— КОГДА получится? — аху… кхм, ахнул я. — То есть это ваша не последняя попытка⁈

В ответ я дождался только ещё один важный взгляд и приподнятый аристократический, мать его алхимию, подбородок.

— И какой ещё рецепт, позвольте узнать? — вздохнул я.

Людмила Ивановна почему-то отвернулась. Поэтому ответила мне Стефания:

— Мы нашли один рецепт. Из «Ведьм и Рыцарей»! — Стефания сначала набралась энтузиазма, но затем увидела мой суровый взгляд и потупилась. — Ну… в общем, это настолка такая. Этот рецепт мы пытались…

— Вы использовали рецепт из игры? Серьёзно⁈ Нет, ладно ты, Краснова! — вскинул я руки. — Но, Людмила Ивановна!..

Я с удивлением повернулся к алхимичке, но та продолжала держать оборону и горделиво смотрела на меня со взглядом, полным уверенности.

— Послушайте, Сергей Викторович! — вкрадчиво повторила она. — Рецепт явно был составлен хорошим алхимиком. Уж я в этом что-то да понимаю!

Удивительно, но она говорила всерьёз! Никаких следов помешательства, только лёгкая искринка во взгляде. Но такая встречается у всех увлечённых людей. Не все же они помешанные?

Ну, я надеюсь…

— Структура, основные действующие вещества, порядок действий! — продолжала убеждать меня Людмила Ивановна. — Это не детская игрушка, Сергей Викторович! Это больше похоже на загадку, оставленную каким-то сильным алхимиком. Нам нужно только разгадать, где спряталась ошибка. И уверена, мы со Стефанией справимся. Это научный подход!

— Это полная х!.. — возразил я, но не успел договорить.

Потому что в дверь вдруг с ошарашенным взглядом ворвался директор.

— Что произошло⁈ Я слышал грохот! Взрыв! Повсюду дым! Кто-то пострадал⁈ — восклицал он.

— Тихо, тихо, тихо, — направился я к нему. — Василий Павлович, всё в порядке. Просто Людмила Ивановна решила поиграть в детский набор химика… ну, точнее, алхимика. И немного потеряла контроль.

— Сергей Викторович, я вас попрошу!.. — возмутилась она.

Но опять её прервали. На этот раз в кабинет влетел Хряк… кхм, то есть Платон Миронович.

Его ещё тут не хватало…

— Все целы⁈ — запыхавшись, кричал он. — Есть пострадавшие? Что тут вообще произошло⁈

— Учебная тревога, — выступил я.

У меня созрела мысль, как обернуть ситуацию небольшой пользой и устроить ему профилактические процедуры.

— Какая ещё тревога? — нахмурился Хряк. — Я не согласовывал!

— Такая вот тревога, — проговорил я стальным голосом. — Которую вы, Платон Миронович, провалили!

— А? Я⁈ — испугался он. — Н-но к-как!..

— А вот так! Неожиданно, как и должна быть любая проверка! — продолжал я наступать. — Тут всё было в дыму, но датчики даже не пискнули! Почему не сработала противопожарка?

Людмила Ивановна нахмурилась и явно задавалась вопросом, почему это учитель ОМБ отчитывает целого заведующего по безопасности академии. Но затем выдала такое, что я окончательно усомнился в её здравомыслии:

— Это я их отключила…

Ну не, эта женщина уже совсем!.. Я даже не знаю, что и думать!

И посмотрите на неё! Понимает, что накосячила, но всё ещё стоит с гордой осанкой, будто сделала всё как надо. Только взгляд уводит, в глаза не хочет мне смотреть почему-то, ага.

— Зачем, Людмила Ивановна? — вздохнул я. — Просто ответьте… Зачем?

— В прошлый раз здесь всё заволокло! — заявила она.

— В прошлый! — ну капец, блин! — То есть это ещё и не в первый раз⁈

Я обернулся на Стефанию, и девочка, глупо улыбаясь, просто хлопала глазками. Понятно, тут не с кого спрашивать. Поэтому я снова атаковал безопасника:

— Платон Миронович, а вы в курсе?

— Я? Я! Эм… — подскочил боров. — Я не в кур… Кхм, то есть да, я в курсе! В курсе! — опомнился он.

Ведь если противопожарная система срабатывала, а он не знает об этом, его ждут большие проблемы. Которые я ему организую, естественно.

Спихнуть ответственность теперь не получится.

— Д-да, как сейчас помню, — забормотал он, словно студент на экзамене. — Пару дней назад, в девятнадцать часов было небольшое возгорание, но его быстро устранили. Всё было как по инструкции, буква к букве!

— Мне кажется или здесь что-то не так? — прищурилась Людмила Ивановна, бросая взгляды то на меня, то на Платона.

Видимо, Людмилу Ивановну смущали мои претензии в сторону Платона.

Однако вот директор нисколечко не удивился. Он как-то резко переменился, осмотрел аудиторию. Чуть похмыкал, изучая разбитые окна и разлетевшиеся парты, и наконец-то заключил:

— Ну, раз все целые и здоровые, значит, всё хорошо. Скоро вставим новые окна, а пока, Людмила Ивановна, займите аудиторию Георгины. Она как раз на больничном. И давайте закроем уже эту тему, господа!

— Как-то вы слишком спокойно реагируете на погром, — заметил я.

— Эх, одним окном больше, одним меньше… — отмахнулся Палыч. — После Ермакова нам не привыкать. То ли ещё будет!

Он вдруг скривился и быстро достал платок из кармана, чтобы смачно в него чихнуть.

— Кстати говоря, Сергей Викторович, — обратился он затем ко мне. — А как там Данила поживает? И… опять же, кстати говоря, — тут директор подозрительно нахмурился. — У вас разве сейчас не занятие с вашим классом?

— Ах да, точно! — хмыкнул я. — У меня? Да, урок! Я как раз показывал ученице последствия неосторожного обращения с алхимическими препаратами. Правда, Стефания?

— А? Д-да… — неуверенно закивала девочка.

Она ещё не совсем понимала, к чему я веду.

— Ну, посмотрели и будет. Пойдём обратно в класс!

Я подхватил Краснову и покинул аудиторию тем же путём, как сюда и вошёл — через окно.

И усиленным слухом следил, что происходило у них после нашего ухода. А то вдруг у них проснутся подозрения, почему же я из всего класса взял только одну Краснову?

«Кстати говоря… — протянул Василий Палыч. — Людмила Ивановна, а кто это тут неосторожно обращался с алхимическими препаратами?»

«А? Что? — воскликнула Людмила Ивановна. — Не понимаю, о чём идёт речь! Когда я пришла, здесь всё так и было!»

«Сажей вы уже были измазаны, всё верно?» — заметил Платон Мироныч.

«Это уже не ваше дело, господин Миронов!» — процедила алхимичка.

И, как ни странно, этим закрыла все возникающие к ней вопросы.

Я же оставил Стефанию в общежитии. Ей нужно было умыться и переодеться.

И заодно выдал тест для самостоятельной работы — были у меня в заметках несколько подобных штук, если надо занять бесят делом. Наказал после мыльно-рыльных процедур возвращаться в класс и передать бесятам радостную новость, что по итогам теста буду с них спрашивать по всей, как говорится, строгости!

Ох, блин, потом придётся ещё придумывать, как именно спрашивать и чем латать пробелы.

Но это потом. А для начала нужно разобраться с Данилой. Пацан в тяжёлом положении. Если не научится управляться с собственным даром, схлопнется к Хаосу в очередной гравитационной аномалии.

━—━————༺༻————━—━

К моему возвращению Данила уже оправился. Он с удивительным смирением стоял и ждал своей участи рядом с лекаркой.

Похоже, Марина Вячеславовна и правда могла на него влиять. Это хорошо, это пригодится.

— Так, ребятишки! — воскликнул я, приземлившись на пожухлую траву. — Времени у нас мало, поэтому начинаем сразу. Раскачиваться не будем. Ты, — указал я на Ермакова, — вставай сюда!

И перевёл руку в центр поля.

Пацан хотел было воспротивиться, но Марина Вячеславовна многозначительно покашляла. И он, насупившись, поковылял куда сказано.

— Так, теперь вы! — продолжал я. — Саня, сюда. Анжела, сюда. Антон, сюда. Андрей, сюда.

Ребята стали квадратом с центром в виде Данилы и смиренно ожидали, пока я наносил заклинания, рисуя вокруг них руны и витиеватые символы.

— А что вы это делаете такое? — поинтересовалась Марина.

— Это… — неожиданно для всех голос подал Саня. — Это что-то для соединения магических потоков, Сергей Викторович?

Ого ж!

Я даже остановился и удивлённо уставился на него.