И всё-таки я сомневался, что именно Евгений придумал эту комбинацию. Взбалмошный и избалованный аристократ читался как открытая книга.

— Он не убийца, — тихо проговорил я, глядя на неподвижные фигуры. — Титов садовник, который выпалывает сорняки.

Илья нахмурился:

— Что?

— Смотри, — я кивнул в сторону грота. — Княжич не собирается их убивать. Просто вывел из игры. На время или навсегда — это неважно. Главное, что на финише их не будет. А на те места встанут верные псы Титова. Он собирается не просто победить в испытаниях, а обеспечить себе власть на десятилетия вперёд.

Юсупов понимающе кивнул.

— Рационально, — произнёс он. — Титов устраняет будущих оппонентов в зародыше. Вот только не для себя старается, а для брата. И его участие в, как это… ис-пы-та-ни-ях, — выговаривая по слогам, продолжил Пётр, — откладывалось несколько раз.

— У тебя проблемы с речью? — удивился я.

— Нет, — хмыкнул Пётр, — я долгое время жил в Китае и иногда не могу вспомнить, как звучат слова на русском. А ты прав: Титовы хотели заполучить вашу фамильную шахту в Архангельске, но когда твои родители отказались…

Он замолчал, видимо, сочтя неуместным напоминать о случившемся с моей семьёй.

— Откуда ты это знаешь? — спросил я княжича, всё ещё не до конца доверяя человеку, который следил за нами.

— После второго испытания решил навести о тебе справки, — совершенно не смутившись, произнёс Пётр.

Я кивнул, показывая, что понял, к чему ведёт собеседник. Что ж, мотив Титова был предельно ясен. А меня уже подмывало нарушить все его планы. И уж точно на респаун лежащие возле кристалла парни теперь не пойдут.

— Долго здесь находиться не следует, — прервав мои мысли, произнёс Юсупов. — Через три минуты лабиринт придёт в движение. Нужно решать скорее.

— Хорошо, — я ещё раз заглянул за угол, откуда был виден грот.

План возник в голове ещё когда увидел Юсупова, появившегося перед нами. Но я должен был увериться, что Пётр с нами заодно. Иначе под удар попал бы Илья. Однако, прямые ответы и уверенный взгляд Юсупова всё же вселили в меня толику доверия.

— А можешь и Илью сделать невидимым?

Пётр кивнул, и я продолжил:

— Тогда действуем следующим образом: отвлекаю на себя тех шестерых, и, как только они побегут за мной, вы идёте к кристаллу.

— А как же ты? Если лабиринт придёт в движение, дорогу назад не сможешь найти! — возразил Илья.

— Об этом не переживай. У меня чуйка, — успокоил я богатыря и ткнул пальцем в висок, активируя интерфейс.

Тот покачал головой, не соглашаясь с моими словами, но я уже сделал шаг вперёд, выпрыгивая перед шавками Титова и размахивая руками.

Краем глаза отметил пас Юсупова, после которого их с Ильёй фигуры расплылись в воздухе, становясь прозрачными.

— Это же Соловьёв! — воскликнул кто-то из шестёрок.

— Точно, — поддержал другой, — лови его!

Пятеро бросились в мою сторону, и лишь один схватил алебарду покрепче, оставаясь возле кристалла. Ну с одним противником Илья и Пётр должны справиться.

С этой мыслью я уже рванул обратно, надеясь не налететь на невидимые фигуры княжичей. Пять человек бежали следом, спотыкаясь и толкая друг друга в узких коридорах лабиринта.

Стены пришли в движение. Я шёл в противоположном направлении от указаний стрелки, намереваясь запутать погоню. Проход, который ещё секунду назад был просторным, резко начал сужаться. Каменные плиты с глухим скрежетом приближались друг к другу, намереваясь меня раздавить.

Сзади слышались тяжёлые шаги и возбуждённые крики догоняющих.

Хлопок.

Я, едва веря в удачу, выскочил в просторный зал, молясь, чтобы успеть до того, как стены сомкнутся. Гул стих вместе с криками погони. Лабиринт сам отсёк меня от преследователей, едва не прищемив пятки.

Остановился перевести дух, прислонившись к холодной стене. Сердце бешено колотилось. Получилось? Неужели получилось?

Я расхохотался, сам не веря в такое везение и вытирая со лба проступивший пот.

— Кто это тут у нас? — раздался голос рядом.

Мой взгляд скользнул по гроту. Интерфейс усиленно работал, сканируя пространство. И тут куча мелкого мусора и травы, что я принял за обычную фауну, пришла в движение, от которого зашевелилась сама земля.

— Соловьёв? Какая удача! — донёсся до меня голос со стороны кучи мусора, из которой лезло нечто огромное.

[Сканирование… Обнаружен «Шаи-Хулуд малый»]

Вы это серьёздно? Шаи-Хулуд? У нас тут что, «Дюна»? Хотя… У меня складывалось впечатление, что интерфейс давал названия монстрам, выбирая из моего личного словарного запаса. Надо как-нибудь на досуге заняться этим вопросом, если выберусь живым из лабиринта.

Существо напоминало гигантского червя, толщиной с бочку и длиной в несколько метров. Его сегментированное тело было покрыто слоем земли, щепок и камней, слипшихся в плотный панцирь.

Там, где должна быть голова, зияла круглая пасть, усеянная коническими рядами острых зубов, которые с одинаковым успехом могли перемолоть как камни, так и человеческие кости.

Червь извивался, с громким шуршанием вытягивая тело. А рядом, поглаживая бок чудовища рукой в перчатке, стоял Евгений Титов. На его лице застыла холодная усмешка.

— Думал, что оторвался? — произнёс он. — Зря. Мы как раз искали именно тебя. Перед соревнованиями я выучил все ходы этого лабиринта. А Арчи, мой послушный питомец, готов выполнить любое моё указание.

Червь, будто в ответ на своё имя, издал низкий гортанный звук, и его мускулистое тело снова зашевелилось, нацеливаясь на меня.

Я мысленно перебирал руны, собранные за сегодняшний день благодаря Илье. Арсенал был невелик.

«Земляной щит» может поднять стену из спрессованной земли и выдержать мощные атаки.

«Дрожь земли» создаёт локальные вибрации почвы и нарушает равновесие всех существ в зоне действия.

Были ещё «Песчаная буря» и «Песчаный ад», что я применил к визгунам, а также единственная огненная руна «Фаербол».

«Ледяной покров» и «Купол ветра» Юсупова легли в слот защитных, и я в данный момент их упорно игнорировал. Рядом красовалась «Каменная кожа», которую Илья мог использовать как броню на отдельных участках тела, вроде каменных перчаток. Я пока так не умел, но саму руну мог использовать, защитив своё тело полностью, как учил Степан.

Но ничего из этого не подходило в данной ситуации. Червь — земноводное существо, и все земляные атаки на него не будут действовать так, как мне бы этого хотелось.

Вот бы сейчас «Лезвие ветра»! В два счёта покромсал бы эту тварь на салат.

Червь не стал дожидаться, когда я определюсь с выбором, и ринулся вперед. Его массивное тело с удивительной проворностью взмыло в воздух, обдав меня запахом гнили.

Инстинктивно выставил «Земляной щит». Однако существо, привыкшее прорываться через толстый слой земли, просто проделало огромную дыру в моей защите и, не останавливаясь, продолжило движение.

Пара секунд, и червь уже нависал надо мной, открыв огромную пасть и обдавая меня зловонным дыханием.

— «Фаербол», — крикнул я, выставив перед собой руку.

Шар размером с теннисный мяч вспыхнул в руке, обжигая нежную, лишённую панциря плоть вокруг зубов твари. Червь отпрянул, тряся головой и пытаясь сбить огонь. Это дало мне возможность для манёвра.

Я рванул в сторону, увеличивая разрыв. «Фаербол» для червя был как слону дробина.

— Что, Соловьёв, хороший у меня питомец? — засмеялся Евгений. — Подумываю его в поместье забрать. Не болотный вывертень, конечно, но тоже ничего.

Я едва успел отпрыгнуть от нового удара хвоста, который разнёс вдребезги очередную каменную колонну.

— Согласен! — крикнул я, уворачиваясь от обломков. — Отличный питомец! Особенно нравится, как он интерьер обновляет! И зачем тебе поместье, если Арчи его в труху превратит?

Титов замолчал, подняв руку с перчаткой. Червь на это движение отреагировал мгновенно, тут же перестав наносить хаотичные удары и нацелившись мордой на меня.