Но барьеры нужно обновлять. Их нужно напитывать новой энергией, проверять руны и символы. Я не смогу каждый день гонять в монстрариум, просто чтобы убедиться в безопасности. К тому же никто в этот барьер кроме меня не сможет зайти. Да и не пущу я никого. Так что скотина просто подохнет от голода.

Выкатив клетку, я отпустил грузовик и потащил её на задний двор. Установил возле беседки с мангалом, от которого до сих пор чувствовался запах мяса с дымком.

Дракот заинтересованно взглянул на остывшие угли.

— Мряв?

— Даже не думай! — гаркнул я. — Будешь питаться тем, что дают. Я тебе не личный повар. Не думай, что я рад тебя видеть. Ты вообще своей жизнью обязан пацанам, понял⁈

— Мр-рёв, — фыркнул Дракот.

Да ещё так нагл! Вальяжно облизнулся, снова повернулся спиной. Махнул хвостом, показав мне свою задницу во всей красе и опять плюхнулся на землю, подложив под морду передние лапы.

Ну охренеть теперь!

Может, была не была, и прихлопнуть этого засранца? А Сашке скажу, что… ну, сбежал! Сейчас не март, но вдруг он решил по Дракошкам прошвырнуться?

Этот засранец снова махнул хвостом, будто прочитал мои мысли. И они его очень рассмешили.

Смейся, смейся… Слыхал, домашних котов принято кастрировать.

Хотя где найти такого ветеринара…

Но затем я услышал, как урчит его живот. Тварь оказалась голодной, и мне вроде бы плевать, но…

Но почему-то я пошёл на кухню, достал из своих запасов свежее мясо, разыскал какую-то здоровенную бадью и налил в неё воду. А затем снова отправился в вольер для Дракота.

Закинул мясо в клетку, налил воды в поилку.

— Жри и пей. Только сразу всё не выдуй. До вечера ничего не получишь.

Засранец только приоткрыл один глаз и снова взмахнул хвостом.

Я сдержал порыв ему этот хвост открутить и принялся за барьер.

Ошибиться нельзя, плетения, руны и символы должны лечь сразу как следует, иначе Дракот вырвется наружу.

В мире Хаоса у этого гада была невыносимая способность. Можно сказать, противоположная моей. Если я манипулировал магией, приводил её в порядок, мог усиливать и ослаблять, то этот засранец заставлял магию разрушаться.

Он расшатывал Источники, каналы и даже саму природную магию, которая так или иначе окутывала всё пространство.

Настоящий Хаос, ненавидящий любой порядок!

В этом мире я не встречал подобных монстров, и потому никто не умел управляться с Хаосом. Здесь недостаточно просто сделать сильный барьер, нужно учитывать сопротивление дару Дракота.

Это заняло немало времени. Пока я занимался магическим вольером, эта зараза нехотя пожирала здоровенные куски говядины, словно ему принесли какие-нибудь потроха!

Ишь гурман нашёлся… Переведу на кашу с объедками, будет знать!

Несмотря на возмутительное поведение монстра, я закончил барьер и даже сделал его побольше, чтобы он мог размять лапы.

Сам барьер был сделан так, что я мог пересекать его в любом месте в любой момент. Мне не требовался никакой вход или выход, а дракон был в полном заключении.

Я поставил бадью на траву, открыл клетку и покинул задний двор.

Что-то как-то настроение гулять в «Сломанном сапоге» и смотреть фильмы пропало. И раз уж суббота получилась такой богатой на дела и неожиданности, я решил продолжить идти дальше по списку задач.

И первым делом направился к Венедикту. У меня было к нему одно очень важное дело, выслушав которое он сначала удивился. Потом возмутился, пытался отнекиваться. Но под давлением Илоны и Инессы принял свою судьбу и обещал быть готовым к обозначенному сроку.

— Мне понадобится минимум несколько дней, — заявил Веня. — Я никогда этого не делал… только участвовал сам. Один раз. Так что всё должно быть рассчитано и выверено с необычайной точностью.

— Лады, — пожал я плечами. — Несколько дней у тебя есть. Давай, не подведи, — затем я вспомнил про ещё один затянувшийся вопрос. — Кстати, как там дела с оцифровкой архивов академии?

— Пока настраиваем основу программы, — задумался Веня. — Будем пополнять базу данных по ходу дела. Когда тесты пройдут все проверки, мы сможем с полной уверенностью…

— Ладно, — вздохнул я. — Позже так позже.

Из-за определённой конспирации я не мог прямо указать ему оцифровать конкретно бухгалтерию. Не хочу лишних вопросов, у меня тут и без того дел выше крыши. А план по цифровизации мне в помощь пошёл очень окольными путями. Не без пользы для общего дела, но всё же…

Иногда мне кажется, что было бы куда проще самому прошерстить весь архив и понять, на какое такое замечательное чадо уходили деньги в бесплатную академию.

Но затем я вспоминал эти запылённые шкафы, уставленные тысячами папок, и меня бросало в лёгкую дрожь. Становилось не по себе, а лень-матушка подсказывала, что я и так изрядно потрудился, чтобы не делать это собственными руками. Я всё это затеял ради одной цели, а теперь выполню десяток побочных, чтобы самому перелопачивать бумажки?

Ну нет уж.

К тому же, если за шкета кто-то платил, его вряд ли исключат из академии. Как минимум до конца года у меня есть время его найти.

Не хотелось бы тянуть так долго, конечно. Всё-таки засранец, который мне это поручил, был действительно хорошим другом.

Но он отлично меня знал и понимал, что я не посвящу всего себя его предсмертному желанию. Иначе предупредил бы.

Сказал бы что-то вроде: «Серёга, это нужно сделать до такой-то даты! Срочно! Вот прям щас займись вопросом, а я тут сам как-нибудь разберусь».

Но ничего подобного он не говорил, так что шкет подождёт. Более того, это в его же интересах!

Если мне придётся искать его, перебирая весь тот пыльный архив, я найду его очень злым и раздосадованным. Это не лучшее состояние для знакомства.

В общем, закончив с Бледной Рожей, я направился на полигон. Разговор с Марией Ивановной натолкнул меня на некоторые мысли по усовершенствованию методов обучения.

Думаю, бесятам «понравится» следующая контрольная по ОМБ, хе-хе-хе…

И по дороге к полигону я наткнулся на семейство Валиковых. Они шли со стороны общаги для учеников.

Здоровенный папаша, чем-то смахивавший на скалу, шагал рядом с понурым Петькой. Пацан обычно выглядел здоровяком, но на фоне бати казался непривычно щуплым.

А рядом с ними быстро перебирала ногами на удивление миниатюрная женщина, которая не переставая что-то говорила своему сыну.

Подслушивать я не собирался, но наши дороги пересеклись, и часть слов я услышал.

— Не забывай кушать, сынок, — наставляла Татьяна Сергеевна. — И обязательно плотный завтрак! Овсяная каша, и масла побольше. Мы там тебе оставили запасы наперёд, ну ты помнишь.

— Помню, помню… — бурчал почему-то погрустневший Петя.

Наверняка его тяготила грядущая разлука с любимыми родителями! Точно эта причина, а не вчерашнее родительское собрание, после которого эти самые родители нагрянули к не менее любимому сыну.

— И суп не забывай, — пробасил Геннадий Фёдорович. — Хотя бы через день.

— Да-да, хотя бы через день, — кивал Петя.

Но думаю, понурый вид был по другой причине. И догадаться о ней было не сложно по походке. Кажется, всё-таки пахарская длань здоровенного бати прошлась по шилоприводу Пети. И надеюсь, завела его в нужном направлении.

То бишь на учёбу.

Учителя, конечно, могут наставлять, направлять, стимулировать детей учиться. Но без родителей это делать куда сложнее. Иногда просто невозможно.

— Ой, Сергей Викторович! — воскликнула Татьяна Сергеевна, заметив меня.

— Здравствуйте, — Геннадий Фёдорович хмуро кивнул.

— Добрый день, — улыбнулся я. — Уже уезжаете?

— Да, — поделилась Татьяна Сергеевна. — Сами понимаете, скоро на работу. Жаль, конечно, что так мало удалось повидаться. Будем скучать по сынишке… — она растормошила ему волосы. — Но у нас поблизости нет подобной академии.

Тут Геннадий Фёдорович слегонца толкнул Петьку вперёд. Правда, получилось так, что он чуть ли не подлетел на пару метров… но это мелочи.