Ранее мои воспитанники восприняли новость, что мы все вместе отправляемся в Йхтилл, с чистейший восторгом. Для них это было огромное, потрясающее приключение, да ещё и в совершенно другом мире! Их не волновали возможные угрозы, чудовищная тайна Князя в Жёлтом и все на свете чёрные звёзды. Единственной проблемой было доставить дуэт огнедышащих рептилий из мира Полуночи к порогу Князя, но над этим уже работали лучше специалисты. Теперь к числу этих специалистов присоединилась и Гвендид.

— Потрясающе, — сказала волшебница без капли сарказма, осматривая Яна и Аву вблизи. — Совершенно здоровые экземпляры, никаких задержек в развитии. Вы уже летаете, мои хорошие?

— Ещё как! — синхронно ответили драконята, и тут же продемонстрировали, благо, размер зала это позволял.

— Кто бы мог подумать, что из всех вечных замков именно хозяин Полуночи сможет вырастить союзных драконов, — вполголоса заметила Гвендид. — Судьба порой принимает причудливые формы.

— Увы, для этого им пришлось лишиться родной матери.

— Как и многим из нас, — спокойно сказала она, но в её голосе мне послышалась нотка сочувствия. — Взамен они получили шанс изменить мироздание — так, как не снилось и их древним родичам.

— Помочь с победой над Князем?

— В том числе, — туманно сказала она. — Сколько раз в сутки они извергают пламя?

— Пока один.

— Этого недостаточно.

— Как вы понимаете, у нас тут некоторый недостаток справочников по развитию драконов, да и с грамотными наставниками затык. До всего приходится доходить самим.

— О, я прекрасно понимаю, — фыркнула она. — И потому с сегодняшней ночи займусь твоими драконами лично. Возражения будут?

Возражений не было, ни у меня, ни у драконят. Они давно мечтали почаще дышать огнём, что конкретно помогло бы драконьей кузне, а их самих — развлекло. Не говоря уже о том, насколько эффективным оружием и инструментом воздействия было драконье пламя, особенно в Йхтилле.

Но, прежде чем оставить Аву, Яна с их новейшей наставницей, стоило выяснить ещё один вопрос.

— Спрошу, как есть, — что нас ждёт в ближайшем будущем?

В Полуночи уже имелся один прорицатель, Оррисс, но его сведения больше походили на разведку, а Йхтилла он откровенно побаивался. Мне же требовалось знать, как защитить тех, кто мне дорог — в самом дорогом для меня месте. И не только от Князя, но и самого Пожирателя.

— Его пробуждение было неминуемо, — веско сказала Гвендид. — Неминуемо и неостановимо. Есть вещи, в которых вечные замки вынуждены занимать вторые места, даже если это сводит с ума их хозяев. Веришь ли, владыка ночи, даже роль Заката в происходящем куда меньше, чем могло показаться.

— Конрад определённо хотел видеть себя королём мира, — проворчал я. — И я бы не назвал его влияние минорным.

— В масштабах всей великой паутины всё кажется меньше. И моего взора не хватает, дабы окинуть бесконечность сплетений и узлов. Для полноценного пророчества, что коснётся борьбы с Пожирателем, понадобится время, много времени и концентрации. Но одно я скажу тебе и сейчас — ты завязан в этом по уши. Даже не пытайся отвертеться.

— Можно подумать, я когда-то пытался… Как насчёт провидческих откровений по поводу ближайшего похода?

— Удобно, когда оракул приходит сам, да? — хохотнула Гвендид. — Что же, я зрила исход твоей безумной миссии, разные исходы, и ни один из них не является счастливым. Но если тебя это утешит, некоторые можно стерпеть. И придётся стерпеть, дабы обрести победу.

— Звучит не слишком оптимистично.

— А чего ты хотел? Запомни главное — Князь в Жёлтом не может быть уничтожен окончательно, ибо он олицетворяет незыблемые движущие силы мироздания.

— Какие ещё силы? — хмыкнул я. — Театр и безысходность?

— Этого не скажу, — она равнодушно повела плечами. — Просто тебе не стоит ожидать триумфа добра над злом, владыка ночи. В лучшем случае — победы с горьким привкусом.

Разве хоть раз было иначе? После каждой моей победы следовали какие-то потери, даже в самых лучших раскладах. Я бы не отказался от большей конкретики касательно Йхтилла, но Гвендид пообещала посвятить в детали на месте — так будет заметно проще, чем полагаться на ненадёжную память. До начала похода оставалось не более четырёх суток.

— Сиятельный лорд Виктор. Я, Гайс Риидский из Высокого дома, явился сюда по просьбе моего брата Асфара, господина Высокого дома и двенадцати тысяч душ, избранного лидера объединённых сил Риида.

Брат Асфара лишь слегка напоминал его внешне — высокий, долговязый, красивое лицо слегка портит вечно недовольно искривлённый рот. И всё же, хотя между братьями не было любви, но не было и серьёзной вражды, а в критических обстоятельствах и вовсе приходилось доверять друг другу. Вот и сейчас, ко мне послали не кого-то, а именно Гайса, что и следовало считать за отмашку. В гостях, надо заметить, он вёл себя заметно вежливей.

— Пора? — коротко спросил я.

— Да, лорд Виктор. Войска Риида выдвинутся на заре следующего дня, да поможет им… да благоволит нам всем удача. — слегка неуклюже завершил он фразу.

Неудивительно, если в течении всей сознательной жизни поминать Князя через слово, тяжеловато сходу отказаться от привычки.

Если верить сказанному Гайсом, а намеренно врать тот не мог, у Асфара состоялась исключительно насыщенная неделя, в которую он полностью уложился по планам. Даже Высокий дом удвоил число хранимых душ, вероятнее всего за счёт уничтоженных цитаделей, верных Князю. Избранный лидер, кто бы мог подумать? Демократия добралась и до Риида — не знаю, как стоит это оценивать. Если выживем, разберёмся.

— Благодарю, господин Гайс. Передайте Асфару, что наш уговор в силе.

Он не стал задерживаться, да и я не предлагал — время было дорого. Вместо этого следовало ещё раз проверить боеготовность отряда и передать, что мы выдвигаемся менее чем через сутки.

Сперва армия всея Риида должна была как следует пошуметь на границе Йхтилла, привлекая максимальное внимание Князя и его прислужников. В теории, сил сотен магов на стороне Асфара должно хватить, чтобы оградить войска от немедленного безумия, равно как и обеспечить огневую поддержку. Хотя бы на первое время. Не знаю, из кого состояла основная армия Князя — людей или чудовищ, или же он просто набрасывал марионеток и музыкантов на вторженцев, волна за волной. К несчастью, придётся вскорости выяснить.

Далее, в дело вступаем мы. С помощью Гвендид Лите удалось временно активировать скрытые свойства большого портала, так что тот был готов принять группу любого размера и перенести по нужным координатам. В качестве ориентира выступала моя память, в которой накрепко отпечатался странный пейзаж: двухполосная асфальтовая дорога с соснами по обеим сторонам, ведущая к городу посреди озера — городу, которого не должно было существовать.

Семеро рыцарей Авалона, если считать меня — восемь. Всем моим братьям Луна обновила броню и оружие, трудясь возле драконьей кузни ночи напролёт. Там же, их совместными усилиями с Адель и Арчибальдом, были созданы пять огромных артефактных винтовок, по образу той, что мы когда-то нашли в сокровищнице. Они не требовали патронов и предназначались специально для группы боевых автоматонов — очищенных от энергии Йхтилла, тщательно восстановленных и экипированных автоматическими ключами. Вне Полуночи заряда каждого хватит на пару недель.

Титаническая работа. И это если не считать амулетов и других артефактов, выданных каждому участнику похода. Рыцарям — для стабилизации проклятья, для защиты от воздействия на разум, для возможности видеть незримое. Автоматонам что попроще — для противостояния вражеской ударной магии.

Единственные, кому практически не потребовалась бижутерия — драконы, обладающие мощнейшим врождённым иммунитетом. Зато после тренировки Гвендид Ава повысила число извержений пламени в сутки до двух, а Ян — до трёх. У Авы, правда, потоки выходили ярче и сильнее, но она всё равно старалась догнать брата. У меня всё ещё не лежало сердце к их участию в этом походе, и я старался гнать от себя мрачные мысли. Чтобы перестраховаться, каждый из драконят получил на шею кулон с одноразовым спасительным телепортом в мир Полуночи. Неточная штука, способная закинуть их чуть ли не в любую точку неизведанного пространства, но это было лучшее, что могло сработать в Йхтилле.