— Спасибо тебе, Феденька, — сказал я, поглаживая питомца. — Только ты один мой настоящий друг, не то, что эти двое.

— Что не так-то? Что ты начинаешь? — возмущённо спросил Матвей.

— Вот сейчас я не понял, — возмутился я, обернувшись к приятелю. — Вам смеяться можно, шутить, а мне нет?

— Ах вот оно что, — наигранно нахмурился Матвей. — Ну, знаешь ли… шутки бывают разными, вот!

— Расслабься ты, — Стас ткнул его кулаком в плечо. — Видишь, человек просто нервничает, переживает. Это же вполне естественно.

— Ты откуда знаешь, уже много раз ходил свататься? — спросил Матвей, с недоверием покосившись на друга.

— Нет, видел других таких, — сочувственно улыбнулся Стас, глядя на меня. — Все тоже переживали, хотя вроде бы и не о чем.

— Ваше Сиятельство, — окликнули меня сзади.

Я обернулся: слуга держал в руках увесистый термоконтейнер.

— Попросили передать, здесь всё, как вы просили: белые грибы на гостинец, жульен в горшочках.

Да, если удивлять, то полностью. Никто не ожидает от молодого аристократа подобного.

— Прекрасно, — сказал я. — Поставь на тумбочку.

Парень выполнил мою просьбу и испарился.

Матвей склонился над контейнером, пытаясь уловить носом исходящий оттуда запах. Видимо, ничего не получилось, поэтому он щёлкнул замком и приподнял крышку. Божественный аромат белых грибов сразу заполнил комнату.

— Ты куда лезешь? А ну, закрой! — прикрикнул на него Стас.

— Чего так орать-то? — возмутился Матвей, обернувшись к другу и начиная захлопывать крышку, едва не прищемив нос Феде, тот возмущённо фыркнул.

— Ты хоть смотри, что ты делаешь! Чуть зверя не ранил, остался бы без обоняния, — укоризненным тоном высказался Стас.

— Нечего лезть, куда не надо, — буркнул Матвей.

— Это ты сейчас про себя? — спросил Стас.

Матвей тяжело вздохнул, защёлкнул замок на крышке контейнера и погладил обиженно смотревшего на него горностая. Зверёк обиженно чирикнул и прижался к моим ногам, словно жалуясь на злую судьбу.

В этот момент в кармане зазвенел телефон. Я немного нервным движением достал его и увидел, что звонит Женя, раздражение сразу испарилось.

— Да, — сказал я, приняв вызов.

— У нас всё в силе? Ты придёшь? — с некоторым сомнением в голосе спросила девушка.

— Почему такие вопросы? Разве я опаздываю? — с улыбкой ответил я.

Видимо, она услышала мои интонации и уже дальше вела себя более расслабленно.

— Мы тебя ждём, всё как договаривались, — сказала Женя, потом ехидно добавила: — Или ты испугался?

— Кто испугался, я? — спросил я нарочито возмущённым голосом. — Вот ещё! Скоро буду, ждите.

Я положил трубку и убрал телефон в карман.

— Ну что, ребята, пошли! — обратился я к своим друзьям.

Потом посмотрел на Федю. Тот выжидающе смотрел на меня, словно именно он сейчас главная составляющая нашей миссии.

Ехать к дому Евгении всё же решили на машине. Хоть это и недалеко, можно пройти пешком, но всё должно быть красиво, солидно. Поэтому поеду с кортежем.

Во дворе уже стоял заведённым мой бронеавтомобиль и ещё два, один должен ехать впереди, второй сзади. В них уже сидели нарядно одетые (как во время посещения замка Салтыкова) бойцы майора Федулова с ним во главе.

На мой взгляд, даже несколько избыточная торжественность, не хватает ещё десятка мотоциклистов впереди. Впрочем, мы сейчас не в Москве, значит, можно обойтись и без этого.

Федя запрыгнул вслед за мной в машину и уселся на подлокотник между мной и Андреем.

— Ты тоже хочешь присутствовать? — спросил я у Горностая с улыбкой. — Боишься пропустить что-то важное?

Горностай что-то муркнул в ответ, пристально глядя мне в глаза. Я не удержался, чтобы снова его погладить.

— Поехали, — сказал я Андрею.

Тот коротко нажал на клаксон, и кортеж тронулся с места.

Снова вернулась мысль, казавшаяся немного смешной: так серьёзно подготовиться, чтобы проехать меньше километра? Буквально через пару минут мы были уже на месте, притом, что ехали, совсем не торопясь.

Подъехали к дому, вышли из машины. Бойцы Федулова достали из багажника несколько корзин с цветами. Самое главное — красивый букет для Евгении, который тут же оказался у меня в руках.

Я, выйдя из машины, замер, как статуя, глядя на дом Евгении. Все кругом бегали, суетились. Матвей чуть не растянулся на площадке перед забором, споткнувшись о горностая.

Приятель прикрикнул в его сторону, а в ответ на это получил изрядную порцию гневного стрекотания.

— Кажется, он тебя обложил гораздо круче, — усмехнулся Стас. — Будешь под ноги лучше смотреть.

Матвей лишь нахмурился и ничего не ответил.

Дверь дома открылась, на крыльце появилась Евгения и с немым удивлением окинула взглядом всех, находившихся перед домом. Увидеть меня в сопровождении такого количества людей и цветов девушка явно не ожидала, я увидел, как её щёки заливает румянец. Потом девушка увидела Федю и наконец-то заулыбалась, потому что мы с ним затеяли ещё один трюк.

Зверёк держал в зубах розу, лихо перескочил через забор, остановился возле девушки, вытянувшись во весь свой скромный рост. Женя забрала у него цветок и рассмеялась. Федя так и сидел столбиком перед ней, крутя головой по сторонам, словно ища одобрения.

Теперь наступил мой черёд. Я открыл калитку и подошёл к крыльцу, протягивая девушке букет.

— Доброго денёчка, а это тебе от всей души.

Хотел добавить ещё несколько ласковых слов, но, осознавая, сколько людей стоят за моей спиной, сдержался.

— Спасибо, — смущённо сказала Евгения, принимая у меня букет, и сразу поднесла его к лицу, вдыхая их благоухающий аромат. — Чего же ты стоишь, проходи.

Я улыбнулся и протянул назад руку. В ней тут же появился ещё один букет — для мамы Евгении. Девушка широко распахнула дверь, и я пошёл вслед за ней. Позади я слышал ещё шаги — это шли Стас с Матвеем, неся в руках четыре больших корзины с цветами.

В дальней половине гостиной стоял накрытый стол. Родители Евгении застыли примерно посередине комнаты.

До того, как я успел сделать шаг навстречу, Стас и Матвей скользнули мимо меня и расставили корзины с цветами, придав комнате более праздничный вид. Затем друзья незаметно испарились, с тихим щелчком дверь за ними закрылась. Все мои подчинённые остались на улице, кроме одного. Федя снова появился у моих ног, вызвав искреннее удивление у родителей Евгении.

— Доброго дня и добра в ваш дом, — сказал я, потом указал на своего маленького спутника. — Прошу извинить, но он боится отпускать меня одного. Хочет всегда держать под контролем.

— Я же рассказывала про интересного питомца Ивана, — сказала Евгения родителям, улыбаясь.

— Да-да, я припоминаю, — кивнул герцог.

Герцогиня так и продолжала смотреть на животное, но не брезгливо, а с интересом.

— Это вам, Софья Альбертовна, — сказал я, сделав шаг навстречу матери Евгении. — Очень рад видеть вас в добром здравии.

— Очень приятно, спасибо, — довольно улыбнулась женщина.

— Очень рад видеть вас лично, Георгий Стефанович, — сказал я, повернувшись к её отцу. Герцог первым протянул мне руку, и я с уважением её пожал. — Очень рад познакомиться с вами. Много наслышан о ваших научных достижениях.

— И я о вас достаточно много наслышан, Иван Владимирович, — улыбнулся в ответ герцог. — И о ваших научных изысканиях в том числе. Очень рад наконец-то встретиться с вами лицом к лицу.

— Спасибо, — кивнул я, тем временем почему-то чувствуя себя очень неловко, но я здесь такой был не один. — Очень приятно.

— Что же мы стоим? — встрепенулась Софья Альбертовна. — Давайте уже садиться к столу, а там поговорим, познакомимся поближе.

— Одну секунду, — сказал я, подняв указательный палец, и быстро направился к выходу.

Едва я успел открыть дверь, как Матвей протянул мне тот самый термоконтейнер. Я кивнул другу с благодарностью, схватил его и вернулся обратно.