Горынин исполнил своё обещание и направил запрос в Канцелярию Министерства. Официальный ответ пришёл быстро, но ещё быстрее неофициальное сообщение пришло самому Соломону от князя Астахова. Короткое эсэмэс:

«Ты низложен».

Шарк-шарк…

Шарк-шарк…

Соломон вдруг остановился. Вот они — комнаты бесят.

Шесть дверей. Ближайшая — с отметинами вырванных когда-то петель.

— Ставр-р-р-ров…— прорычал он снова.

Красные, пьяные глаза Соломона налились злостью с новой силой. Источник вспыхнул, магические потоки рвано, зло начали пробираться по каналам.

Алкоголь испарялся, по телу пробиралась дымка, но чтобы протрезветь, нужно ещё много времени.

Соломон никогда не был могучим боевым магом. Да и в развитии он не смог достигнуть значимых вершин.

Нет…

Он всего добивался хитростью и умом. Но сейчас… сейчас его сил вполне хватит, чтобы свершить задуманное.

Эти мелкие ублюдки не захотели убраться с его пути по-хорошему?

Что ж, теперь пускай пеняют сами на себя!

— Ставр-р-ро-о-о-ов! — снова прорычал Соломон, и яркое пламя вспыхнуло у него между пальцев. — ЭТО ТЫ ВО ВСЁМ ВИНОВАТ!!!

— ЭТО ТЫ ВО ВСЁМ ВИНОВАТ!!! Р-Р-Р-Р-А-А-А-А!!! СТАВР-Р-Р-О-О-О-В!!!

Пламя вспыхнуло, коридор общежития осветился ярким светом. Вельцин вскинул руки, формируя мощный заряд огненной магии.

Лицо изуродовано сумасшедшим оскалом. Глаза, красные от хмеля и злобы, безумно расширились. А зубы со скрипом прижались друг к другу.

Но вдруг…

Позади раздался голос:

— Эй, ты бы полегче. А то так парик слетит. Вон, уже отлепляется.

Тут гамма эмоций на лице Соломона забурлила так, что за пару секунд он перебрал их все: удивление, непонимание, ужас, страх, надежда, опять страх, неверие, сомнения и так далее. В итоге Вельцин замер с раскрытым ртом и удивлёнными безумными глазами прямо в позе за пару мгновений до того, как выжег бы весь коридор с ближайшими комнатами огненной магией. Даже сопутствующие жертвы его залитый пойлом разум не волновали.

Почему он всё же не стал этого делать? Нет, не протрезвел и не опомнился. Просто он понял, что всё пропало.

— Т-ты… — тихо, с хрипом из-за пересохшего горла произнёс Соломон. — Т-ты же….

Он боялся обернуться, боялся пошевелиться. Оцепенело тело, даже Источник. Казалось, магические потоки в каналах застыли словно льдом. И это у огненного-то мага.

— Да ты… н-не может быть… Ты же должен… — блеял он в страхе обернуться.

Вдруг почудилось?

Почудилось же, да?

Но затем раздались шаги, и Соломон вздрогнул. Неспешные, уверенные шаги, от которых содрогалось сердце.

Ставров обошёл его с правой стороны так, словно и не замечал. Даже не замедлился, а двинулся дальше, не оборачиваясь. И Соломон очень хотел, чтобы он так и не обернулся.

Но шаги остановились, а Ставров замер. И медленно, словно наслаждался экзекуцией, повернулся к нему и взглянул прямо в глаза.

Тут же пламя погасло — не по воле Соломона. Он уже давно потерял власть над своим Источником от страха. Нет… Просто он увидел лицо Ставрова. Такого ненавистного, раздражающего…

И такого ужасающего.

На нём сейчас не было привычной ухмылки, ни капли веселья в глазах, ни даже обычной для Ставрова расслабленной позы, словно он пожизненно в каком-то отпуске. Ничего подобного.

Сейчас на Соломона смотрел рассерженный, злой, кипящей холодной, даже ледяной яростью Сергей Викторович Ставров. Боевой маг непонятного могущества, который, казалось, мог раздавить его, словно букашку.

«Вот сейчас, — промелькнула мысль у Соломона. — Сейчас самое время проснуться! Пожалуйста, проснись! Просыпайся, дурак!!!»

Но это был не сон. И Соломон не проснулся — только протрезвел.

Однако от этого стало только хуже.

━─━────༺༻────━─━

Я повидал многое, и мало что в этом мире могло разозлить меня по-настоящему. Не то чтобы я раздражался, ворчал или кипел от гнева. Последнее даже было скорее поблажкой самому себе, чтобы выпустить пар.

Но сейчас меня охватила настоящая злость. Ярость. Она холодная, расчётливая, вязкая и обволакивающая, словно густой туман. Такая ярость прочищает разум и делает мир куда чётче. И я был по-настоящему зол.

— К-как т-ты здесь оказался? — не веря собственным глазам, спросил Вельцин.

— Неужто ты думал, — ответил я ровным голосом, — что я не забочусь о безопасности своих учеников? Особенно когда ты маячишь рядом. А?

В глазах Вельцина поселилось непонимание. Точнее, он понял, что я сделал, но как — ему в голову ничего не приходило. Ни одна мысль не могла хоть на сколько-нибудь приблизить его к разгадке, и это ещё больше сбивало его с толку.

Сигнальное заклинание я поставил ещё в первый же день нашего пребывания в этой академии. А попасть сюда с помощью портала — это уже плёвое дело для меня. Даже Лену не разбудил, когда вставал с кровати. Хорошо хоть успел одёжку прихватить, а то эффект получился бы не такой сильный, если бы я стоял перед ублюдком в одних труселях.

Ну да ладно. Шутки-шуточками, а с Вельциным надо что-то делать. В прошлый раз я его отпустил, хоть и с проклятием-паразитом в башке. Но отпустил…

Однако сейчас он дошёл до того, чтобы напрямую угрожать безопасности моим ученикам. И не только моим.

Такое прощать нельзя.

Я сделал шаг вперёд и медленно поднял руку, пальцами в его сторону.

— Ч-что ты делаешь?!! — заревел он. — П-помогите! Помогите!!!

Вельцин хотел кричать, и ему наверняка казалось, что это получается. Но его глотка так пересохла от ужаса, и получался лишь тихий истерический всхлип. Тявканье, которое не потревожило сон ни одного из моих бесят, ни других учеников, которые спали в комнатах рядом.

Я просто стоял и молчал, глядя, как надежда угасает в его взгляде. Как Источник сжимается в крохотный огонёк. И наконец, когда Соломон осознал, что помощи ждать неоткуда, он принялся умолять:

— Н-нет… П-пожалуйста, не надо! — залепетал ублюдок. — У меня есть деньги! Они спрятаны, я всё отдам! У меня есть!..

Вспышка в миг прервала его лепет. А когда она погасла, коридор уже опустел и снова погрузился в ночную тишину.

━─━────༺༻────━─━

— Подъём! Подъём! Подъём!!!

БАМ-БАМ, БАМ-БАМ, БАМ-БАМ!!!

Я прошёлся по всем дверям комнат моих бесят и встал посреди коридора, уперев руки в бока.

Первым открылась дверь в комнату Сани и Данилы.

— Что там опять? — высунулась недовольная морда Савельева.

— Не опять, а снова… — пробурчала Анжела, скрестив руки на груди.

— Да бли-и-ин, — вышел из комнаты взъерошенный Марк. — Я вот вообще… Э-Э-Э-Э-Э-Э-Х!! — зевнул он, — ни черта не выспался.

Из третьей двери, причём добровольно, появился Аристарх Белов собственной персоной. Он так же хмуро прикрыл за собой дверь, уже готовый, в форме. Встал, оперевшись спиной о стену, и продолжил молчать в ожидании.

Вскоре Саня с Марком опять скрылись в комнатах, чтобы переодеться, а через пару минут появились Даня и Гордей, уже готовые, в форме, но какие-то заспанные и неуклюжие.

Похоже, ребятки вчера покуролесили и легли очень поздно. Что ж, это была их ошибка.

— Всё, хватит спать! — прервал я утренние стенания. — Стройся!!

Команда сработала лучше любого кофе. Ребята взбодрились, шустро выстроились в шеренгу.

— Нале-ВО! Бегом… МАРШ!

И они побежали. Из-за двери чуть дальше слева высунулся недовольный парнишка. Он что-то пробурчал про «потише, козлы, тут люди спят». Но увидел нас и решил спрятаться поскорее.

Бежали мы недолго — всего около часа. Вверх-вниз, вверх-вниз, влево-вправо, влево-вправо по горам, тропкам и скалам. Совершенно спокойная, безмятежная пробежка для утренней зарядки. К тому же я не стал вешать на ребят утяжелители, чему они были несказанно рады.

Правда, они ещё не знали, что их ждёт впереди.

— Так, всё, теперь переходим на шаг, плавно останавливаемся и выравниваем дыхание, — скомандовал я, когда мы добрались до небольшой долины, окружённой пологими сопками.