Серо-бурый мех монстров теперь сплошной колыхающейся поверхностью заполнял пространство между деревьями, насколько хватало глаз. Кажется, их тут слишком много, на лёгкую забаву это точно не похоже, надо беречь силы и убивать монстров максимально быстро и практично.

Первый из толпы мохнатых резко устремился к Матвею, но тот прыгнул ему навстречу и вонзил меч прямо между глаз, клинок вошёл достаточно глубоко и паук резко осел на землю. Значит, здесь тоже уязвимое место, надо учесть. Я бросил быстрый взгляд вправо и влево, все пока неплохо справляются. Может, это и, правда, охота для новичков?

Вся стая перед нами пришла в движение, и оглядываться было уже некогда. Дальше сеча пошла уже совсем недетская: я еле успевал махать протазаном, отсекая лапы, пронзая головы и вспарывая брюхо огромных пауков, которым не было видно конца. Периодически пользовался разрядом, когда точно никто не видел.

Матвей, как и сказал нам Влад, старался держаться рядом со мной, но на достаточном расстоянии, чтобы случайно не задеть меня длинным мечом и не попасть под взмах протазана. Прямо на глазах он из самоуверенного новичка превращается в хитрого, осторожного и расчётливого воина.

Сначала мы медленно отступали под натиском к краю склона, а потом вошли в раж и пошли вперёд, наступая на тела убитых тарантулов и убивая следующих. Я уже выработал для себя тактику. Сначала широким взмахом отсекал монстру пару ног, потом колол в основание груди или в глаза, что оказалось ближе и удобнее для удара. Маны оставалось меньше половины, и я делал основную ставку на ловкость и остроту своего оружия.

— Сзади! — крикнул теперь Матвей.

Я не стал повторять его кульбит, а резко крутанулся вместе с протазаном и от тела паука отделились две передних ноги, которые он поднял для атаки. Монстр споткнулся второй парой ног о тело собрата и вспахал отравленными жвалами землю передо мной. Я же хладнокровно воткнул клинок протазана между глаз, быстро завершив его страдания.

В следующую секунду уже отрубал передние лапы следующему смельчаку, добив метким ударом под основание грудного панциря. Начало неплохое, но и конца пока не видно, а силы оставалось всё меньше. Бесконечно махать оружием и робот не сможет, нужна подзарядка.

От интенсивного боя я уже взмок и пот начал заливать глаза, но все же радовался, что тренировки не проходили без пользы, и держался я, действительно, хорошо. Улучив момент, я вытер лоб рукавом внутренней стороной предплечья, где не было пластины, и бросил взгляд в обе стороны, чтобы проверить состояние своего отряда.

Пока все справлялись, но отставали от нас с Матвеем. Влад метался вдоль линии боя и помогал менее опытным бойцам, на которых навалилось слишком много пауков.

Я всадил протазан прямо в глотку следующему мохнатому монстру, который угрожающе раздвинул в моём направлении свои жвала, сразив наповал одним ударом, как вдруг услышал полный боли и страдания крик Матвея справа от себя. Резко обернулся на крик и увидел, что мой напарник лежит на земле, раскинув руки в разные стороны. Их прижал лапами к земле более крупный паук, а второй вскрывает жвалами доспехи на животе.

Издав дикий крик ярости, я бросился на тварь, собравшуюся полакомиться моим другом. Клинок уверенно вошёл под основание грудного панциря, но, видимо, не совсем под нужным углом. Тарантул резко дёрнулся назад, едва не вырвав древко у меня из рук, но я вцепился в него мёртвой хваткой, ярость придала мне сил. Не раздумывая, я пустил по протазану небольшой разряд, который добил наконец монстра, успевшего вскрыть доспех на животе Матвея и нанести глубокие раны.

Матвей даже не стонал, лишь очень часто дышал, наблюдая за тем, как медленно стекает яд с приближающихся к его лицу жвал второго паука. У меня ещё был шанс успеть, пока не произошло непоправимое.

Я крутанул в воздухе протазаном и сделал выпад вперёд, отсекая одним взмахом две передние левые лапы монстру.

Когда я подрубил наседавшему на Матвея пауку две лапы, тот отпрянул назад, но уйти от разъярённого человека с оружием в руках он не смог. Я сделал выпад вперёд, упав на одно колено, и на всю длину клинка вогнал острие протазана между жвал. Тело паука вздрогнуло и рухнуло на землю, дрыгая ногами. Я вовремя успел выдернуть своё оружие из пасти.

Обернувшись, я увидел ещё трёх монстров, приближающихся к нам из леса. В этот момент Матвей издал протяжный стон, придав мне уверенности в моём решении. Энергии я подкопил немного, но этого хватило, чтобы отправить в атакующих веер разрядов, которые выжгли в их головах неплохие дырки и умертвили на месте. Я без сил опустился на колени перед другом. Хорошо, что рядом точно никого не было, иначе я не рискнул бы так подставляться.

— Идут, — прохрипел он, всё так же часто дыша. — Наши идут.

Я оглянулся в направлении его взгляда и увидел, как Влад с парнями Петра с одной стороны, а Стас со своими ребятами с другой стороны, прорываются к нам, чтобы отгородить собой от стаи пауков.

— Занимайся им, мы прикроем, — сказал Бурмистров, поморщившись от вида ран Матвея.

Весь отряд выстроился дугой в нескольких мерах от нас, нещадно разя противника. Даже Кирилл, который до последнего упирался идти на холм, проявлял чудеса ловкости, словно открылось второе дыхание.

Несмотря на просевший резерв, использовать его для магии исцеления все же пока было проще, чем для молний, и я смог для начала остановить кровотечение в глубоких ранах и хоть немного очистить от негативной энергии, но на этом решил пока остановиться, чтобы не уйти в отключку, тогда от меня толку не будет.

— Потерпи немного, я чуть восстановлюсь, — сказал я напарнику и, увидев его неуверенный кивок, закрыл глаза и погрузился в медитацию.

Когда я почувствовал наполнение кругов маны и вышел из медитации, шум боя отдалился и удары звучали реже, видимо, отряд завершает зачистку леса от пауков. Матвей лежал с закрытыми глазами, но дышал уже не так часто, как перед этим.

— Эй, ты как? — решил я окликнуть его на всякий случай.

— Живой я, живой, — прохрипел Матвей.

Его лицо было мертвенно-бледным, но кровотечение полностью остановилось. Ответив мне, он сначала закашлялся, потом застонал от боли.

— Потерпи немного, — сказал я, взяв его за руку. — Я сейчас тебе помогу.

Матвей молча кивнул и снова закрыл глаза, готовясь к боли. Ну что, друг, придётся потерпеть. Я приложил руку и просканировал раны. Этот мохнатый гад успел глубоко погрузить свои жвала, но крупные сосуды не повредил, иначе парень умер бы до того, как я пришёл на помощь. Если бы паук повредил ему брюшную аорту, он прожил бы несколько секунд.

Я осторожно восстанавливал все повреждения, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Всё пространство под деревьями было буквально устелено телами мёртвых пауков и на небольшом участке между ними находились мы.

Моего восстановившегося резерва хватило, чтобы полностью очистить тело Матвея от негатива Аномалии и заживить раны, даже немного придал ему жизненных сил, но мне снова пришлось медитировать. Я ещё сидел с закрытыми глазами возле Матвея, когда услышал приближающиеся шаги.

— Как он? — спросил Влад.

— Вроде нормально, — ответил я синхронно с Матвеем.

Я открыл глаза и увидел, что мой друг уже не валяется беспомощной куклой, а сидит на теле одного из пауков и рассматривает частично повреждённый на животе доспех. Потом мы встретились взглядами, и он натянуто улыбнулся, лицо ещё оставалось бледным. Оно и понятно, на месте, где он только что лежал, осталось немало впитавшейся в землю крови.

— Мы закончили, — сказал Влад, с толикой уважения оценив приложенные мной усилия по спасению одного из бойцов отряда. — Присоединяйтесь к сбору трофеев, вон вокруг вас сколько.

Я автоматически оглянулся. Ребята собирали паутину, наматывая её фрагменты на палку, другие потрошили пауков, выдирая пластины панциря и выковыривая магические кристаллы. Мы с напарником поднялись и присоединились к остальным. На сбор трофеев ушло ещё полчаса. Улов и, правда, оказался очень даже солидным.