Теперь я почувствовал какое-то странное новое ощущение в груди, словно где-то внутри меня выжигали клеймо раскалённым железом, но так и не рискнул заглянуть внутрь себя, боясь упустить из вида то, чего с таким трудом достиг своими воспоминаниями. Постепенно стенки вращающейся воронки стали отдаляться, гул и свист стали затихать, и я мысленно вознёсся в облака.

Что я в итоге оказался без сознания, я понял только тогда, когда пришёл в себя, лёжа на пушистом ковре. Каждая мышца отвечала при любом малейшем движении болезненностью, как на следующий день после невероятной интенсивной тренировки.

Кряхтя и невольно постанывая, я наконец-то смог подняться.

Я находился всё в той же комнате в подвале, куда меня привёл брат. Она никак не изменилась, кроме того, что ковёр подо мной оказался влажным, как и весь мой лёгкий спортивный костюм, который пропотел настолько, хоть выжимай. Тут же проснулась острая жажда, режущая горло острым лезвием бритвы.

И ведь уже не первый раз прохожу через эту процедуру, а именно сейчас совсем не подумал поставить рядом с собой бутылку воды, а лучше даже две. Скорее всего, в шкафу найдётся то, что мне нужно. Или хотя бы из-под крана можно попить. Взгляд скользнул по шкафу и двери санузла, но я, пошатываясь и стараясь не заплестись ногами в высоком ворсе ковра, подошёл к двери.

Открыть её изнутри было невозможно, зато рядом я обнаружил кнопку вызова с сенсором отпечатка пальца, которого я незамедлительно коснулся. Алексей сказал, что оставит моих ребят дежурить рядом. Дверь начала открываться буквально через несколько секунд, и в мгновение на пороге появился обеспокоенный Матвей.

— Ты такой бледный, — сказал приятель, смерив меня встревоженным взглядом.

Потом он протянул руку, чтобы меня подхватить, как раз в этот момент я пошатнулся от одолевшей слабости.

— Спасибо, не надо, — хриплым голосом ответил я, хотя самого на самом деле ещё неплохо штормило.

— Держи, — сказал Матвей и протянул мне большую бутылку воды, которую я тут же, молча и без споров, опорожнил до дна.

Просто чистая прохладная вода показалась мне сейчас настоящим эликсиром жизни, гораздо круче сказочных молодильных яблок. В голове сразу прояснилось. Я окончательно осознал то, что сейчас произошло. Так, это надо немедленно проверить.

Я жестом приказал приятелю замереть, а сам направил внутренний взор в сторону кругов маны, вращающихся вокруг сердца. Сразу увидел едва заметные, но вполне устойчивые золотистый и зелёный круги. И вот наконец-то сформированный, но не окрепший шестой круг.

«У меня всё получилось, — подумал я. — Теперь остаётся только довести их до ума».

Губы сами по себе расплылись в довольной улыбке.

— Получилось? — спросил Матвей, тоже робко улыбаясь в ответ на мою улыбку, а глаза его всё ещё оставались встревоженными.

— Да, — коротко ответил я и подтверждающе кивнул.

— Костюм твой забрать? — спросил Матвей, уже более спокойно и немного расслабленно.

— Потом, — небрежно махнул я рукой.

— Тогда идём наверх, — сказал Матвей и всё же взял меня на всякий случай под руку, чисто для страховки.

Я теперь не стал уже сопротивляться, пусть будет, может, ему так спокойней, но и на самом деле дружеская поддержка мне сейчас не повредит. Кабина лифта ждала нас уже здесь, в подвале. Матвей уверенно нажал на кнопку третьего этажа, периодически косясь на меня, проверяя самочувствие.

Мы с приятелем, а теперь моим личным телохранителем вошли в обеденный зал. На столе под стеклянными клошами уже стояли холодные закуски.

— Начни пока с этого, а я сейчас быстренько пожарю тебе стейк из мяса Лешего, ты с ним быстрее восстановишься, если я ничего не перепутал, — сказал Матвей и направился на выход.

Я посмотрел на часы и окликнул приятеля:

— Постой, какой стейк? — спросил я, улыбаясь, и тряхнул головой, отбрасывая странные видения. — На улице час ночи, кто в это время обедает⁈

— Ну и что? — усмехнулся Матвей. — Когда надо, тогда и надо, а тебе сейчас, действительно, очень надо. Так что пока немного подкрепись тем, что есть, а буквально через несколько минут будет главное блюдо. Я договорился с твоими поварами и замариновал мясо особым способом заранее.

— Ладно, ты прав, жарь, — сказал я. — Не будем же повара в это время будить.

Я посмотрел на закуски и только теперь понял, насколько, в самом деле, проголодался — буквально готов был съесть жаренного на вертеле носорога. Рулетики из ветчины со сливочным сыром и кедровыми орешками, тарталетки с икрой и с разными салатиками — всё это входило в меня с пугающей скоростью. Зато я почти сразу почувствовал, как тело снова наливается силой, а круги маны засветились ярче, в том числе едва заметный шестой.

Я отодвинул в сторону пустой стакан, взял в руки кувшин с компотом, поднёс ко рту и жадно начал пить прямо оттуда. Ну да, согласен, немного не по-княжески, но мне сейчас на все эти этикеты было наплевать, тем более что меня сейчас никто не видит. Зато как вкусно! Остаток закусок я смёл подчистую меньше, чем за минуту.

Через несколько минут вошёл Матвей с тарелкой, на которой лежал здоровенный стейк, больше моей ладони и сантиметра три толщиной.

— Да куда столько? — усмехнулся я, уже чувствуя некое насыщение. — Я же в тигра не превратился за эти несколько часов.

— Вот сейчас и узнаем, — сказал Матвей, поставив тарелку прямо передо мной, а сам уселся напротив, наблюдая за тем, как я ем, как любящая бабушка.

Мы уже больше недели не ели мясо монстров из Аномалии, и я уже стал отвыкать. Особый привкус и запах успел стать непривычным, но мне сейчас это очень понравилось, возможно, даже больше, чем раньше.

Сам не заметил, как стейк с тарелки исчез, создав в желудке приятную тяжесть.

— Ну вот, совсем другое дело! — воскликнул довольный Матвей.

— Теперь можно и отдохнуть, — сытым и уставшим голосом сказал я.

Я снова поднял глаза на часы. Время — половина второго ночи, а в шесть утра уже вставать. Глаза стремительно начали наливаться тяжестью.

— Правильно, — кивнул я скорее сам себе. — Пошли спать. Утром у нас очень много дел.

Звонок будильника для меня был, словно серп по одному месту. Возникло дикое желание со всей дури метнуть его в стену, чтобы он разлетелся на мелкие кусочки и навеки умолк.

Тут же пришло осознание, что это далеко не лучший выход. Надо просто найти в себе силы подняться.

Окончательно пробудиться помог холодный душ.

— Доброе утро, — практически хором сказали мне Матвей и Стас, когда я вошёл в обеденный зал на третьем этаже в положенное время — двадцать минут восьмого.

Они с интересом и сочувствием смотрели на меня, ожидая окончательного вердикта, а я сохранял таинственное молчание и не подавал вида, что что-то произошло. Но теперь я чётко чувствовал, что шестой круг на месте, при мне.

— Ну как? — спросил Стас, не выдержав первым.

— Всё отлично, — ответил я и наконец улыбнулся, что вызвало у друзей вздох облегчения. — Правда, чувствую себя не отдохнувшим.

«Так, Ваня, — пронеслось у меня в голове. — Так не пойдёт. Только встал, уже устал? Бери себя в руки, завтракаем и вперёд, к новым свершениям».

— Уже чувствуешь себя боевым магом шестого круга? — спросил Матвей во время завтрака, который я поедал сейчас с не меньшим аппетитом, чем вчерашний огромный стейк.

— Ты, наверное, хотел сказать и целителем шестого круга, да? — уточнил я.

— Ну да, конечно, — виновато ухмыльнулся Матвей.

— Ещё не совсем, — ответил я. — Мне нужно заполнить некоторые пробелы. Так что я еду в госпиталь, в библиотеку. А вы с моими помощниками контролируйте всё, что здесь происходит. Стройку, доставку, разгрузку, установку и так далее. Если что, сообщайте мне, контакты вы знаете.

— Принято, — кивнул Матвей, ответив за двоих. Стас кивнул молча.

Еще не было восьми, когда я вошел в ординаторскую и поздоровался со всеми присутствующими, сразу обратив взгляд в сторону Анатолия Федоровича.