрый, — сухо ответил я, подходя к машине и хлопая ладонью по уцелевшей части кузова. — Она для дела. Веня говорит, вы хотите её на запчасти?

Тощий выступил вперёд с лёгкой и профессиональной улыбкой торгаша.

— Именно так, барон. Наша мастерская специализируется не только на восстановлении, можем и утилизировать ваш транспорт. Мы предлагаем честную цену, учитывая состояние агрегатов. Двигатель, коробка, мосты, колёса — всё в отличном состоянии, несмотря на… нюансы. Сумма составит…

Я поднял руку, прерывая его.

— Я не продаю.

Мастера обменялись быстрыми взглядами. Коренастый механик хмыкнул, как будто ожидал такого поворота.

— Понимаю, барин, — заговорил тощий, меняя тактику. — Сентиментальная ценность. Но позвольте заметить, эксплуатация транспортного средства в таком виде опасна. А полноценная реставрация… — он сделал паузу, давая мне осознать гипотетическую сумму, — непомерно дорога. Мы же предлагаем чистые, быстрые деньги. Вы сможете приобрести новую современную модель.

— Вы меня не поняли, — сказал я спокойно, обходя машину и заглядывая в искорёженный салон. — Я не продаю и не реставрирую. Я переделываю.

Механик тут же оживился.

— Переделываете? В… вездеход? — в его глазах загорелся азарт профессионала, которому бросили интересный вызов.

— В вездеход, — подтвердил я. — Броня на каркас, съёмные панели, усиленная подвеска, лебёдки спереди и сзади. Никакого хрома, никакого лишнего веса. Только функциональность и живучесть.

Тощий начал что-то подсчитывать в уме, лицо его стало менее восторженным. Механик же, напротив, заулыбался.

— Вот это да… — пробормотал он, приседая, чтобы осмотреть шасси. — Основа-то шикарная! Рама цела, мосты не погнуты… Да из этого монстра можно такого зверя сделать… Бронированный кабан, ей-богу! Только… — он посмотрел на меня, — это опять же недёшево. И небыстро.

— Деньги будут, — сказал я. — Вопрос в другом: возьмётесь?

Механик снова обменялся взглядом с напарником. Тот, вздохнув, кивнул. Видимо, прибыль от сложного заказа тоже сулила быть немаленькой.

— Возьмёмся, ваше благородие! — бодро отрапортовал коренастый. — С командой, с чертежами, с магическими усилениями по вашему желанию. Только скажите: какого зверя из него делать будем? Кабана? Медведя? А то можно и под дракона стилизовать…

— Зверя? — я ещё раз посмотрел на машину. На её шрамы, вмятины, на упрямый живой вид, который она сохранила несмотря ни на что. — Давайте сделаем… медведем. Выносливым, умным, чтобы чуял опасность и не боялся никакой грязи. И чтобы помнил, откуда он родом.

Механик широко ухмыльнулся.

— Будет вам, барин, стальной медведь! Лучше новой Нивы! Через месяц под ключ!

— Нивы?

— Ну так это у вас Нива кросс прошлого модельного ряда.

Нива, значит. А я-то всё думал, что за знакомый логотип с ладьёй. Конечно отличный от моего мира, но если присмотреться, вполне узнаваемый. Однако даже и подумать не мог, что такой надёжный внедорожник окажется старой доброй Нивой.

— Через две недели, — поправил я. — Веня, заплати мастерам из автосервиса Фоминых.

Сделка была заключена. Когда механики уехали, Веня с облегчением вытер лоб.

— Ну, слава богу, хоть не на свалку. А то жалко было, право слово, такую махину.

Я уже было намеревался вернуться обратно в дом, как вдруг на пороге появилась Марфа.

— Барин, — взволнованным голосом произнесла домохозяйка, — звонили из «Управления имперской безопасности». Где-то недалеко прорыв. Велели срочно эвакуироваться в убежище.

Слова Марфы прозвучали как гром среди ясного неба. Вот только этого нам не хватало. Прорыв рядом с поместьем.

Я кивнул, мысленно отменяя все планы. Комендант, руны — всё это отодвинулось на второй план.

— Веня, вывози второй внедорожник к крыльцу. Немедленно.

Пока управляющий бежал в гараж, я бросился к дому, попутно вспоминая номер телефона Аверина.

— Алло, — послышался взволнованный голос Степана на другом конце провода.

— У нас прорыв, — без предисловий заявил я старику.

— И он почти рядом с нашим имением, — ответил Степан, и я услышал, как он параллельно отдаёт приказы своим домочадцам. — Дима, Саше нужна помощь. Он бросился один закрывать разлом. Прорыв на Ветреном мысу, севернее шахты.