Впрочем, у парня тоже были свои причины отвлечься.

— Тоха! — воскликнул громкий раскатистый голос Аскольда Свиридова.

Помимо полицейских машин перекрёсток огородили и чёрные бронированные внедорожники с кучей вооружённых дуболомов. Они стояли по другую сторону от полицейских. Но Аскольд оставил их на месте, а сам побежал к сыну.

Только вот Антон не дал ему себя обнять. Увернулся, упрямо взглянул на своего отца, помотал головой. И Аскольд вдруг будто опомнился. Приосанился, поправил пиджак и оглянулся, не заметил ли кто-нибудь, как он дал слабину.

— Кхм, то есть… Антон! — с серьёзным видом пробурчал Аскольд. — Ранений вроде нет, сам цел, всё в порядке. Молодец!

— Ага, — буркнул Антон. — Не беспокойтесь, господин Свиридов, я в порядке.

Интересная, однако, сцена… Я нахмурился, наблюдая за ними. Похоже, у Свиридовых тоже какие-то внутренние тёрки.

Ну, пускай разбираются сами. Пока это не касается учёбы, мне вмешиваться не стоит.

Тем временем третий родитель тоже прорвался через баррикады и кинулся к Денису.

— Сын! Сын, ты в порядке?

Это был Юрий Островский, отец Дениса.

— Ох, слава богам! — воскликнул он. — Я уж боялся, что!.. Да даже вспоминать страшно! Хорошо, что матери никто не сказал, она бы совсем заволновалась! Ты в порядке? Всё хорошо⁈ Цел?!!

Он осыпал Дениса вопросами, но не давал ответить. И принялся ощупывать его за щёки, за лицо, за волосы. Прошёлся по телу, проверяя, не получил ли сын каких-нибудь ран.

И не обращал внимания на то, как Денис пытался вырваться:

— Да пап! Ну блин! Да всё нормально со мной! Хватит!

В общем, это была забавная и довольно милая картина, за которой одиноко наблюдал Данила. Он не знал своего отца и теперь никогда не узнает. А что там с матерью — я ещё разобраться не успел.

Поэтому я подошёл к нему и хлопнул по плечу. Но ничего не сказал, только подмигнул и улыбнулся.

Его Источник сейчас находился в слишком шатком состоянии, чтобы тревожить его словами. Иногда лучшая поддержка — это просто молча дать знать, что человек не один.

Скоро разлом закрылся, и всё оцепление выдохнуло. Через баррикады начали уже прорываться и мои Шалопаи. Я попросил Рыжова, и тот дал команду, чтобы ребят пропустили.

Весь класс буйной волной хлынул на нас и начал расспрашивать ребят о произошедшем. Поднялся такой гвалт, что хоть уши закрывай.

А вот Островский, Рыжов и Свиридов-старшие наконец-то отлипли от своих чад и подошли ко мне.

— Сергей Викторович, — первым обратился Руслан. — Что там происходило? Вы можете рассказать?

— Ага, — нахмурился Аскольд, бросив мимолётный взгляд на своего врага. — Аномальные разломы посреди города! Дети пропали… А потом вы появляетесь из ниоткуда!

— Я такое в первый раз вижу, — кивнул Юрий.

— О-о, ну, это удивительная случайность! — улыбнулся я с самым честным выражением лица, которое только смог состроить. — Просто мы смогли активировать портал внутри разлома и выйти обратно.

— Обычно порталы закрываются, а не наоборот, — нахмурился Руслан и также мимолётно взглянул на Аскольда.

— Ну а здесь получилось наоборот. Тут нет никакой тайны! — уверял я их.

Хотя на самом деле открытый мною портал как раз и был самой большой тайной во всей истории. Но чтобы переключить вопросы на другую тему, я прочистил горло и громко воскликнул:

— Итак, внимание! Прошу всех помолчать и послушать меня!

Шалопаи резко прекратили гвалт. Рыжов с Островским даже удивились, как это у меня так получилось. Но они-то сделали это молча, а вот Свиридов аж присвистнул:

— Ни хера себе! — но тут же опомнился, ведь даже полукриминальный граф в первую очередь — граф: — Кхм, в смысле… Удивительно! Как хорошо вы с ними справляетесь, Сергей Викторович.

Руслан лишь усмехнулся, а вот Юрий так скривился, словно учуял нечто дурно пахнущее.

Ну да, ну да, он же благородный аристократ! Древняя голубая кровь. А для таких словечки вроде «ни хера себе» просто не должны вылетать на виду у всех.

Однако стоило Аскольду повернуться в его сторону, как гримаса тут же исчезла с лица Островского-старшего. Думается, получать по роже голубая кровь тоже не слишком любила.

— В общем, — объявил я, — можно считать произошедшее внеочередным экзаменом для четверых «счастливчиков». Полный разбор мы сделаем на грядущем занятии…

— В смысле «занятии»? — выступил Саня. — Триместр уже закончился!

— Для внеочередного экзамена, — вкрадчиво произнёс я, — будет внеочередное занятие! Понятно, Савельев?

— Угу… — насупился Саня.

— Итак, — продолжил я, — эти оценки хоть и не пойдут в журнал, но… Свиридов, Рыжова и Ермаков, вы заработали крепкие тройки.

— А? Чего⁈ — удивилась Анжела. — Алис, как так? Ты же у нас отличница!

— Ну-у… — надулась та, поймав на себе строгий взгляд отца, — я пока ещё точно не знаю.

— Островский получил четвёрку, — продолжил я. — За, так скажем, особую смекалку. А балл я снял за непредусмотрительность.

Юрий горделиво приосанился и похлопал сына по плечу. А вот Денис вместо подобного бахвальства только спросил:

— Какая непредусмотрительность, Сергей Викторович?

— А вот про это ты хорошенько подумаешь, проанализируешь наш рейд и накинешь варианты, чтобы сделать доклад на грядущем занятии, — улыбнулся я, а затем обвёл взглядом Алису, Антона и Даню. — Всех касается! Это будет ваше домашнее задание.

— Хе-хе-хе! — засмеялся Федя. — Им ещё и ДЗ задали!

— А ты не волнуйся, Осипов, — уверил я парня. — После внеочередного занятия будет внеочередное ДЗ и для остальных.

— Ну бли-и-ин! — насупился уже Федя.

Причём они стояли рядом с Саней и теперь с одинаково недовольными мордами.

Остальные тоже не обрадовались, но ропот недовольства был недолгим. Бесят всё-таки заинтересовало, что происходило в разломе. А возможность разобрать всё как следует на занятии многих заинтересовала.

Так что я уладил некоторые формальности с полицией, подписал пару бумажек и повёл ребят на остановку. Проследил, чтобы все сели в автобус, но сам не стал заходить внутрь.

— Сергей Викторович? — удивилась Полина. — А вы что, не с нами поедете?

Я оглянулся в сторону пекарни, а затем ответил:

— Нет, у меня тут есть ещё пара очень, очень важных дел! Крайне важных!

— Ну… ладно, — задумчиво протянула девушка.

Двери автобуса захлопнулись, а я быстрым шагом направился в пекарню.

Вот она, наконец-то! Пончики! Шоколадные пончики с шоколадной начинкой, как я долго ждал вас! Столько препятствий пришлось преодолеть! И экзамен, и визит бесят, и разлом!

Э… Почему дверь не открывается⁈

Я дёрнул ручку ещё несколько раз, но створка только задребезжала. Затем заглянул внутрь и не увидел там никого!

— Эм-м, Сергей Викторович? — окликнул меня полковник Рыжов.

— А? Да? — обернулся я.

— Что вы пытаетесь делать?

— Я?.. Я хочу попасть в пекарню. За пончиками!

— Простите, Сергей Викторович, — произнёс Руслан, — но этот район оцеплен. Боюсь, до завтра ни одно заведение не откроется… Сергей Викторович? — нахмурился он. — Вы меня слышите?

— А?.. — произнёс я так, словно находился в трансе. — Д-да, я слышу… спасибо вам, Руслан Валентинович…

Но на самом деле я размышлял, как мне быть. Оставаться без пончиков не вариант!

— Без проблем, — протянул полковник, но затем посмотрел над моей головой. — Но можно один вопрос?

— Да, — кивнул я.

В голове я уже решил проблему, и мне не терпелось приступить к реализации задумки.

— Что это за старый шлем и книга над вами летают? — он указал пальцем на мои сувениры из разлома.

— А, это! — усмехнулся я. — Да так, ничего, просто старые побрякушки.

Руслан огляделся, заговорщически наклонился и тихо произнёс:

— Если что, я знаю хорошего скупщика разломных артефактов. В ближайшей округе у нас нет подходящей инфраструктуры, но этот человек…

— Не волнуйтесь, Руслан Валентинович, — прервал я его. — В этом нет никакой необходимости!