Сложный замок поддался не сразу, но я его уговорил и вот я уже в святая святых — в обители знаний, без которых человек мало чем отличается от медведя в лесу.

На радостях я прямой наводкой пошёл к решётке, за которой находились стеллажи с наиболее ценными рукописями, свитками и старинными фолиантами. А вот фигушки, к этому замку ни один ключ из связки не подошёл. Значит, не судьба, а может, и правильно — не все знания безопасны, некоторые неподготовленного могут и убить. Всё же многие знания связаны с магией, а это не та вещь, которая легко прощает ошибки.

Я прошёлся вдоль доступных стеллажей, пробегая взглядом вдоль каждой полки. Нейроинтерфейс шустро выискивал самое нужное и отмечал цветом. Через пять минут я сложил на стол груду научной литературы: от новейших изданий до столетних, и старше.

Дальше — дело техники, надо неторопливо пролистать каждую из них и всё её содержимое будет скопировано нейроинтерфейсом, который сделает выжимку, концентрат, убирая лишнее. Только вот книг передо мной слишком много, до утра листать придётся. Быстро пробежав глазами по списку, выбрал самое необходимое и приступил к обучению. Точнее, к копированию.

— У нас хорошие новости, — сказал Иннокентий, войдя в штабной шатёр Алексея Демидова. — Пришёл официальный запрос на показательные испытания наших установок «Валькирия».

— Хм, одумались, — вздохнул Алексей, отрываясь от изучения очередной сметной документации. — Ещё когда сюда ехали, я приглашал военных специалистов из центрального управления. После применения «Валькирии» против наплыва существ Аномалии прошло уже несколько дней, теперь они проснулись.

— Да ничего нового, в общем-то, — ответил Иннокентий, иронично ухмыляясь. — Всё как всегда. Пока там наверху увидели видеоотчёты с поля боя, пока подумали, потом посоветовались, приняли взвешенное решение, доложили во все инстанции. Чему вы, собственно, удивляетесь?

— Да я и не удивляюсь, — покачал головой Алексей и звонко захлопнул папку с бумагами. — Я злюсь. Все эти бюрократические проволочки отнимаю уйму времени даже у нашего рода, которое я мог бы потратить в пользу автоконцерна, а теперь, пока не проведём эти показательные испытания, придётся торчать здесь в этом полевом лагере, вместо шикарных апартаментов у себя дома.

— Зато хоть с братом пообщаетесь, — улыбка Иннокентия теперь была более тёплой.

— А вот об этом никто не должен знать, — тихо произнёс Алексей. — Официально его испытание ещё не закончено, мы и так уже шагнули немного за грань традиций предков.

— Ох уж эти ваши родовые заморочки, — сказал Иннокентий, качая головой. — Больше нигде о подобном не слышал.

— Зато, благодаря этим заморочкам, Демидовы везде на шаг впереди, — твёрдо сказал Алексей. — С нами считаются и будут считаться, потому что мы знаем и чувствуем структуру этого мира от самых низов и до верха. Вспомни моё испытание, ты же был со мной практически с самого начала, вспомни, через что нам пришлось пройти.

— Такое не забудешь, — сказал Иннокентий, задумчиво уставившись в одну точку. — Вчерашний поход — просто детская песочница. Так что насчёт показательных испытаний? На запрос отвечать будете?

— А когда они хотят? — решил уточнить Алексей, даже не открывая конверт с депешей. Всё это он доверял своему помощнику, испытанному в боях и рутине.

— Если прямо сейчас дать ответ, то завтра, — ответил Иннокентий.

— Так это прекрасная новость! — обрадованно встрепенулся Алексей. — Значит, скоро закончится жизнь полевая. Шли ответ, что демонстрация будет, координаты испытаний пусть назначат, мы готовы выдвигаться. Выполняй.

— От вашего имени? — уточнил Иннокентий на всякий случай.

— И с моей электронной подписью, — подтвердил Алексей. — Покажем им, как земля горит. Жаль, что нет сейчас всплеска активности Аномалии, хоть не зря бы всё летело.

— Согласен, — ухмыльнулся Иннокентий и вышел из штабного шатра, запахнув за собой полог.

Алексей откинулся на спинку стула и закинул руки за голову. В голове прокручивалось всё, что он видел во время первого боевого испытания «Валькирии».

Системы залпового огня находились в этот раз недалеко от предполагаемой площади поражения — всего пять километров, когда максимальная дальнобойность составляет более двадцати. Несколько дронов, зависших над местом бомбардировки общей площадью более двух гектаров, не только корректировали полёт каждого реактивного снаряда, укладывая его в точку назначения с точностью до метра, но и во всех деталях наглядно демонстрировали результаты их падения.

Ещё секунду назад земля кишела всевозможными гротескными тварями, направленными в атаку на человека неведомым тёмным полководцем, а теперь поле в шахматном порядке накрывали мощные взрывы, разнося в труху и выжигая всё живое расходящимися, словно круги на воде, волнами синего пламени и живым огнём. Впечатляющее зрелище.

Одной бомбардировки хватило, чтобы за пару минут уничтожить целое полчище монстров. Чтобы убить такое количество традиционным способом, понадобятся сотни снарядов и десятки тысяч пуль. Новшество от оружейного завода Демидовых совершит переворот в борьбе с периодически вырывающимися из Аномалии в безумном набеге монстрами.

Теоретически так можно накрыть и саму Аномалию, но вот вопрос: нужно ли? Если удастся её укротить и приручить, тогда этого не потребуется. Но тут есть ещё одна проблема — кто-то уже пытается её покорить и приручить, но вот помыслы этого дрессировщика почему-то не кажутся бескорыстными и безобидными, с этим предстоит разобраться.

Тело видоизменённого Лешего доставлено в исследовательский центр в кратчайшие сроки, учёным предоставлен полный карт-бланш, но чётких ответов пока нет. Единственное, что достоверно известно, что эти Лешие не имеют никакого отношения к человеку, чего изначально откровенно опасались.

Алексей помнил тот свирепый взгляд жёлтых глаз сквозь защитный барьер. Зверь слишком умный, он понимал, что ничего не может сделать человеку, и в его глазах пылала бессильная лютая ненависть, с лихвой перекрывающая страх и безысходность. Это существо было создано явно не для добра и мирных целей.

Отчёты о каждом малюсеньком шаге, о каждом небольшом открытии поступали с завидной периодичностью и Алексей постоянно их отслеживал. Настораживала анатомия существа, в особенности магические структуры. Этот Леший обладал хорошими предпосылками для становления боевым магом. Вы можете себе представить дикого зверя в роли боевого мага? Вот то-то и оно. Большой свирепый хищник, атакующий противника не только зубами и когтями, но и мощными магическими способностями — страшная вещь. Хорошо хоть, что это пока лишь предпосылки, воспользоваться ими зверь явно не мог.

Я провёл в библиотеке уже больше часа, мной перелистано и усвоено нейроинтерфейсом много книг. И многое перевернулось в моём сознании с ног на голову. Наверное, оно и правильно, что наставник раньше не давал мне этих книг и нейроинтерфейс их тоже не предлагал. Я бы просто не смог это понять и усвоить в должной мере. Это примерно то же, что и давать решать интегральные уравнения ученику средних классов, который не имеет понятия о дифференциалах и первообразной — всё должно быть в свой черёд.

Другое понимание медитации и её роли в восстановлении не только магического потенциала и наполнении колец маной, но и в восстановлении самого организма, того же самоисцеления и поддержания жизненных функций.

Мне вот даже интересно, а знает ли Василий Анатольевич, что он со своим пятым кругом может создавать и поддерживать какое-то время вокруг себя зону, в которой бойцы будут меньше страдать от ран и быстрее восстанавливаться? Мне почему-то кажется, что нет, а вот Герасимов может наверняка.

Я только теперь понял, почему мой наставник именно в такой последовательности занимается исцелением тяжелораненых. Он постоянно перемещался по площадке, хотя мог бы просто собрать таких пациентов в одну кучу и только ими заниматься. Пока он лечил одного покалеченного монстрами, ещё несколько бойцов вокруг находились в радиусе воздействия его исцеляющей ауры и им уже становилось легче, хотя со стороны кажется, что до них пока никому нет дела.