Да и сам пол под ногами резко перестал быть надёжной опорой. Он стремительно растёкся золотой лавой, оставив нам жалкие островки, на которых едва ли можно было вести оборону. Золотое море тут же забурлило, выбрасывая из своей поверхности ловчие щупальца. И над этим всем торжествовало царственное чудовище, дирижирующее окружающим хаосом.

До тех пор, пока его не настигли первые пули из Райнигуна. Рёв оборвался, сменившись обиженным воем — и сражение развернулось во всю силу.

Альхирет взмыл с трона вертикально вверх, то ли растворившись под потолком, то ли исчезнув из виду иным образом. Не спрашивая разрешения, я забросил Нелли себе на плечи и прыгнул в сторону другого островка суши, за миг до того, как наш оказался поглощён расплавленным золотом. Мелинда рванулась ввысь, выхватывая из ножен Штернклин — и первая нацелившаяся на нас статуя вдруг начала заваливаться на спину, начисто лишённая головы. Сзади от неё уже напирала вторая — суровый дядька с длинной бородой, потрясающий боевым топором. Он продержался чуть меньше пары секунд, прежде чем повторил судьбу своего предшественника.

Бурлящее золото разверзлось, выкидывая на исчезающие берега монстров поменьше. Выродки и гротескные насекомые ростом с человека, рядом с ними полусъеденные-полуживые тела, сжимающие обломанными пальцами гнилые древки.

Я обрушил на них град пуль, не давая опомниться, заставляя захлебнуться пеплом, сбрасывая туда, откуда они пришли. Один за другим, островки суши скрывались под золотым океаном, пока мы с Пенелопой перепрыгивали на уцелевшее пространство пола, отстреливаясь от орды. Над нами парили наши союзники — Мелинда, бешено разящая напирающих исполинов и Асфар, попросту зависнувший в воздухе и на первый взгляд чуть ли не задремавший.

В следующий миг мой друг молниеносно сместился в сторону, вскидывая Последний Приказ — посох-уас стукнулся о другой уас, нацеленный в сторону Нелли. Разъярённый Альхирет выбросил вперёд левую руку, исторгшую поток золотого света, но Асфар тут же закрылся полой удлинившегося плаща. В отличие от нашего врага, он оставался предельно спокоен и даже расслаблен, перемещаясь по воздуху, как по невидимой лестнице, оказываясь ровно там, где нужно. Выверенный щелчок пальцев — и Альхирет захрипел, отлетая назад, словно пропустил удар боевым молотом в центр груди. Ещё щелчок — и этот же невидимый молот швырнул Знающего в его же собственную золотую «лаву».

Я прыгнул вверх, точно подгадав момент. Могущество Авалона наполняло меня до краёв. Глубинная ненависть, растущая из тысячелетнего противостояния Знающим, переплеталась с моими собственными чувствами. Альхирет бессчётное число раз лгал, использовал меня в своих отвратительных схемах, с моей помощью пробудил Пожирателя. Сделанного не воротишь, но месть далеко не всегда подаётся холодной — иногда она кипит и клокочет, сжигая всё на своём пути.

В последний момент мой враг умудрился извернуться в воздухе — и лишиться от удара полэксом не головы, а всего лишь руки. Он рухнул в жадно поглотившую его лаву и пронёсся под её поверхностью, вынырнув на другом конце зала. Там его уже поджидала Мелинда, не давая отдышаться ни на секунду. Я же вновь подхватил Пенелопу, забираясь всё выше в поисках сухого места — золотой океан продолжал прибывать.

С тяжким грохотом вокруг нас обрушились сразу две статуи, третья одновременно с этим развалилась на десяток неравных кусков. Асфар уничтожил их одним движением, начертив в воздухе замысловатую руну. Не жёлтый знак и не тот, что был до него — собственный знак Асфара. Никто даже не мог приблизиться к нему, пока он завис в воздухе, излучая неземное сияние. Мне почудились две фигуры, возникшие за его плечами — с одной стороны повис Князь в Жёлтом в своём неизменном рваном балахоне, а с другой — хрупкая девушка, лицом почти не отличимая от самого Асфара. Гарра.

Очередная колонна рядом с вздыбилась, пытаясь втоптать нас в расплавленное золото. Я моргнул, уклоняясь, и образы исчезли, заставляя сомневаться, были ли они там на самом деле.

Не оборачиваясь, мой друг отправил в сторону взбесившейся колонны щелчок левой руки. Та скрутилась в сферу внутрь самой себя, лопнув и разлетаясь тысячами разящих игл. Они настигли тварей поменьше — тех, кто умудрился выжить после обстрела Райнигуна и Тотенбунда.

Нельзя сказать, что мы сражались так уж долго — счёт шёл на минуты, не часы. И всё-таки, за эти минуты мы уничтожили целую тучу порождений Альхирета, не говоря уже о серьёзном уроне ему самому. Тот так и не успел отрастить вторую руку взамен отсечённой, и едва справлялся, отражая натиск Мелинды.

В прошлом во время боёв он сыпал насмешками пополам с оскорблениями, даже когда сражался всерьёз. Сегодня его едва хватало на утробный хрип, вырывающийся из жуткой расщелины рта, как у взмыленной лошади после многочасового забега. Альхирета спасали только размеры арены, да способность быстро по ней перемещаться. Но даже разделив нас по разным углам и сражаясь с каждым по одиночке, исключая Пенелопу, ему не удавалось не то, что сломать, но и ослабить любого из отряда.

С другой стороны, сам Альхирет постепенно начал сдавать позиции. Сыпаться под давлением — вслед за своим единственным храмом.

Колонны одна за другой застывали как есть — в тех позах и формах, в которых могли.

Ожившие каменные громадины тащились в два раза медленней, половина из них спотыкалась падала на полдороги к нам.

Золотой океан «лавы» на полу начал остывать, покрывая всё горизонтальное пространство до определённого уровня толстой блестящей коркой. Не самый приятный материал, чтобы на нём стоять, но и не проваливающийся под ногами. Спереди я, сзади Нелли, которая трудилась в поте лица, превозмогая, отбивалась от толпы тварей чуть меньшего размера.

Для победы были не нужны флаги, развевающиеся штандарты и знамёна. Просто нашему врагу не осталось места — ни в воздухе, ни на земле, чтобы эффективно отбиваться окружающих его хозяев. Альхирет продолжал отвечать на атаки в своей хаотичной манере, дёргаясь и смещаясь в нужном направлении. От Мелинды к Асфару, от Асфара ко мне, от меня к Мелинде — и дальше по кругу, безуспешно пытаясь наколдовать что-то в промежутках, но попросту не успевал. Даже изначальное его колдовство здесь схлопывалось, рассыпалось, не могло удержать нужный темп.

Кольцо вокруг Знающего неумолимо сжималось, ещё несколько секунд — и ему придётся реагировать на все атаки с трёх разных сторон, да ещё и Пенелопа добавит с четвёртой. Альхирет вертелся так быстро, что сам чуть было не превращался в карикатурный смерч.

Ближе, ещё ближе. По сути, любого пропущенного удара хватит, чтобы этот урод больше не оклемался. А уж если ударов будет несколько, нанесённых точно в цель, пока враг беспомощен…

«Украденный миг»!

Время застыло, пропуская меня поближе к Альхирету, но тот вырвался и из этих оков. Сперва медленно, как под водой, затем вернув себе нормальную скорость, отбил мои атаки, увернулся от Асфара, взмыл почти под потолок и рухнул вниз, нацелившись в занятую статуями Мелинду.

ТРРРРРРЕСК!!

Минус вторая рука — хозяйка Полудня была начеку, и не нуждалась в наших предупреждениях. Следующий удар Штернклином мог рассечь врага наискосок, но тот ушёл из-под атаки, повиснув в центре всё ещё сотрясающегося зала. Альхирет запрокинул жуткую башку и захрипел с утроенной силой, пока обрубки его передних конечностей сочились странной сукровицей.

Потолок зала храма-дворца стремительно отправился на встречу с полом.

Асфар успел подхватить Нелли, Мелинда осталась в воздухе. Я это заметил краем глаза, в первую очередь выслеживая Альхирета, который будто растворился в окружающем хаосе. Но нет, он всего лишь бежал, как бежал каждый раз, предчувствуя поражение, разве что чуть медленней. Ножками, так сказать, без помощи портальной магии.

И я последовал за ним — сквозь неприметную дверь в дальнем углу зала, ведущую в полную неизвестность. Альхирет опережал меня секунды на три, что с тем же успехом могло быть целой вечностью, но я нёсся по его следу неотступно. Куда он денется с подводной лодки, с устроенном им самим же убежище в Межпределье?