Пропасть без вести в подобном месте — незавидная участь при любом раскладе.

Я ожидал, что Анна будет чертить что-то вроде магического круга и настраиваться на цель, но всё оказалось гораздо проще и быстрее. Из сумочки на свет появилась небольшая кукла-мотанка, на удивление точно изображающая темноволосого мужчину в деловом костюме. Анна поднесла куклу к губам, что-то нашептала, и та встрепенулась, поднимая безликую голову. Вслед за головой поднялась и плетёная рука, указывая куда-то вперёд. Эдакая вариация поискового амулета, только узкоспециализированная, и от того, хотелось надеяться, более точная. Шерстяной человечек отправился к Анне на плечо, и она без лишних слов пошла в указанном им направлении.

Старый парк был огромен, и учитывая заросли, нам понадобилось не менее получаса, чтобы добраться до центра. Здесь когда-то находилось открытое пространство с рядами скамеек и эстрадным павильоном для выступлений. Деревья и кусты постепенно захватывали площадку, но от неё ещё что-то осталось, пусть у эстрады давно обвалилась крыша, а пол почти истлел.

Кукла повернула голову туда-сюда и вновь вытянула руку, указывая куда-то в сторону от павильона. На первый взгляд там не было ничего, только лежал большой кусок шифера с крыши, придавленный рухнувшим гнилым стволом и основательно заваленный снегом.

— Здесь что-то есть, — сказала Анна, подходя поближе. Это были её первые слова за полчаса.

— Посмотрим…

Без силы «Зверя» пришлось бы здорово помучиться, расчищая этот участок. Да и не сказать, что могущество оборотня было заточено под уборку трухлявых, но объёмных и массивных деревьев, а потом ещё и целой горы снега. Но результат тоже не заставил себя долго ждать: под старым шифером скрывался небольшой ход в полуподвал. Короткая бетонная лестница с проржавевшей железной дверью в конце. Подсобка для эстрады? Чулан дворника?

Дверь была слегка приоткрыта, а рядом валялся сорванный навесной замок.

Исходное помещение под эстрадой занимало всего ничего — три на три метра, и добрую его треть оккупировал шкаф, заполненный тряпичным хламом неясного назначения. Но его задняя стенка при постукивании звучала подозрительно звонко, а под нажатием попросту провалилась внутрь. Открылся проход — узкий, пыльный и совершенно неосвещённый. Я достал было телефон, но Анна покачала головой и передала мне заготовленный заранее налобный фонарик, удобный и достаточно мощный.

Не нужно было сверяться с куклой, чтобы понять, куда идти дальше.

Первый выродок поджидал нас спустя минут двадцать, когда мы миновали начальный коридор и спустились на несколько уровней вниз по едва заметно шатающейся железной лестнице. Это место становилось всё более странным, оно расширилось и теперь напоминало то ли заброшенный правительственный бункер, то ли недостроенную станцию метро. Я никогда не слышал, чтобы у нас собирались копать подземку, тем более таким образом, но уже почти перестал удивляться. Особенно когда откуда-то с потолка раздался невнятный шорох, и луч фонарика высветил вытянутое белёсое тело, вместо ног у которого подёргивался сегментный скорпионий хвост.

Монстр попытался нанести удар, но я оказался быстрее, перехватив хвост немного выше жала и сдёрнув его владельца на очень твёрдый бетонный пол. Спустя пару секунд он лишился и хвоста, и того, что заменяло ему жизнь.

— И здесь они, — проворчал я, с лёгким отвращением вытирая руки о старые «рабочие» джинсы. — Явились следом за Сидоровым и его находкой?

— Скорее всего, — сказала Анна. Она звучала тише обычного и как-то устало, хотя мы не так уж долго шли.

— Ты в порядке?

— Он… всё никак не заснёт, — ответила она после паузы. — Что-то не так, и я не могу понять, что именно.

— Насколько всё плохо? Учти, я не шутил насчёт возвращения в любой момент.

— Пока терпимо. Но отсюда назад ходу нет — прислушайтесь.

Я бы услышал это и так — раскатистый, тяжёлый, металлический грохот где-то далеко за спиной. Он продолжался секунд пятнадцать, вскоре задавленный толстыми бетонными стенами. То-то мне показалось, что лестница, по которой мы спускались, доживает свои последние дни. То ли наше схождение стало последней каплей, то ли там постарался ещё один выродок. Надеюсь, теперь раздавленный плодами своих трудов.

— Идёмте, Вик, — негромко сказала Анна. — Ритуал должен быть завершён, а затем мы можем поискать другую дорогу наверх.

Можно было бы сказать, что люди Богданова проделали посредственную работу, прочёсывая парк и пропустив этот закуток. Но даже если предположить, что они бы смогли спуститься сюда, то результат оказался бы тем же. Подземные тоннели не просто тянулись на километры, они ещё и постоянно петляли, раздваивались, оканчивались лестницами на верхние и нижние уровни, и при этом выглядели практически неотличимо друг от друга. Без поисковой куклы я бы заблудился тут в первые же десять минут, и скорее всего с концами. Не говоря о том, что сигнал мобильника не пробивался сквозь толщу бетона и почвы.

В какой-то момент я даже засомневался, не прошли ли мы сквозь незаметный портал в какой-нибудь чужой странный мир, но Анна успокоила — мы всё ещё оставались на Земле.

Моя спутница чувствовала себя немного увереннее, но цель наших поисков, похоже, продолжала отдаляться. Выродки выскакивали из разных углов где-то раз в десять минут, с педантичностью, достойной лучшего применения. Впрочем, не все они нападали — некоторые тут же пытались спастись бегством или просто застывали на месте, не реагируя на раздражители. Я не тратил на них пули Райнигуна, пользуясь только сплавом сил «Зверя» и «Метаморфа», чтобы избавиться от самых наглых. В основном они не создавали проблем, лишь немного отвлекали — пока нам не попалась полная «стая» из четырёх агрессивных особей, медленно пытающихся взять нас в кольцо.

Мы как раз вышли на более-менее открытое пространство, большое пустое помещение, которое украшал лишь обширный набор труб на одной из стен. Впрочем, это место выделялось ещё кое-чем — на полу была размазана отвратительная каша из останков тел выродков: кровь, конечности, кишки, и прочие склизкие и липкие детали. Даже четверо выживших тварей с некоторой опаской ступали по трупам сородичей, нет-нет, а пытаясь поскользнуться. Интересно, это они постарались, или?..

Первым не выдержал выродок, напоминающий здоровенного паука-сенокосца с выпученными человеческими глазами и двойным набором зубов в отвисшей челюсти. Он продолжал клацать ей даже когда я поломал ему добрую половину ног и пинком отправил назад. Слева и справа одновременно рванулись гусеницы-переростки, усеянные шипами и дёргающимися пальцами. Я зарычал, разрывая первую в клочья и отбрасывая вторую, что нацелилась на ногу Анны. А сзади уже напирал четвёртый — и хорошо знакомый мне гад. Прямоходящий таракан ростом в два метра, с женским лицом посреди живота. Если бы он снова закричал «Помогите, я здесь!», то я бы заметил его раньше, но сейчас тварь попыталась подкрасться максимально бесшумно. Анна увернулась от первого удара, я перехватил второй, отрывая зазубренную острую конечность «с мясом». Выродок отпрянул назад, и тут же в атаку бросилась недобитая гусеница, абсолютно верно вычислив, кто из нашей пары является более уязвимым.

Жадничать больше не имело смысла — я выхватил револьвер и испепелил шуструю тварь одним выстрелом. Настал черёд таракана, но тот осознал, с кем имеет дело и снова скрылся живым. Запас удачи и живучести у этого урода был просто неиссякаемым…

Во тьме впереди сверкнула вспышка, а за ней раздался резкий шипящий звук, как будто из шины для грузовика разом выпустили весь воздух. Туловище… нет, верхняя треть туловища таракана скользнула по полу вперёд, попав под луч фонарика, и я решил пока не прятать Райнигун в кобуру.

— Кто здесь? — негромко спросил я, прекрасно осознавая, что это просто может оказаться свежая партия выродков.

Короткая пауза, казалось, растянулась на несколько часов.