Обещание пришлось исполнять мне, но я был не против. Пригодились запасы змеиного и жабьего мяса, собранные в карман для материалов, и зубастые наёмники остались весьма довольны.

Помощь подоспела не просто вовремя, а в самый последний момент. Геннадий в принципе не владел боевыми заклятиями, и был слишком измучен после телепорта, чтобы даже уйти в невидимость. Анна призвала Бенедикта и сражалась изо всех сил, но тоже потратила ранее слишком много энергии. К тому же, им не повезло угодить на участок неподалёку от логова ржавых дуллаханов, а затем разбудить почти всех разом.

Возможно, Полночь воскресила бы своего эмиссара в собственных стенах, но без гарантий. В хрониках вечных замков существовали прецеденты, в основном — со знаком минус. Геннадия бы точно никто не спас, разве что его душа после смерти осталась бы в распоряжении Полуночи.

— Это… большая честь, — слабо улыбнулся он. — Но, боюсь, из меня даже не вышел бы приличный слуга.

— Не наговаривайте на себя, — спокойно сказала Кас, с ноткой сочувствия. — Вы могли быть возвращены и с честью служить Полуночи много столетий.

Возвращать, видимо, предполагалось мне, предварительно подобрав подходящую комнату и должность. Хотя Кас, кажется, забыла, что Полночь в последнее время не нанимала слуг-мужчин, так что сперва требовалось решить и этот вопрос.

Геннадий не нашёл, что ответить — видимо, переполненный чувством благодарности.

Но сильнее всего инцидент повлиял на Анну. Когда ржавые монстры обступили её со всех сторон, а помощь ещё не подоспела, ей явилось откровение.

— Кошмар… он позвал меня, — рассказывала она, крепко вцепившись в мою руку, пока мы возвращались назад. — Он открыл мне, как войти в него, чтобы спастись, сохранить жизнь. Я… я могла сделать это прямо там, в любой момент.

— Почему не сдела-ла? — уточнила Адель.

— Потому что погружаться без подготовки — это попросту самоубийство, — нервно усмехнулась Анна. — Кошмар не хотел меня спасти, он просто… воспользовался нашей связью, чтобы сожрать меня лично. Шанс, что я выживу, был ничтожен. А здесь… здесь я знала, что Вик придёт за мной.

Кас не стала уточнять, что первой за Анной пришла она. В конце концов, спасательная операция была нашим совместным предприятием, а проходить и пролетать сквозь стены я пока не умел.

Все остались живы. Но почему-то я всё никак не мог спокойно выдохнуть.

Следующие три ночи пронеслись как в тумане. Финальный этап подготовки похода к Авалону почти не требовал моего участия, так что я старался очистить как можно больше территории, используя силу, дарованную Полуночью. Запутанный коридор, зал следом за ним, почти всё пространство вокруг литейной — та ещё восстанавливалась, но с очищенной ключевой комнатой процесс шёл гораздо легче. Я чувствовал, как мой замок вздыхает от облегчения каждый раз, когда прирастает очередным помещением и коридором, пусть и побочным. Эхо этого облегчения прокатывалось и по мне, но только эхо.

В промежутках между очищением я тренировал драконят и наставлял их на случай, если наше с Кас возвращение пройдёт не в назначенный срок. За старших в Полуночи оставались Луна, Кулина, Терра и Адель — к ним всегда можно было обратиться за советом. С базовыми угрозами вроде внезапного нашествия враждебных теней могла разобраться гвардия и Жнец. При вторжении через грамотно наведённый портал подключались все активные слуги. Если их не хватало — в бой шли молодые драконы, сжигая любого врага. Ава и Ян уже были не теми малышами, которых Альжалид поймала в ледяную клетку. Но всё-таки, при всей разрушительной мощи им недоставало опыта. Кто-то мог попытаться нагрянуть в замок лишь чтобы похитить юных драконов — и мне всеми силами хотелось избежать подобного сценария.

Хагга теперь отвечала не только за изготовление ловушек — которых она успела смастерить штук пятьдесят — но и за переговоры с мимиками. Теми, разумеется, кто был готов её слушать, а не безмозглыми кусаками. Она передала, что моя репутация среди зубастого сообщества Полуночи находилась на солидном уровне, и была готова попробовать завербовать самых сообразительных. Интеллект отдельно взятого мимика, не слопавшего редкий магический амулет, находился в лучшем случае на уровне шестилетнего ребёнка, но это было гораздо лучше, чем ничего. Одно дело — разрозненные мимики-тени, лишь изредка собирающиеся в стаи, как зубастые книги, другое — сплочённый и обученный отряд.

Кажется, придётся договариваться с ещё одной гильдией мясников для увеличенных поставок жратвы.

В эти ночи и дни я много общался со своими девушками, когда они не были заняты. Помогал Хвое с уборкой урожая плодов и семян, вместе с Кулиной кормил драконят, переносил слитки железа и новых сплавов в кузницу Луны, сортировал с Литой старые книги по изобретённой ей системе. Жизнь в Полуночи бурлила в преддверии большого похода, и я как никогда ощущал её ценность. Полночь была не просто моей вотчиной, владением, обязанностью. Она окончательно стала моим домом, самым родным и желанным, наполненным людьми, которых я любил всем сердцем. Однажды прикоснувшись к неизведанному, я решил нырнуть в него с головой, пусть оно и смотрелось скорее как проклятие. А теперь всего, чего мне хотелось — сделать это место настолько живым и счастливым, насколько это вообще возможно.

Подходящее намерение для тёмного лорда, не так ли? Пожалуй, пора возвращаться к очищению коридоров.

Неудивительно, что к концу каждой ночи я чувствовал себя выжатым лимоном и падал в постель, не раздеваясь, чтобы погрузиться в сон без сновидений. Впрочем, на третий день я проснулся спустя пару часов сна и понял, что заснуть больше не выйдет.

Надо бы набрать книг из библиотеки, чтобы в следующий раз было что почитать.

Я рывком встал с кровати и хмуро направился в тронный зал, где сел на своё законное место и занялся осмотром Райнигуна. Минут через десять меня отвлёк знакомый меланхоличный голос:

— Хозяин Полуночи стережёт покой своего замка даже днём?

— Не знаю, как насчёт хозяина, — проворчал я. — Но его бессонница точно стережёт. Тут бы пригодился твой трюк с щелчком пальцами.

— Ты — фигура слишком высокого полёта. Не сработает, уж точно не в центре твоих владений.

Асфар Риидский подошёл поближе к трону, захватив по дороге самый удобный из гостевых стульев и уселся с видимым комфортом. По его лицу казалось, что он сам спал в сутки не больше пары часов — за счёт вечных мешков под глазами.

— В общей сложности я испепелил трёх обезумевших слуг, — сказал я, со вздохом отправляя Райнигун назад в кобуру. — Не испытываю от этого ни малейшей радости, но факт остаётся фактом. От механика я получил дополнительный заряд ключа, а от сокровищницы и литейной — огромный, жирный… вопрос.

— У замка спрашивал?

— Спрашивал. Это один из автоматических процессов, с элементом случайности. По идее, должен был усилиться Райнигун, но как — не пойму, хоть убей. Я его даже на опознание Арчибальду предлагал — бесполезно, слишком личная вещь. А ведь он его когда-то помогал создать.

— Тогда только проверка на практике, — флегматично сказал Асфар. — Как и в прошлый раз.

— Спасибо, капитан Очевидность.

— Всегда пожалуйста. Замечу, что иногда лучше очевидный ответ, чем в корне неверный.

Асфар встал со стула и подошёл к окну, бесстрастно взирая на день в мире Полуночи сквозь толстое стекло и пелену магического барьера.

— Отсюда много не увидишь, — сказал я. — Если хочешь, ночью проведу тебя на стену.

— В другой раз. Мне достаточно увидеть чистое небо и яркую зелень — на Рииде этого почти не встретишь.

— Сочувствую.

— Благодарю. Но это ещё можно изменить, если начать прямо сейчас.

Я не стал отвечать. Практика показывала, что политики любых миров неохотно глотают экологическую повестку. На Рииде мне ещё бывать не доводилось, но, если судить по упоминаниям тут и там, этот мир держался на волоске от полной катастрофы. Как Асфар планировал менять вещи — неизвестно, пусть как-нибудь расскажет сам, если захочет поделиться.