Заметил подошедшего распорядителя, он встал на возвышение у входа на полигон и обвёл всех участников взглядом.

— Второе испытание — «Путь отверженного»! Ваша задача — преодолеть трассу и достичь финиша. Старт с интервалом в тридцать секунд. Время на прохождение — двадцать минут. Сход с трассы, падение, касание запретной зоны — мгновенный возврат на старт! Разрешено применять любую магию, которая вам доступна, — его взгляд ещё раз скользнул по толпе, — умышленно мешать запрещено. Прямые атаки на соперников караются немедленной дисквалификацией.

Тут же от аристократов, окружавших Титова, донёсся приглушённый шёпот:

— Наконец-то повеселимся.

Распорядитель, судя по всему, тоже услышал, так как покосился в ту сторону, но ничего не сказал.

— Стартовый порядок определён по результатам первого испытания. От самых слабых к сильнейшим. Первым стартует Пётр Юсупов!

Молодой человек, опираясь на трость, кивнул.

Его поставили в начало списка. Илья Муром оказался где-то в середине. Мою же фамилию, после долгого перечисления, объявили почти в самом конце.

Выходит, сначала запускают статистов. Наверняка это сделано для того, чтобы зрители не скучали. Потом середнячков. Затем тяжёлую артиллерию, которая будет всех давить.

Ну прямо шоу какое-то.

Поймал на себе взгляд Титова. Он смотрел с ледяным любопытством, словно энтомолог на редкое насекомое, которое вот-вот проткнёт булавкой.

Ответил ему лёгкой улыбкой.

Ну попробуй, дружок. Мой интерфейс уже сканирует эту трассу как багнутую карту.

Сейчас найду все слабые места.

Прогремел стартовый сигнал.

Пётр шагнул на трассу. Его хромающая походка даже на ровном полу смотрелась неуверенно, а на скользких вращающихся шарах и вовсе казалась самоубийственной.

Он едва не слетел сразу, чудом удержавшись на тонкой плёнке магии воды, которая обволокла его ноги как присоска.

В итоге Пётр прошёл дальше, но это стоило ему огромных усилий и времени.

За ним потянулись другие.

Слабые маги застревали на первом же препятствии из скользящих шаров и узких балок над пропастью, где гуляли порывы магического ветра. Кого-то сносило, кто-то терял равновесие и с криком летел вниз, чтобы через мгновение, благодаря магии трассы, снова появиться на старте. Некоторые возвращались по три-четыре раза.

Классика жанра: лёгкий старт для разгона, а потом сложность нарастает.

Вращающиеся брёвна, зона турбулентности, стена для скалолазания и какой-то финальный штрих, который отсюда не был виден.

Интересно, есть ли неочевидный путь?

Секретный туннель?

Нет, сканирование показывает сплошной хитбокс.

Придётся играть честно.

Наконец стартовал Илья. Его тактика была простой как удар кувалды. Где можно, он ломал препятствия магией земли, создавая себе платформы. Где нельзя, использовал недюжинную физическую силу, карабкаясь по отвесным стенам почти без магии. Он шёл уверенно, словно танк.

Подошла моя очередь.

Сигнал.

Шагнул на трассу.

Я не мог, как другие, полагаться на одну мощную стихию. У меня был весь арсенал, но на уровне «новичка».

А ещё были интерфейс, расчёты и мозг, привыкший искать баги и нестандартные пути.

В конце первого участка зияла пропасть с хаотично движущимися платформами. Вместо того чтобы, как многие, пытаться создать мост из земли или заморозить воду, я использовал серию микровзрывов. «Фаербол» минимальной мощности разрывался у меня под ногами, создавая кратковременную реактивную тягу. Я не летел, а скорее прыгал с усилением, как робот из какого-нибудь аниме. «Щит ветра» стабилизировал меня в воздухе и гасил удар при приземлении. Со стороны это, наверное, выглядело дико, ведь я не парил грациозно, а подрывался как блоха, но неумолимо двигался вперёд.

Вращающиеся брёвна над кислотным каналом. Вместо того чтобы пытаться удержать равновесие, применил «Лезвие ветра». Но не для атаки, а для точечного удара. Тонкий поток воздуха на долю секунды впивался в бревно, останавливая его вращение. Этого мгновения хватало, чтобы сделать быстрый шаг. Я проскочил этот участок как по ровному полу, пока другие кувыркались в зелёную жижу.

Зона турбулентности. Здесь бешеные вихри воздуха швыряли участников из стороны в сторону, сбивая с ног. Многие застревали, пытаясь пробиться напролом. Я же опять использовал «Щит ветра» и контролируемые всплески «Фаербола» минимальной мощности. Огненные шарики, размером с горошину, взрывались прямо перед опасными вихрями, создавая кратковременные зоны разрежённого воздуха. Я не гасил турбулентность, а создавал импровизированный зигзагообразный коридор для прохождения.

Здесь я догнал Муромца.

Илья застрял на высокой, почти отвесной стене, явно сделанной из какого-то дерева или материала, не поддающегося магии земли.

Молодой человек пытался вцепиться в неё пальцами, но поверхность была скользкой. Обгоняя, сделал едва заметный порыв «Дуновения ветра» прямо под его сапог и одновременно легчайший «Телекинез», чтобы подтолкнуть могучее тело Ильи вверх.

Молодой человек, удивлённо крякнув, на мгновение обрёл опору и мощным рывком взобрался наверх. Он оглянулся и коротко кивнул: «Спасибо».

Чуть дальше догнал Петра. Его сносило с узкой балки шквальным ветром. Я, не останавливаясь, поставил перед ним невидимый «Щит ветра» чуть большей плотности, чем у меня самого. Ветер ударил в преграду и обошёл юношу. Пётр перевёл дух, его взгляд метнулся в мою сторону, и в глазах я прочитал удивление от точности и филигранности моего заклинания.

А сзади уже догонял Титов.

Его было слышно издалека.

Стартовав последним, он шёл вперёд словно бульдозер, уничтожающий трассу вместе с людьми, попадающимися на пути.

Он не бежал, он шествовал.

Платформы перед Евгением словно сами покрывались льдом, создавая идеальный путь. Вихри расступались как послушные псы. А на пути других участников то и дело возникали воздушные подножки, внезапные ослепляющие огненные вспышки или воздушные ямы, заставлявшие терять равновесие.

Титов пакостил. Откровенно, нагло и при этом виртуозно, всегда оставаясь в рамках правил. Он не атаковал напрямую, он «случайно» создавал помехи. И он финишировал первым, с огромным отрывом, даже не вспотев.

Его результат — чуть больше восьми минут.

Нечеловечески.

А как же я?

Передо мной встал выбор, как в старой моральной РПГ: поспешить на финиш или помочь. Время ещё не поджимало, на таймере оставалось чуть меньше десяти минут. Вот я и решил помочь.

Одна из шестёрок Титова устроила Петру западню на качающемся мосту. Тот оказался на грани падения.

Я ведь никогда не любил квесты, где надо выбирать между репутацией и выгодой.

Но не раздумывая развернулся и рванул обратно к мосту.

— Держись! — крикнул я Петру, одновременно используя «Лезвие ветра» по опоре моста, где стоял Белов.

Вертлявый парень, не ожидавший атаки, едва удержался, а я в это время использовал «Дуновение ветра» под ногами Петра, буквально перебросив его на безопасную сторону. Юсупов перекатился и, не оглядываясь, побежал к финишу.

Но этот манёвр оставил меня на зыбком качающемся мосту лицом к лицу с Беловым.

Тот, оправившись, злорадно усмехнулся и кастонул что-то острое и невидимое прямо мне под ноги. Мост дёрнулся, и я почувствовал, как опора уходит из-под сапог.

Вот и конец светлой карьеры барона Соловьёва.

Но я не собирался лететь вниз один. Падать одному скучно. Решил взять попутчика. Вцепившись в Белова, я подарил ему билет вниз по акции «два по цене одного». Сработал закон сохранения импульса. Мы полетели вниз вместе, под изумлённые и одновременно злорадные возгласы других участников.

Очнулся я, как и положено, на старте.

Рядом, отряхиваясь и чертыхаясь, поднимался вертлявый пакостник Белов.

— Ну что, доволен? — прошипел он. — Из-за тебя я тоже пролетел!

Не стал тратить на него ни слова, ни маны. Я просто развернулся и рванул на трассу. Время истекало.