Перед тем, как пуститься в обратный путь, решили перекусить. Мы поделились салом и хлебом, угостив Бурмистрова, как я и обещал, другие ребята тоже поделились, кто чем мог.

Во время обеда выяснилось, что ещё несколько бойцов ранены. В пылу боя они даже не замечали повреждений, а теперь раны сильно жгло из-за попавшего в них яда и негативной энергии, которая только ухудшает их состояние. Так что мне снова пришлось потрудиться.

Когда спускались по склону, солнце уже перевалило далеко за полдень. В принципе выйти из аномалии мы должны были задолго до заката, и я уговорил Бурмистрова поохотиться на жабоидов. Если сшить из нескольких слоёв чёрной жабьей кожи куртку под доспех, то его эффективность значительно возрастёт. Была бы сейчас такая куртка на Матвее, мог бы отделаться гораздо меньшими повреждениями, когда паук разворошил пластины брони.

Чтобы ускорить процесс, мы дружно общипали брошенного Стасом внизу ежа и общими силами наделали кучу стрел для игольника, так что Стас ходил плевался иглами, а мы подбирали жаб и сдирали с них кожу, благо местные парни были приучены свежевать добычу прямо на месте. Стас умудрился подстрелить ещё пару Призрачных белок по пути.

— Ну вот, мне в копилочку, — сказал довольный Стас, когда появилась возможность ошкурить свой улов. — А кристаллы продам и сделаю себе новый доспех из этой хрени, — добавил он, пнув мешок со снятыми с пауков пластинами.

— Теперь вы все можете неплохо обновить свою амуницию, — улыбнулся Влад, который, судя по его виду, был очень доволен этим рейдом. — Если пойдём туда ещё раз, будете чувствовать себя увереннее. Но раньше чем через месяц там делать нечего будет. Похоже, на холме не было никого из наших месяца три или четыре.

— Это они так быстро нарождаются? — удивился я.

— А что ты хотел? — усмехнулся Влад и поднял вверх указательный палец. — Это ж Аномалия, тут вся дрянь быстро растёт. Судя по всему, и червей всех порубили, чтобы спокойно этих жаб собирать. И этих бедолаг почти не осталось. А если через месяц вернуться, их снова будет полно, вот увидишь.

— Тут не соскучишься, — улыбнулся я.

— И с тобой не соскучишься, — добавил Влад. — Я думал, ты простой лекарь, а ты ещё и копьём своим чудным неплохо машешь, да ещё и разрядами бил, так кто ты есть на самом деле?

Настал этот неприятный момент, которого я опасался, видимо, мои действия были не такими скрытными, как мне того хотелось. Но просто отмолчаться не получится, надо как-то объяснить.

— У меня от рождения два дара, но я хочу стать целителем, — ответил я коротко.

— Странно, — пожал плечами Бурмистров. — Все хотят стать сильными и бесстрашными воинами, а ты, имея все задатки, подался в целительство. Я этого не понимаю.

— Но ведь пригодилось же? — улыбнулся я.

— Не поспоришь с таким аргументом, — кивнул Влад. — Иначе твой друг там бы на холме и остался, аптечка его не спасла бы. Не с таким ранением.

— И в будущем пригодится, — добавил я. — И я докажу, что целитель на поле боя не менее важен, чем сильный и бесстрашный боец или маг. А может, и более важен.

— Вполне может быть, — ответил Влад и внимательно посмотрел мне в глаза. — Думаю, тебя ждёт большое будущее. Береги себя и удачи тебе. Будет интересно посмотреть на твои достижения дальше.

— Спасибо, — ответил я.

В город мы вернулись уже ближе к закату. Военные на воротах проводили нас взглядами, но не проронили ни слова. Мне кажется, они удивились, что мы тащим на себе столько трофеев, а среди нас нет раненых, даже никто не хромает и не забинтован. Это как раз лично моя заслуга.

В воскресенье мы с Матвеем занялись разбором своих трофеев. Пластины с пауков мы решили по большей части продать, так же, как и ядовитые жвала и красную кожу с головы жаб, а вот чёрная пойдёт на новые куртки под доспех. Кристаллов для попытки прорыва четвёртого круга у меня теперь достаточно, можно даже из них эликсир сделать, с которым этот процесс гораздо удобнее, но уйдёт больше кристаллов, что я сейчас могу себе позволить.

— А зачем ты хочешь часть пластин оставить? — удивился Матвей, глядя, как я их сортирую.

— Можно дополнить имеющийся доспех, прикрыв уязвимые места, — ответил я.

— Так ведь куртки из жаб будут, — заметил напарник.

— Ну и что, это не помешает, — сказал я. — Попомнишь ещё мои слова.

— Ладно, уговорил, — пробормотал Матвей и тоже начал откладывать в сторону пластины определённого размера, как и я это только что делал.

— Нам бы ещё раздобыть рог Кровожадного танка, — сказал я, проверяя заточку протазана, она явно требовалась. На лезвии уже имелось несколько глубоких зазубрин. — Хватило бы и тебе на новый меч и мне на наконечник для протазана.

— Да, — улыбнулся Матвей. — Было бы неплохо. Я тоже зазубрины сосчитал, уже одиннадцать. Если бы мы сегодня пошли с отрядом наёмников, то, вполне возможно, был бы у нас этот рог.

— Ходить на рейды два дня подряд — это перебор. Тем более, после твоего ранения все равно нужна пауза, — покачал я головой. — Отдыхать тоже надо, зато у нас есть время со всем разобраться. Так что складывай всё в мешок и пошли забирать свои деньги.

— И купим в лавке по дороге копчёного гуся, — на полном серьёзе сказал Матвей, глядя на меня исподлобья и приготовившись выслушивать возражения.

— И купим гуся, — кивнул я.

— Серьёзно? — удивлённо спросил мой напарник и расплылся в улыбке. Такой серьёзный детина, а только о еде мечтает. С учетом, как он готовит, он думал, я откажусь от подобного, когда появились дополнительные деньги? Смешной. — Тогда пошли быстрее! Я уже чувствую этот аромат!

Когда я пришёл на работу в госпиталь в понедельник, там было на удивление тихо. Странно, обычно к утру начинают привозить раненых бойцов с ночных рейдов. Какими бы ни были крутыми ночные охотники, им тоже неплохо достаётся, так как ночью активируются более серьёзные монстры, за которыми они, собственно, и охотятся — добыча в случае удачи может окупить все расходы. Но чаще всего привозили военных, которые участвовали в зачистках или отражали атаки тварей на город ночью. А сейчас тихо.

Я вошёл в ординаторскую, а все целители отделения во главе с Герасимовым сидели за столом и пили чай.

— Привет, Вань! — бодро воскликнул Анатолий Фёдорович, остальные двое приветствовали кивком. — Иди садись, чаю попьём, пока тихо.

— А почему тихо? — спросил я, усаживаясь на свободный стул. — Даже непривычно как-то.

— Непривычно, — кивнул Герасимов.

— И тревожно, — сказал Василий Анатольевич, тот, что чуть старше из двух целителей в подчинении моего наставника. — То есть причину этого затишья ты не знаешь?

Я молча помотал головой и ждал разъяснений.

— Со вчерашнего дня ночные рейды временно запретили, Вань, — пояснил Герасимов. — Что-то они там пробудили не то или Аномалия резко активизировалась, сложно сказать. Некоторые отряды вовсе не вернулись, а из тех, что посильнее — лишь часть. Они-то и рассказали, что там происходит. Не обратил внимания, наверное, что все солдаты поставлены в ружьё, технику всю к воротам подогнали?

— Что-то не обратил внимания, — покачал я головой. — Единственное, что заметил, две патрульных машины встретил по пути в госпиталь вместо одной.

— Я думаю, это только начало, — сказал, жуя овсяное печенье, Василий Анатольевич. — Скорее всего, из гарнизона на юге ещё пригонят войска город защищать. И вертолёты военные курсируют вдоль границ Аномалии. Чувствую, будет нескучно в ближайшее время.

Как только он это сказал, где-то вдалеке прозвучали длинные пулемётные очереди и раздалось несколько взрывов. После короткой паузы стрельба и взрывы повторились, потом снова наступила тишина.

— Похоже, какие-то твари уже вышли погулять, — сухо констатировал Герасимов. — Скоро придётся жить в госпитале.

— Этого горе-пульмонолога надо спустить в приёмное, — предложил Василий Анатольевич. — Сидит там штаны протирает.

— Чтобы он загубил нам тут с десяток раненых? — ухмыльнулся Герасимов. — Нет уж, спасибо, сами как-нибудь. Лучше уж тогда Михаила Ивановича попрошу, от него толк будет.