— Это, действительно, очень хорошие новости, — сказал отец, немного подавшись вперёд. — Есть шанс хорошо продвинуться в расследовании.

— Я хотел тебе сказать ещё кое-что, — продолжил я. — Я раньше скидывал тебе информацию о том, что мне удалось исцелить Туманного ежа и Спрутолиса, превратил их в нормальных зверей. А сейчас я пытался превратить обратно Лешего, но у меня ничего не получилось, для этого нужно слишком много энергии. Или нужно делать это как-то по-другому, тогда надо разрабатывать специальную методику. Но одному мне это не потянуть. Было бы неплохо развернуть какое-то подобие научного центра. Вполне возможно, что границы Аномалии можно отодвинуть, уменьшить её саму до минимально необходимого размера. Думаю, для нашего рода это будет полезно.

— Читал об этой теории в твоих отчётах ранее, — кивнул отец. — Соответствующий научный центр в непосредственной близости от Аномалии, скорее всего, будет идеальным решением. Знаешь, я, наверное, даже поговорю с герцогом Лихтенбургским. Думаю, он с радостью согласится. Тем более что финансироваться этот проект будет дополнительно из нашего бюджета и, вполне возможно, из имперской казны. Для этого поговорю ещё в ближайшее время с императором. Не думаю, что он откажется от исследований в этой сфере.

— Просто так позвонишь ему и поговоришь? — с ухмылкой спросил я. — Или ты собираешься ехать на аудиенцию?

— А чему ты удивляешься? — усмехнулся отец. — Вообще-то, больше тридцати лет назад мы с ним вместе учились в академии, на одном курсе. Тогда он был просто княжичем, как и я. Точнее, не просто, а принцем-наследником, но всё же мы были практически на равных. Дружили очень хорошо, поэтому до сих пор отлично общаемся. И, что очень важно, он прекрасно знает, что я его никогда не подведу. И когда он узнает, что можно более углублённо изучить и даже начать контролировать Аномалию, чтобы уменьшить наносимый монстрами ущерб близлежащим городам и сёлам, будет доволен. Вполне возможно, что согласится финансировать этот проект и выделит своих людей. Нам ведь сейчас самое главное — получить его одобрение.

— Согласен, без этого никак, — кивнул я. — Если за дело взяться серьёзно, одобрение императора крайне важно, так как будут затронуты интересы многих.

Я сделал небольшую паузу, готовясь к следующему вопросу и, только открыл рот, чтобы спросить по поводу Евгении, как отец поднял руку, остановив меня:

— Извини, сын, но у меня сейчас очень срочные дела. Давай с тобой продолжим в другой раз.

— Хорошо, — кивнул я. — Давай немного отложим.

Кабинет отца исчез, и я снова оказался в своей комнате. И опять это чувство — небольшое разочарование. Хотел поговорить с отцом по поводу моих отношений с Евгенией, но, к сожалению, придётся немного отложить. По-любому это надо сделать до того, как я пойду к ней на обед, чтобы познакомиться с её родителями, для меня это сейчас очень важно.

Скорее всего, завтра в первой половине дня найдётся весомый повод нарушить его покой. К этому времени специалисты успеют расшифровать содержание жёстких дисков, проверить документы, добытые в логове менталистов. Наверняка найдётся очень много интересного, ведь они ночь спать не будут, чтобы сделать всё побыстрее.

До ужина оставалось ещё вполне достаточно времени, чтобы разрешить ещё одну проблему. Я вышел из особняка, никому ничего не сказав. Отмахнуться от Стаса с Матвеем мне так и не удалось — они подорвались со своих кресел, где предавались мирной беседе, и поспешили вслед за мной.

Поспешившему к машине Андрею я махнул рукой, давая понять, что он пока не нужен. В сопровождении личных телохранителей я уверенной походкой вышел за ворота и направился к лаборатории нашего артефактора. Она находилась всего в трёх минутах ходьбы, стоило лишь обогнуть ограду поместья.

Рабочий день, по идее, подошёл к концу, но я видел дымок, поднимающийся из трубы. В том конце лаборатории как раз находится кузнечный горн. Уверенность, что парень ещё на работе, укрепил звон металла. Похоже, теперь мой артефактор прочно решил стать кузнецом. Ну хотя бы ничего не взрывает, и то уже хорошо.

Не зная, услышит ли он мой стук или звонок в дверь, я решил просто дёрнуть за ручку. К моему удивлению, дверь открылась. Арсений нанёс последний удар молотком по заготовке, повернулся в мою сторону и чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности.

— Так ты дверь за собой изнутри закрывай, чтоб тебя больше никто не испугал, — сказал я, усмехнувшись по поводу его реакции. — А так, глядишь, и Леший придёт, а ты и не заметишь до последнего момента. Так что со мной тебе повезло.

— Сказал же этим оболтусам дверь запереть, когда будут уходить, — недовольно пробурчал Арсений, но тут же сведённые брови разошлись по местам, парень улыбнулся и уверенной походкой направился мне навстречу. — Какими судьбами, Ваше Сиятельство?

— Вот ни за что не догадаешься, — сказал я чуть тише, придав голосу максимум таинственности. — Мне нужна твоя помощь.

— Ха, эка невидаль, пойдём, — он махнул рукой, направившись к своему кабинету.

На полпути Арсений обернулся к Стасу с Матвеем, которые с интересом разглядывали заготовки артефактов, лежащие на верстаках:

— Только ничего здесь не трогайте, а то сгинете мигом, даже костей не найдут.

— Я и не собирался, — отмахнулся от него Матвей, даже не обернувшись в его сторону. Видимо, что-то приковало его взгляд настолько сильно.

Арсений сел за стол, показал мне на кресло напротив, а сам взял несколько чистых листов, положил перед собой ручку и карандаш и приготовился внимательно слушать.

— Практичный подход к делу, — улыбнулся я, увидев, как он готовится к беседе. — Я сегодня попытался излечить Лешего.

— Он что, приболел? — хмыкнул Арсений. — С чего бы такая благотворительность?

— Ты же вроде был в курсе, — сказал я, судорожно вспоминая. — Или ты не видел ежа и зайца, что бегают у меня во дворе?

Арсений лишь удивлённо вскинул брови и молчал, ожидая продолжения. Теперь я вспомнил, как давно товарищ не был у меня в гостях. Наверное, с тех пор, как начал снимать отдельный дом, решив, что так ему будет комфортнее. Хотя комната, которую я ему изначально выделил, была довольно просторной, уютной, и, как говорится, со всеми удобствами.

— Ладно, исправим это недоразумение, — кивнул я. — Так вот, с помощью энергии исцеления я научился превращать небольших монстров в обычных зверей, вызывая процесс обратной мутации.

— И ты смог превратить Спрутолиса? — ещё выше поднял брови Арсений.

— Именно так, — улыбнулся я. — Теперь это мой новый друг. Сегодня во время вылазки я пытался точно так же превратить Лешего. Но оказалось, что для этого нужно очень много энергии. Моего запаса катастрофически не хватает.

— Кажется, я понял, что тебе нужно, — сказал Арсений, встал и потянулся за толстым талмудом, что стоял довольно высоко на полке в шкафу позади него.

Он осторожно положил на стол тяжеленную книгу, бережно распахнул её, как величайшее сокровище, затем начал неторопливо листать.

— Вот, — сказал парень, ткнув пальцем в текст. — Есть амулет, который аккумулирует энергию, постепенно накапливая запас, многократно превышающий максимальный запас любого мага.

— Вполне возможно, это действительно, именно то, что мне нужно, — сказал я, поднимаясь с кресла и подходя поближе.

На рисунке был изображён медальон, который не был целиком отлит из металла, а словно сплетён из тонких прутиков. В центре его был крупный кристалл. По кругу располагались ещё четыре, словно указывая на стороны света.

— Вот это, — Арсений ткнул пальцем в центральный кристалл красного цвета, — магический камень высокого ранга. Его можно найти в монстрах, обладающих стихией огня. По крайней мере, здесь так написано. Достать его довольно сложно. Если сможешь найти, тогда я всё сделаю, остальные ингредиенты у меня есть.