Весь свой огнестрел и патроны мы обменяли на снаряды калибра 57 и 76 мм. Как оказалось, на здешних армейских складах этого добра полно. Как выяснилось — калибр 57 мм активно использовался ещё в войну. Это пушки ЗИС-2, в советское время этот калибр кушали автоматические зенитки С-60 и морские установки АК-725. Это же касается и калибра 76 мм. Пушка ЗИС-3, а позже танковые пушки Ф-34 и морские АК-176. Правда шведы на последних версиях своих орудий используют дорогущие программируемые снаряды, но мне и так пойдёт. 57-й калибр оставлю себе, а вот на 76-й у меня уже есть солидный покупатель.

Всего вышло 9 тонн. Это 2000 штук 57 мм и 600 штук 76 мм.

— А что, время есть. Почему не смотаться в эту самую Каменку, — Степаныч предложил нам посмотреть, как живут местные. Его матрос Серёга отпросился на три дня повидаться со своими. Какие-то семейные дела. Вот нам и предложили, пока мы не расторговались, подняться по реке. Всё одно ждём.

— Люди там живут серьёзные, никакого баловства. Само село после развала страны потихоньку умирало. Стариков уносили на погост, молодёжь свалила в город. Спасли его энтузиасты, несколько семей горожан перебрались в наши края, чтобы жить ближе к природе. Ну там экология, чистый воздух и всё такое. Говорили, что хотят растить детей в нормальных условиях. На мой взгляд — дикая чушь. Но ведь через несколько лет сюда перебрались ещё семьи, со скарбом, тракторами и скотом. Не сказать, чтобы жили замкнуто, но даже организовали школу для своих деток. Построили магазинчик, куда завозили ширпотреб. А продукты у них были свои. А потом грянул этот кошмар, заболевшие кусали других, родственников и соседей. Приходилось отстреливать их как бешенных собак. И буквально через несколько недель в Каменку приехала большая община староверов с востока. И те начали отстраиваться, поставили церквушку и зажили все в месте. Чужих не пускают, но торгуют потихоньку. Я бывал там — занятно, будто окунулся в позапрошлый век. Так что раз Сергей приглашает, то советую посмотреть. А то что там у вас на Западе? Никакой духовности.

До Каменки около 30 километров вверх по реке. У Сергея, молодого парня лет двадцати пяти есть своя лодка. Это алюминиевая посудина с подвесным мотором и самодельным парусом. Небольшая, так что пришлось потесниться. Кроме хозяина лодки в ней ещё четыре человека. Сашка когда узнал о планируемом посещении села, в категорической форме потребовал включить и его в состав:

— Лёха, ты мне друг или как? Сколько можно меня мариновать? Вечно я должен кого-то прикрывать, а ты сливки снимаешь. Я тоже хочу посмотреть, как там народ русский живёт.

Мы не рискнули брать семьи, чересчур много неизвестных. Наоборот взяли двух ребят из десантной группы. И вооружились соответственно. Даже пулемёт прихватили.

До села полдня ходу — отплыли пораньше, чтобы иметь запас по времени. Мало ли что. Пока шли по реке — мошкара и комары не особо зверствовали, но как только причалили к берегу облегчится, те набросились на нас с такой свирепостью, что мы буквально сбежали назад в лодку. Благо одежда у нас плотная, но лицо и руки чешутся неимоверно. А Сергей сидит у руля и посмеивается, его почему-то комарьё не грызло. Успокаивающе стучит мотор, струится вода вдоль борта, остаётся только смотреть на местные красоты.

— А вот и наша Каменка, — перед нами открылся вида на село. Излучина уходит влево и виден высокий берег за нею. Открылось само поселение, когда мы привязали к мосткам лодку и потащились наверх. Наши бойцы тащат по мешку с подарками. Там шерстяная одежда, немного сигарет и медикаментов. С этого ракурса отлично всё видно. Поднимаемся неспеша, утоптанная тропа изгибаясь ведёт в центр пеоселения. Само село лежит чуть в стороне от воды, расположилось на верхотуре. Ниже узкая полоска луговины и аккуратные домики. Ближе к берегу старая часть села. Всё, как рассказывал Степанович. Несколько десятков домов из потемневших от времени брёвен. Но нет в стенах щелей, дома стоят ровно, не видно брошенных строений. Улочки узкие, явно не рассчитаны на проезд грузового транспорта.

В этом плане любопытнее было осматривать две широкие и прямые улицы в новой части села. Здесь уже дома нового поколения, окна побольше, светлое дерево и аккуратные крышы. Старая и новая часть села объединяла двуглавая церковь. Она стояла на естественной возвышенности и все улицы как бы лучами сходились к ней. Храм божий тоже деревянный, светло-медового оттенка. Здесь площадь отсыпана мелким щебнем, который тысячи ног утоптали до плотности бетона. Видимо сейчас народ в поле, мы не заметили толпы встречающих. Но женщины и старики стояли группками и смотрели на нас. Я же от них ожидал наряды в духе прошлых веков. Кафтаны, сарафаны и прочая историческая экзотика. Ан нет, мужчины одеты в простую рабочую одежду. Тёмные штаны, курки и ветровки, заметил даже потёртые джинсы. Из обуви резиновые сапоги и ботинки.

У женщин длинные юбки, реже плотные штаны, простые кофты, платки и обычные куртки. А дети — эти носят всё вперемешку. Спортивные вещи и яркую детскую одёжку.

Никто не таращится на нас, смотрят внимательно и спокойно. Сергей подходит то к одним, то к другим, перебрасывается несколькими фразами и ведёт нас дальше.

Наш провожатый подвёл гостей к свежему срубу. Даже с широкого крыльца с навесом чувствуется запах хвойной смолы. В сенях имеется короткая лавка, лежит хозяйский инструмент, стоит обувь.

— Проходите, сейчас хозяйка вернётся, кушать будем, — это Сергей приглашающе махнул рукой. Пришлось вслед за хозяином оставить обувь в сенях и пройти в большую комнату. Она без излишеств. Просторная и светлая, пол — натёртая доска, стены — голое бревно без обоев. Широкие окна с простыми занавесками. О особом отношение к религии говорит наличие красного угла. На полка стоит лампадка, висит небольшая икона, чуть свисает вышитое полотенце. Печь небольшая, но добротная. Белёная с лежанкой и чугунной плитой. От неё идёт тепло, видать хозяйка протопила с утра. В целом тепло, сухо и довольно уютно.

С улицы послышался шум и внезапно в доме стало тесно.

— Ой, а мы у мамы были. Если бы я знала, что сегодня приедешь — пироги бы поставила. Невысокая полноватая женщина немного настороженно сморит в нашу сторону. Ну да, муженёк привёл четырех крепких мужиков, причем незнакомых, тут любая заволнуется. А Серёга завис и вместо того, чтобы объяснить наше появление и представить нас супруге — глупо хлопает глазами и краснеет. Вот телок.

— Здравствуйте, хозяюшка, — пришлось мне начинать знакомство.

— Мы из далёких краёв, сейчас прибыли с торговой миссией в Патракеевку. А пока ждём товар, Степаныч и предложил нам познакомиться с тем, как живут в ваших краях.

Ну вот, теперь и эта замерла. А учитывая, что жена Сергея вернулась с целым выводком детворы, то сейчас стало так тихо, что даже слышно как летает в воздухе муха.

Негромкое покашливание от двери заставило нас оглянуться, это уже новый персонаж. И если Сергей имеет короткую бороду, то этот мужчина носит густую смолистого цвета солидную такую бородищу.

— Батя, это мои гости. Из самой Франции к нам приплыли. Вот, хочу показать им село.

— Здравствуйте, меня зовут Егором Васильевичем, — мужчина перекрестился на красный угол и вошёл в комнату.

— Настя, самовар поставил бы, гости в дом — это к удаче, — мужчина невысокого роста, сухощавый. Как и мы, сапоги оставил в сенях, там же повесил и головной убор.

Вскоре нас усадили за стол. Вместо чая угостили вкуснейшим травяным сбором.

— А я завариваю иван-чай с чабрецом и брусникой, правда вкусно?

— Очень, — постепенно детишки испарились и за столом остались только мужчины.

— А это мои старшенькие, Иван и Олег, — так и перезнакомились с другими сыновьями Егора Васильевича, которые подошли чуть позже. Два наших спутника вышли на улицу, просто глупо сидеть за столом и не понимать о чём говорят. Вот мы с Сашкой и оправили их прогуляться по двору.

Видимо в отличии от хозяйки дома Насти, в других домах озаботились выпечкой с утра, потому что вскоре на столе появились и пироги с разной начинкой, и мясо с рыбкой и грибы с квашенной капустой. А мы выставили две бутылки «Серого гуся», что сразу помогло сгладить неловкость от первой встречи. Так-то водку лично я не потребляю уже давно. Но глупо в Россию ехать с другими напитками. Пить-то будут, но без удовольствия. К концу дня за столом собралось восемь человек. Насколько я понял, это местная старшина. Всем интересно, как там живут в этих самых европах. Я знаю, что их может интересовать в первую очередь. Нет, не дефицитный товар. Людей, сидящих за одним столом с нами интересует — смогли ли просвещённые европейцы создать жизнеспособное общество, в котором простые люди могут чувствовать себя свободными и под защитой. Для них это не праздный вопрос, в комнате стало очень тихо. Егор Васильевич даже чуть подался вперёд в ожидании моего ответа.