В дальнейшем график публикации глав немного изменится — суббота будет выходным. Надеемся на ваше понимание.

Ещё раз с Новым годом! Вы классные, и спасибо, что вы есть!

Все тут же обернулись в сторону двери. Даже Теодрир с очередным мрявом оторвался от своей разломной игрушки и уставился в сторону неожиданной гостьи.

Я же оторвался от Лены и направился к ней.

Даня не находил себе места, его Источник разве что салюты не пускал. Да и сам парень не скрывал радости. Глаза сверкали, улыбка стояла до ушей. Он был очень рад видеть свою маму. Так рад, что не дал ей скинуть с себя пуховик и кинулся обниматься.

— Привет, сынок, — поздоровалась она мягким голосом и нежно потрепала его по макушке. — Ого! Ты отрастил волосы? Наконец-то!

— Ну, вообще-то они были ещё длиннее, — улыбнулся я, — пока он не спалил себе почти всю шевелюру магией. Здравствуйте, меня зовут…

— Мам, мам, это мой учитель, Сергей Викторович Ставров! — воскликнул шкет.

— Приятно познакомиться, — кивнула она и представилась: — Вера Степановна.

— Очень приятно, — я кивнул в ответ и пригласил войти в дом.

Мама Данилы была молодой женщиной лет тридцати пяти, не больше. Тёмные волосы, стриженные под каре, и острый, но заметно уставший взгляд серых глаз. И, что удивительно, она не была магом.

Я мельком проверял её Источник, пока она вешала пуховик, знакомилась с остальными присутствующими и присоединялась к праздничному столу.

Ничего особенного мне не попалось. Точнее, не было Источника магии как такового. Хотя…

Подождите-ка!

— Вера Степанова! — воскликнула Лена, — не стесняйтесь, кушайте. Вы, видно, очень устали с дороги и наверняка проголодались!

Лена уже примеряла на себя роль хозяйки дома с удивительной лёгкостью, будто давно знала, что так оно и произойдёт.

Хм, меня терзают смутные сомнения, что мой подарок был не таким уж неожиданным…

В общем, когда все перезнакомились и новогодний стол снова зазвенел бокалами, Лена приложила все усилия, чтобы Вера Степановна чувствовала себя как дома, и это отлично получалось. Скоро она вовсю улыбалась, выпила пару бокалов и отогрелась после непростой дороги

Вера Степановна, как она сама поделилась, преодолела очень долгий путь. Хотела сделать сюрприз сыну, поэтому никого не предупредила о своём прибытии. Но в общаге Даню не нашла, а место, где он отмечал Новый год, вообще узнала почти что случайно, когда повстречала Василия Палыча.

— Он был очень… навеселе, — хихикнула Вера Степановна, рассказывая нам эту историю. — Я вообще-то думала, что он радуется Новому году. Но, кажется, его больше заботил какой-то плешивый… — она вдруг осмотрела присутствующих и тихо произнесла: — … засранец, простите за выражение. Это прямая цитата!

Значит, это про Соломона. Как по мне, директор ещё вежливо его назвал. Но неужели Палыч так сильно обрадовался нашей победе? Тут должно быть что-то ещё…

— Да ладно, мам! — отмахнулся Даня. — Мы тут и не такое слышим!

— Даня! — обернулся я. — Ты что такое говоришь⁈

— Да я про старшаков! — оправдывался шкет. — Когда начинается перемена, начинается настоящая жизнь.

Он сделал вид, что произнёс какую-то великую мудрость и поспешил скрыть взгляд за стаканом ананасового сока.

В общем, с шутками да прибаутками мы провели ещё один небольшой полуночный ужин, и гости начали расходиться. Настя с Ингой отправились к себе, а Веру Степановну с Даней я разместил в гостевой комнате. Лена мне подмигнула и отправилась в спальню на втором этаже.

А Гога изъявил желание ночевать в зале, на диване.

— Нравится мне этот ваш Тедди, — хмыкнул он.

— Мраф! — с горделивым видом отвлёкся тот от вечерних водных процедур.

То бишь от облизывания своей немаленькой тушки, конечно. И делал он это в огромной Дракотячьей лежанке, которую было очень непросто достать и ещё сложнее протолкнуть через дверной проём.

— Кстати, Ставр, — протянул мой стародавний соратник, — а этот Даня не сынишка ли старшóго?

— С чего ты взял? — насторожился я.

— Слушай, — хмыкнул он, — конечно, на морду лица он больше похож на свою маму. Но взгляд и его глаза как бы намекают немного…

— Догадался всё-таки, — хмыкнул я.

— Конечно! Ты за кого меня принимаешь? — наигранно возмутился Верблюд. — Да я как увидел его взгляд, так сразу!..

— Он что, дар гравитации засветил? — ухмыльнулся я.

— Ну да, — почесал затылок Гога.

Он любил повыпендриваться, а я любил его иногда обламывать в этом. Но потом обязательно кормил мясом.

Но на этот раз Гога даже не вспомнил об этой нашей традиции и задумчиво произнёс:

— Тогда понятно, почему ты устроился в эту академию…

— Именно, — кивнул я. — И похоже, не зря.

Невольно я задумался, что забота о Даниле и последняя воля моего лучшего друга уже давно не единственное, что удерживает меня здесь.

— Ну ладно, иди, — Гога похлопал меня по плечу и усмехнулся. — Кажется, тебя наверху ждёт награда за чрезвычайно дорогой подарочек. Ты только шумоизоляцию не забудь поставить!

— Гога… — стальным голосом произнёс я.

— Ладно, ладно! — поднял он руки в примирительном жесте. — Понял. У вас всё серьёзно, и шуточки в эту сторону под запретом!

— Серьёзно. Очень, — ответил я и направился к лестнице.

Но вообще-то, Верблюд оказался прав. Заклинания для шумоизоляции мне пригодились.

━─━────༺༻────━─━

Утро выдалось замечательным. Я проснулся без будильника даже после праздника — организм сработал как часы.

Но в этот раз мне жутко не хотелось вставать с кровати, потому что голова Лены лежала на моей груди, а мягкое бедро прижимало меня к мягкому матрасу. Нежная бархатистая кожа обволакивала слаще самой дорогой ткани, а цветочный запах волос ласкал нюх.

Не хотелось её будить, поэтому я решил немного переиграть свою утреннюю зарядку. И вместо физических упражнений принялся прогонять по всему телу магические потоки. Физухой займусь потом, тем более что в таком умиротворяющем состоянии сосредоточение особенно лёгкое и подконтрольное.

А сейчас меня особенно интересовал источник Хаоса, так что следовало использовать все преимущества, которые только можно.

Хаос. Энергия, которой я не обладал в полной мере, и в последний раз это стало серьёзной проблемой из-за странной драконихи, про которую Теодрир отказывался рассказывать подробности даже за дополнительные порции стейков.

А дракониха ведь выжила и сейчас обитала неизвестно где. Поэтому всё, что мне оставалось — это поднять уровень владения Хаосом до такого, чтобы она не могла помешать мне никаким образом.

И только я принялся разбираться во всей этой муторной и совершенно не дисциплинированной энергии, как вдруг понял, что она меня вообще отказалась слушаться!

Это сильно настораживало, поэтому я бросил мыслеобразный клич Теодриру, и тот ответил какой-то несуразицей. Чем-то это походило на его поведение во время встречи с драконихой, так что я аккуратно выскользнул из объятий Лены, чтобы проверить своего монстрёнка.

Девушка мило свернулась калачиком и продолжала улыбаться во сне. Я слегка задержал на ней взгляд, затем оделся, вышел из комнаты и уже спускался по лестнице.

Как вдруг снизу раздался крик Данилы:

— Да катись куда хочешь! Ненавижу!

— Сынок, подожди! Давай погово…

Но Веру Степановну прервал громкий грохот двери.

Когда я уже стоял внизу, на меня глядели две ошарашенные пары глаз — вскочившего на диване Верблюда и Теодрира, который вытянул голову из своей огромной лежанки. Он выглядел растрёпанным, словно не спал всю ночь. И перед тем, как прогремела сцена, он явно пытался разодрать новенькую лежанку!

Но ничего не получилось, потому что она была сшита из разломных материалов, хе-хе…

А у дверей стояла жутко расстроенная Вера Степановна.