— Дорогие коллеги, — довольно громко обратился ко всем Герасимов, когда я уже вешал халат в шкаф в конце рабочего дня. — Волна повышенной активности Аномалии начала стихать и военные уверяют, что больше ни одна тварь оттуда мимо них не проскочит. В связи с этим снимается режим повышенной опасности и теперь выходить из дома и на работу можно и без доспехов. Возрадуйтесь же! Может, наконец-то, передохнём, и поток пациентов станет меньше.

— Наконец-то! — воскликнул довольный Василий Анатольевич. — А то у меня от постоянного ношения брони уже раздражение на коже начинается.

— Странно, — усмехнулся Анатолий Фёдорович, — а я думал, что у тебя раздражение только от Ваниных успехов.

— Ну хватит уже, — недовольно буркнул Василий Анатольевич, нахмурился и молча вышел из ординаторской, даже ни с кем не попрощался.

— Хм, обиделся он, видите ли, — покачал головой Герасимов и тоже вышел из ординаторской.

Только он явно пошёл не домой, так как халат всё ещё был на нём. Рабочее место заведующий отделением покидал последним. А может, он и вообще сегодня дежурит.

Я уже собирался идти домой, как меня окликнул Олег Валерьевич.

— Ваня, мой тебе совет, — сказал целитель, когда я обернулся. — Хотя бы пару дней пока носи с собой оружие, да и доспехи лучше носи. Думаю, безоружным завтра придёт только Василий Анатольевич. Знаем мы эти оповещения, вон сегодня сколько раненых было, покой ещё не наступил.

— В этом я с вами полностью солидарен, — ответил я, улыбнувшись, и кивнул ему на прощание.

Стоило мне отойти от крыльца десять шагов и приблизиться к ёлке, как мне на плечо спрыгнул с ветки горностай. Видимо, давно уже ждёт, когда же я выйду.

— Скучал тут без меня? — спросил я у зверька, глядя в упор в его игривые красные глаза. — А вот и не обманывай, я видел в окно, как ты тут с галками развлекался.

— А с кем это ты там разговариваешь? — услышал я со стороны крыльца госпиталя голос Евгении. Я обернулся и увидел, как она подходит ко мне и с интересом разглядывает горностая. — Ух ты, это твой новый друг? Какой хорошенький!

Когда девушка подошла на расстояние пары шагов, горностай Федя прижался к моему плечу и предупреждающе зашипел.

— Он меня боится? — спросила девушка, невольно сделав шаг назад. — Или это он тебя так защищает?

— Скорее, второе, он ничего не боится, — ответил я, улыбаясь, потом обратился к своему питомцу. — Федя, не ругайся, она наш друг, она хорошая.

Федя перестал шипеть и вжиматься в плечо, потом заинтересованно вытянул мордочку в сторону Евгении, словно принюхивался. Девушка приблизилась на шаг и уже собиралась протянуть к нему руку, как горностай совершенно неожиданно перепрыгнул к ней на плечо. Аристократка испуганно замерла, а Федя перебрался с одного плеча на другое по спине под волосами. Пряди шикарных светлых волос упали с его мордочки, продолжая закрывать всё остальное. Он вопросительно посмотрел на меня, я утвердительно кивнул, и зверёк снова прыгнул на ёлку и исчез в кроне.

— Какой он шустрый! — рассмеялась Евгения. — Наверное, коготки у него острые, это хорошо, что на мне доспех надет.

— Наверное, острые, — пожал я плечами. — Я с ним только вчера подружился, без доспеха пока никуда не ходил.

— А он с тобой в доме живёт теперь? — спросила девушка, пытаясь проследить за перемещениями маленького хищника.

— На улице ночевал, — покачал я головой. — Может, на дереве, а может, нору нашёл какую-нибудь.

— Никак понять не могу, — сказала Евгения, когда мы шли вдоль аллеи мимо госпиталя, — как это можно за один день приручить горностая. Может, ты какой-нибудь повелитель животных?

Не-е-ет! — рассмеялся я. — Этим я не занимаюсь. Я просто спас ему жизнь в Аномалии, а он ко мне сразу привязался. Видимо, из благодарности.

— Ой! — внезапно вскрикнула Женя и застыла на месте.

На её плече сидел Федя и тыкал ей в нос синичкой, которую он придушил за шею.

— Это он тебе подарок принёс, — пояснил я, улыбаясь. — Значит, признал, как свою.

— Но я не ем синичек, — тихо произнесла девушка, неотрывно глядя на столь непривычное подношение. Похоже, она совсем не понимала как на это реагировать.

— Всё равно подарок надо принять, — уже совершенно серьёзно ответил я. — А то обидится ещё.

— Не надо обижаться, — уже более уверенно обратилась к горностаю Евгения, осторожно принимая подношение. — Благодарю за синичку, наверное, она очень вкусная.

Горностай весело чирикнул, спрыгнул на землю и некоторое время с гордым видом шёл рядом со мной, потом вскарабкался по доспехам и уселся на плечо, с любопытством оглядываясь по сторонам.

Евгения попрощалась со мной и Федей и повернула в другую сторону, а мы отправились домой. Интересно, куда она теперь денет бедную синичку? Девушка так и шла с ней в руке, пока не скрылась за углом.

Подходя к подъезду, я увидел, что на лавочке перед подъездом сидит Матвей с какой-то бабушкой, возможно, соседкой и что-то ей усердно объясняет. Подойдя ближе, я понял, что они говорят о грибах, вот уж неожиданно!

— О! Пришёл мой товарищ! — радостно улыбаясь, оповестил собеседницу Матвей. — Я, конечно, извиняюсь, но мне пора.

— Да-да, — сказала пожилая женщина, сосредоточенно разглядывая мои доспехи и протазан. Потом увидела горностая на плече и вытаращила глаза. — Я, пожалуй, пойду.

Несмотря на преклонный возраст, бабушка довольно резво исчезла в недрах подъезда, а мой приятель вздохнул с облегчением.

— Уф-ф-ф, замучила она меня, — покачал он головой. — Вышел, чтобы тебя встретить, а она подсела рядом и начала меня расспросами одолевать. Еле удалось переключить разговор. Сначала про рассаду, потом про грибы. Ты что-то долго сегодня, что-то случилось?

— Если я даже и задержался, — сказал я, взглянув на часы, — то совсем немного.

— Да? — удивился Матвей, тоже глянув на часы. — А мне показалось, что я тут уже вечность.

— А чего это ты меня встречаешь у входа и без каравая? — улыбнулся я.

— Ха! Учту, в следующий раз организую встречу по высшему разряду, — усмехнулся приятель. — Я тебя, собственно, с какой целью возле подъезда ожидаю — пошли, кое-что покажу.

— Заинтриговал, — сказал я и направился вслед за ним.

Мы повернули за дом к линии гаражей. Я уже начал догадываться, что он мне хочет показать, но от того мне стало только ещё интереснее. Матвей, немного повозившись с замками, открыл гараж и сделал пригласительный жест.

— Прошу! — церемонно произнёс парень, словно приглашал войти в зал, где меня ожидает званый ужин.

Когда я шагнул внутрь, горностай спрыгнул с моего плеча и остался ждать снаружи, робко заглядывая внутрь помещения, но так и не решился шагнуть внутрь. Вдоль одной стены стояли несколько довольно крупных керамических горшков, в которые были посажены принесённые из Аномалии образцы растений. Над ними светились фиолетовые лампы для рассады. Ближе ко входу стояла бочка с водой, рядом лейка.

— Ай да молодец! — воскликнул я, присев перед небольшими кустиками на корточки. — Ну всё предусмотрел!

— Ну так я же сельский житель, понятие о рассаде имею! — с гордым видом сообщил Матвей.

— А куски чёрного рога в горшки положил? — спросил я, осторожно касаясь оживающей листвы. — А, уже увидел, в землю воткнул.

— Ну я не стал их глубоко пихать, — пояснил парень. — Вдруг понадобится их в Аномалию отнести, чтобы подзарядить негативной энергией.

— Дальновидно, — кивнул я. — Это ведь не вечная батарейка, все правильно.

Я с интересом и с удивлением отметил, что вокруг воткнутых в землю кусков рога земля начинает краснеть и становиться такой же, как в зоне Аномалии. Значит, мы на верном пути. И листва на стороне, где находится источник энергии, поживее смотрится, что лишний раз доказывает жизненную необходимость наличия негативной энергии для подобных растений.

— Просто замечательно! — восторженно воскликнул я, вставая с корточек. — Если нам удастся в нужном количестве выращивать здесь редкие растения Аномалии, то не придётся бегать там по лесам и полям в поисках нужного ингредиента, а это позволит сосредоточиться на более важных вещах.