— Алёнушка, но ты же обещала мне помочь с завтраком! — женщина упёрла руки в боки и строго посмотрела на девчушку.

Та, видимо, что-то решив для себя, ещё раз погладила Гая по холке и спросила:

— Обещаете?

— Даю честное словно! — подняв руку вверх, поклялся я.

— Ладно, — наконец вздохнула она. — Но вы там поосторожнее с моими травками.

Я улыбнулся, погладив девочку по голове, и снова посмотрел на размер корзины.

— Тут хватить на всех, барин, — Марфа, не скрывая гордости, приподняла край полотенца. — Курочка, тушёная с черносливом, пирожки с капустой, грибами и яйцом, солёные груздочки, хлеб свежий, да квасок домашний. И варенья баночка, от простуды.

Подняв увесистую ношу, мы двинулись в форпост. Перед самым порталом я обернулся. Алёнка всё ещё стояла рядом с Марфой, провожая нас внимательным взглядом маленькой хозяйки, отпускающей своих взрослых на важное дело.

Портал поглотил нас, сменив уютный особняк на прохладный воздух форпоста.

— Наконец-то! Я уж думал, что вы в имении заночуете! Ну… что? — подскочил ко мне Александр, принимая корзину.

— Сейчас расскажу, — направляясь в казарму, ответил я.

Муму, услышав шаги, тут же принялся расставлять тарелки.

Я молча положил увесистую папку на стол.

— Ну? — нетерпеливо повторил виконт, отдавая корзину Муму. — Не томи, Дмитрий!

— Твоё имение через шесть дней уйдет с молотка, и ты останешься на улице, — глядя как расширяются глаза Александра, проговорил я.

Виконт отшатнулся, словно от удара. Он подошёл к столу и медленно опустился на грубо сколоченный стул.

— Что? Как? — вырвалось у него. — Но ведь суда ещё не было?

— Кто-то хочет быстро прибрать к рукам твои земли, пока ты в бегах, — садясь рядом с виконтом, произнёс Степан. — Суд назначен на следующий понедельник. Если приговор оставят без изменений, имение станет «законной добычей», и аукцион проведут в рекордные сроки. Уверен, покупатель уже найден.

— Но… мы же можем меня оправдать? Если предоставим доказательства нашего союза.

— У нас нет доказательств, — холодно констатировал я. — Чёрная бухгалтерия не имеет силы в суде. Да и незачем им знать о делах наших родов. Имение опечатано. Книгу твоего отца достать не удалось. До аукциона в поместье вряд ли удастся пробраться. А после вынесения приговора мы уже ничего не сможем сделать.

Александр обхватил голову руками.

— Значит… всё? Конец?

— Рано сдаёшься, — хмыкнул я, похлопав по папке с фамильным гербом. — Продолжаем бить лапками, и на это у нас есть шесть дней.

Я открыл папку. Строки с алхимическими компонентами и астрономическими суммами мерцали в свете лампы.

— Тут доказательства существования империи, которую построили наши отцы. Вершина айсберга оказалась бутафорией, — я повернул книгу к Александру. — Но где-то должна быть спрятана тёмная его часть? Где настоящие деньги?

Александр уставился на исписанные листы.

— Они должны быть где-то здесь, в Архангельске! Твой отец не стал бы хранить такое в столичном банке, слишком много глаз. И мой — тоже. Значит, где-то поблизости. В тайнике. Может, в самом форпосте?

— Мы обшарили его вдоль и поперёк, — возразил Степан. — Никаких потайных комнат. Разве что…

— Что? — насторожился я.

— Разве что где-то снаружи. В скалах, в лесу. Место, куда можно попасть только по своему желанию и которое невозможно найти случайно.

Мозг лихорадочно соображал. Вспомнилась надпись в интерфейсе: «Накопленная неучтённая ликвидность». Ликвидность. То, что можно быстро обналичить, но это где-то физически хранится. Золото? Слитки? Артефакты?

Тайник на болотах пуст. Но он может быть не один. Должны быть ещё места, про которые мы не знаем.

— Давайте ещё раз по порядку, — устало потирая виски, начал я. — Продажа алмазов прослеживается во всех книгах. И в той, что дал мне Веня, и в этой. Значит, добыча алмазов всё-таки была, пусть и не в таких количествах, как мы предполагали.

— И шахта всё-таки есть, но мы не знаем, где она находится, — продолжил за меня Степан.

— А если это не шахта? Если это прииск? Помните тот алмаз, что я нашёл по пути в форпост?

— Россыпь! — выдохнул виконт, его глаза загорелись. — Речные россыпи! Это же элементарно!

Степан кивнул, постукивая по полу тростью.

— Вполне логично. Идеальное прикрытие. Можно годами тихо работать на удалённом участке реки.

— То есть, наша первая цель — найти этот прииск, — заключил я. — Там могут быть не только следы добычи, но и временное хранилище. Место, куда свозили найденное. Должны же быть подъездные пути, тайные тропы…

— Вряд ли, — покачал головой Степан. — Вокруг форпоста слишком большая концентрация магии. Тут всё живое растёт как на дрожжах. Если и были тайные дороги, то достаточно одного месяца, чтобы даже следов от них не осталось. Нам нужен не путь, а точка на карте.

— Тогда как нам её найти? — спросил я.

— Начнём с реки. Вверх по течению от того места, где ты алмаз нашёл, — ответил слуга. — И будем готовы ко всему. Если ваши отцы так тщательно это скрывали, вряд ли они оставили место без присмотра. Или без ловушек.

— Тогда завтра начинаем подготовку к поискам, — согласился я.

Однако внутреннее чутьё говорило, что нужно торопиться. Оставалось всего шесть есть дней, прежде чем жизнь виконта полетит в тартарары.

Вечер прошёл в хмуром молчании. Степан, отужинав, неожиданно поднялся.

— Я спущусь в подвал, — сказал он. — Нужно приготовить кое-что. Достать защитные амулеты… да и с Алёнкиными травами пора разобраться.

Он удалился, и вскоре из подвала послышался гул работающего дистиллята.

Я сидел за столом и смотрел, как за окном сгущаются сумерки, механически перебирал в руках письма. Александр, сидевший напротив, заметил моё хмурое выражение лица.

— Что-то не так?

— Всё так, — отмахнулся я. — Просто думаю. Будет непросто.

— А когда было просто? — усмехнулся виконт без особой радости. — Пойду проверю снаряжение. Я тут такие шикарные арбалеты откопал, не хватало ещё, чтобы их заклинило в самый ответственный момент.

Он поднялся и вышел, оставив меня наедине с своими мыслями. Муму помыл посуду, молча поклонился и удалился в свою келью. Я остался один в просторной и внезапно показавшейся слишком пустой казарме. Даже Гай ушёл куда-то. Вероятно, следом за Александром или на ночной обход территории.

Следующий день прошёл в лихорадочных приготовлениях. Но чувство надвигающейся опасности всё никак не покидало меня.

Утром Степан вышел из подвала с запачканными в какой-то зелёной жидкости руками и несколькими небольшими, тускло поблёскивающими амулетами.

— На скорую руку, — буркнул он, разложив их на столе. — Это для восстановления маны. Это для усиления концентрации, а это… — поставил передо мной пузырёк с мутной жидкостью, — от внезапного возгорания, если вдруг повторится приступ магического шторма. Могут пригодиться, если наткнёмся на чужую защиту.

Я повертел в руках приготовленную для меня склянку и осторожно отвинтил крышку. Недоверчиво принюхался. Неприятного запаха не почувствовал.

— И какой у него эффект? — настороженно спросил я.

— Магический барьер на шесть часов, может, чуть больше. Хватит одного глотка, чтобы остановить магический поток.

— Надеюсь, мне это не пригодится, — убирая в карман пузырёк, произнёс я.

Степан ухмыльнулся, поглядывая на моё недовольное лицо.

После завтрака мы собрались у стола с картой местности, которую наскоро начертили мы со слугой.

Интерфейс в этом деле оказался как нельзя кстати. Я вызвал перед глазами карту местности, наложил на неё слой теплового и магического сканирования и быстро перенёс основные ориентиры на бумагу.

Степан слегка подправил, отмечая ключевые точки. Получилась чёткая схема: форпост, река, примерное место, где был найден алмаз.

— Итак, — я ткнул пальцем в карту, — мы здесь. Алмаз найден примерно здесь, — провёл линию к реке. — Двигаемся вверх по течению. Основные ориентиры: крупные валуны, старые, нехарактерные для этой местности деревья, любые следы искусственных сооружений. Даже завалы из камня могут быть маркером.