Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Спрашивается, кто меня тянул за мысленный язык?

Туман не только мешал обзору, но и приглушал звуки. Я не сразу сообразил, что странный вибрирующий визг представляет угрозу — пока издающее его существо с размаху не врезалось в стену где-то в полуметре от моей головы! Врезалось с такой силой, что моментально расплющилось, брызнув во все стороны оранжевой жидкостью, заменяющей ему кровь. Не знаю, как тварь выглядела изначально, но мне в глаза бросились голые кожистые крылья, выпученные фасетчатые глаза и длинное жало на конце вытянутого серого брюшка. Размер — со среднюю курицу. Гибрид животного и насекомого, взявший худшие черты от обоих. Плавали, знаем.

Тварь промахнулась и самоустранилась, но я на всякий случай ускорил продвижение вперёд. И как по заказу, визг повторился — вместе с атакой новой «осы-нетопыря». Та размазалась по скале ровно в том месте, где я находился пару секунд назад. Эта тенденция начала напрягать — если один из этих камикадзе сможет попасть, я улечу вниз без шансов. Или же они догадаются не суицидиться, а зависать рядом, атакуя со спины — оба варианта паршивые. Но пока что кошмар не подкидывал непроходимых испытаний. Значит, и этот отрезок не будет длиться вечно.

Конечно, никто не гарантировал, что следующий отрезок не окажется ещё хуже.

Следующие минут десять визги из тумана и отвратительный влажный хруст, с которыми твари расплющивались об стену, не затихали ни на миг. Точность у них не особо выросла, но за счёт повышенной частоты атак несколько угодило довольно близко. Масляная жидкость, заменяющая им кровь ничем не пахла, но здорово мешала моему сцеплению с каменной поверхностью. Пришлось использовать «Метаморф» просто чтобы стряхнуть её с рук.

Первое настоящее попадание пришлось мне в правую ногу — по касательной, и всего лишь заставило покачнуться. Второе оказалось более коварным. Когда из треклятого тумана вынырнула новая каменная площадка, я немного расслабился — и тут же получил мощнейший удар в самый центр спины. Длинное жало беспомощно оцарапало чешую плаща из королевского василиска, но одного импакта хватило, чтобы я наконец потерял равновесие. Полуживая тварь издала новый визг и соскользнула вниз, а я чуть было не отправился вслед, но в последний момент выкинул правую руку и одними пальцами уцепился за выемку, куда до этого ставил ногу! Ни один человек не смог бы удержаться в таких обстоятельствах. Хорошо, что я уже давно был не совсем человеком.

Слегка подтянувшись, я ухватился левой рукой за соседнюю выемку. А вот дальше что? Никаких шансов забраться назад, да и перебираться на руках не выйдет — слишком крохотное пространство для зацепки. Время на раздумья? Полминуты или около того — теперь любое попадание новой твари, даже по касательной, заставит меня улететь вниз. Неизвестно, насколько там, внизу, будет опасно, но кошмар бы не пытался скинуть меня просто так.

ИИИИИИИИИ! ШМЯК!

Недолёт на тридцать сантиметров. Максимум ещё один промах, потом мне кранты.

Давай, Макаренко, вспоминай классическую гимнастику. Спасительная площадка совсем близко, практически рукой подать. Не буквально — иначе бы до неё можно было дотянуться — но какие-то два-три метра. Сейчас мы хорошенько раскачаемся вправо-влево и выбросим тело в сторону…

Раскачиваться, елозя пузом по бугристому камню, оказалось сущей пыткой, но итог вышел не худшим. Я смог попасть в ритм и дотянулся лишь слегка увеличенной левой рукой до края площадки. Край тут же попытался осыпаться, но я уже ухватился правой ладонью, подтянулся и с наслаждением ощутил ровную опору под спиной. Впрочем, разлёживаться не стоило — визг в тумане не утихал, равно как и обстрел живыми «снарядами». Новая «оса-нетопырь» летела мне точно в голову, но я вскочил на ноги быстрее, чем она успела добраться до цели. Мощный пинок покалечил тварь и отправил назад, в туман.

Теперь у меня появилось несколько спокойных секунд, чтобы осмотреться.

На удивление, третий кластер кошмара решил побаловать меня выбором. Слева от площадки продолжалась та же «тропа» из выбоин, по которой можно было продолжать горизонтальное движение. Похожая цепочка зацепок вела и наверх, словно самая грубая в мире лестница. Ползти по ней будет немного проще, чем перемещаться вбок, а вот пространства для уклонения останется меньше. Наконец, прямо передо мной зияла тёмная трещина — такого размера, что могла бы протиснуться миниатюрная девушка или ребёнок.

Или хозяин вечного замка, способный временно менять тело по желанию.

Один из вариантов выглядел однозначно лучше других, и тем самым неуловимо напрягал. «Чего ты хочешь?» — как будто спрашивал он меня с издёвкой, — «Оставаться на открытом пространстве, где в любой момент в тебя может врезаться оса-камикадзе? Или всё-таки забраться внутрь, где наверняка спокойнее и безопаснее?»

Очередная тварь просвистела мимо, обратившись в очень некрасивое пятно на холодном камне. Кажется, промежутки между их атаками тоже сокращались — на секунду с каждым новым суицидником. Это означало, что если горизонтальный поход до новой площадки займёт ещё десять минут, то под конец «осы-нетопыри» будут таранить меня как выпущенные из пулемёта. Сколько карабкаться наверх — неизвестно, но вряд ли меньше.

С другой стороны, можно было взвесить, где с большей вероятностью окажутся мои спутники. Кас данное испытание может просто проигнорировать — форма баньши позволяла летать и проходить сквозь стены, так что ни осыпающиеся площадки, ни атаки камикадзе не доставят ей проблем. Анне снаружи будет очень тяжело — её магия не предназначена для усиления собственного тела. Разве что она настроит проклятье, уничтожающее ос на подлёте, но ползти по отвесной скале всё равно придётся. Бенедикт чувствовал себя как дома в любом кластере кошмара, и проявлял чудеса атлетики. Ос он скорее воспримет как лёгкую закуску во время прогулки. Мордред…

Мордред едва удержится даже на ровной площадке, где сейчас стою я, о перемещении по выемкам в любом направлении речи вообще не идёт. Слишком мало места, авалонцу будет банально негде развернуться. Если кошмар придерживается собственных правил, то мёртвого рыцаря он сходу забросит куда-то внутрь.

Мне совершенно не нравились очевидные ответы, словно преподнесённые на блюдечке. Но лучше уж порезаться о бритву Оккама, чем назло выбрать тяжёлый путь и сдохнуть, до конца ощущая собственное превосходство.

На последнюю особо меткую тварь я не пожалел выстрела из Райнигуна, с мрачным удовлетворением наблюдая, как прах медленно рассеивается среди тумана. Неизвестно, сколько мне понадобится патронов на будущее, но в начале каждого кластера фамильное оружие полностью перезаряжалось. Слегка развеялись — и хватит, пора проверить, что скрывается в глубине стены.

Лёгкий запах гниющего мяса из расщелины отнюдь не прибавлял мне энтузиазма.

Совсем недавно, исследуя Полночь, мне тоже пришлось карабкаться сквозь тесную вентиляцию, чтобы добраться до литейной. Но там, пусть и с оговорками, всё окружающее пространство было на моей стороне. Мой замок, моя вотчина, мой домен, моё место силы — пусть и слегка загрязнённое обезумевшими слугами и враждебными тенями. Кошмар, при внешнем сходстве, работал против меня, пусть и в некоторых рамках негласных правил. Но даже эти рамки не останавливали его, чтобы сделать мой путь сквозь толщу камня предельно дискомфортным, растягивая возможности «Метаморфа» до абсолютного максимума. Эта грёбаная щель однозначно не была сделана для меня, как задумывал один знаменитый мангака, рисующий хорроры. Её прорубили исключительно для развития моей клаустрофобии. Она сужалась и расширялась случайным образом, меняла направление и раздваивалась, заставляя принимать мучительные решения о выборе дальнейшего пути.

И почему Кас с самым первым поцелуем не передала мне часть призрачных сил? Пролетел бы сквозь стену с ветерком, и не пришлось бы…

Я вывалился из прохода, пролетел метра три вниз и едва успел сгруппироваться перед приземлением. Как ни странно, подо мной оказался не холодный каменный пол, а что-то тёплое, податливое, но от того лишь вызывающее дополнительные вопросы. Поднявшись на ноги в полной темноте, я на ощупь нашарил сумку, а в ней — вторую из трёх лепёшек Кулины. Вскоре картинка начала проясняться — но облегчения это не принесло никакого.

362
{"b":"976499","o":1}