— Знаете что, Гуннар. У меня на судне есть небольшой запас виски. Ещё с тех времен. Обещаю, что найду для Вас пару бутылок лучшего из имеющегося у меня. Как Вы относитесь к восемнадцатилетнему «Chivas»?

— Что мне нужно для этого? Родину продать?

Я засмеялся, — это будет излишним. Меня вполне устроит информация о происходящем у вас. Поймите, я тут как слепой кутёнок. И мне нужны данные о том, что хотят от меня ваши начальники. Вернее, это как раз мне понятно. А вот в чём у вас есть нужда и чем вы можете торговать с континентом — пока не ясно. И завтра я хотел бы прийти на встречу с мистером Эйнарссоном подготовленным.

Проговорили мы до девяти часов вечера. Дождавшись, когда я спущусь в туалетную комнату, уже Лена начала расспрашивать его о своём. Жену больше интересовал местный университет, жизнь простых людей и всё такое. Я тоже внимательно слушал и мотал на ус.

Не всё так безоблачно в Исландии. Они сумели сохранить многое. Так работает локальная сотовая связь 4G, есть обрезанное местное подобие интернета. Спутниковая связь слабенькая, её используют исключительно армия и правительство.Государственные структуры выстояли — парламент, суды, полиция и армия — всё действует. Однако введены более жёсткие законы. Это касается и экономии некоторых ресурсов, пострадала также демократия. Медицина есть, но базовая. Нет сложных и высокотехнологичных операций. Она пожалуй откатилась к уровню 1990-го года.

Образование — работают садики, школы и колледжи. Университеты упростились, ориентируются больше на инженеров, механиков, аграриев и медиков. Прочие гуманитарные науки урезаны.

А вот с энергетикой тут всё просто замечательно, нормирования нет. На счёт промышленности такого уже не скажешь. Имеется ремонт судов, техники и генераторов. Производится одежда, обувь и инструменты. Металлообработка — переплавка металлолома. В своё время сюда даже возили издалека бокситную руду из той же Австралии, Бразилии и Новой Гвинеи. И всё благодаря дешёвой электроэнергии. Вроде Исландия даже была крупнейшим мировым производителем алюминия.

Производство деталей весьма ограничено. Производят боеприпасы до калибра 12.7 включительно, то есть чистая стрелковка. Оружие лишь ремонтируют, не более. Правда на острове находились базы НАТО со складами, так что нельзя назвать Исландию такой уж беззубой.

Сохранились компьютеры, базы данных и некоторое количество станков. Но нет сложной электроники и чипов.

Транспорт — производства тоже нет, только ремонт. Зато много авторазборок, люди сдают вышедшую в утиль технику и полученные запчасти дают жизнь другим автомобилям. Любая техника и топливо — стратегический ресурс.

Продукты — дары моря, тепличные овощи, мясо и молоко. С этим всё хорошо. Зерновых почти нет, как и сахара с растительными маслами. Удобрений нет и также проблема с топливом для масштабной аграрки. И вроде исландцы сами производят некоторые лекарства. Есть у них для этого мощности, компания «Alvogen» построила в своё время здесь фармацевтические заводы. Для полной раскрутки не хватает сырья.

Гуннар поведал, что на авиабазе есть турбовинтовая авиатехника. В основном легкомоторная авиация. Хотя намекнул, что транспортники тоже имеются. Флот чисто для охраны своих берегов. Но в целом по нынешним временам вооружённые силы страны представляют огромную силу. Просто я представляю анклавы на континенте. Самые крупные до 7 000 человек, включая женщин и детей. Что они смогут противопоставить исландской армии, если те выставят полк со средствами усиления. Понятно, что у исландцев и армейского полка может не быть. Но есть та же полиция, спецназ и береговая охрана.

Поселили нас в гостинице, для этого пришлось только выйти из ресторана и зайти с другого входа. То есть она находится в этом же здании. Гуннар пообещал зайти за нами в 8.30 утра и на этом мы расстались.

Номер небольшой, но Лена тут же ускакала в душ, а я вышел на балкончик.

Хорошо тут, спокойно. Неторопливо идут прохожие, машин немного, но непривычно видеть машины скорой помощи и полиции.

А потом мне пришлось успокаивать жену. После душа она вышла закутанная в халат и полотенце на голове. А когда я притянул её к себе, та заплакала. Когда наконец успокоилась, я смог допытаться о причине мокроты:

— Мне просто стало так обидно. Гуннар рассказал, что его дочь учится в университете на факультете филологии. Я ведь тоже так ходила на лекции, сидела с ребятами в столовке и мечтала побыстрее закончить учёбу. Кто же знал, что это оказалось самым счастливым временем в моей жизни. Я бы всё отдала, чтобы вернуться обратно.

А когда супруга пригрелась в постели и заснула, я продолжал лежать на спине и думать.

Здесь в ходу местные кроны и несмотря на определённую инфляцию, денежная система устояла. Есть ограничения на сделки с определёнными ресурсами, но недвижимость в их число не входит. Таким образом я могу считать себя довольно состоятельным благодаря трюмам моих судов. И если рыбопродуктами я местных не удивлю, то вот медикаменты и спиртное однозначно здесь в цене. Так же как и запчасти. Надо только заключить правильную сделку. Спасибо Гуннару, теперь я вооружён. Однозначно меня можно рассматривать не только как источник информации. Я владею тем, чего нет у них. У меня есть связи в Бретани и знания — что, кому и почём.

То, что Исландцы закрылись от остального мира — помогло им спасти свою страну. Но долгий карантин сделал их беспомощными перед реальностями материка. У них даже выработался комплекс в этом отношении. Они не умеют работать в условиях хаоса и нет знаний, где стоит поискать нужное им.

Думаю, что Халльдор догадался, откуда у меня взялась уверенность, которой вчера ещё не было. Но вида не показал и мы плодотворно проработали до 15.00.

Завтраком нас накормил Гуннар, а обедали мы в служебной столовой.

На следующий день приступили к наброске некоего договора. Между государством Исландия и частным лицом Алексисом Кравцовым.

Я правильно уловил их интерес. Им нужен посредник со своими судами и людьми. Мы работаем по факту, сами рискуем своими жизнями и ищем нужные им ресурсы. По косвенным признакам исландцы всё-таки смогли оживить нефтяную вышку или найти значительные запасы сырой нефти. Потому что теперь им нужна автотехника, от легковушек до тяжёлой и специальной.

Далее, в списке первоочередных ресурсов значатся:

— Двигатели.

— Металлы (чистые, не лом).

— Зерно.

— Химия (порох, удобрения, лекарства).

— Станки, насосы, компрессоры.

— Люди, имеется в виду специалисты. Это инженера и механики, судоремонтники и авиатехники. Энергетики и врачи. А также вообще крепкие рабочие руки. Свободного места на острове много. А вот о топливе в списке ни слова. Значит если я раздобуду агротехнику, они смогут распахать площади под зерновые особых морозоустойчивых пород.

Их понять можно, армейские офицеры не обладают гибкостью и нужным опытом для успешной мародёрки. Тут нужны особые качества и естественный нигилизм. Ведь на материке действуют законы сильного. Если я обозначу себя как силу, то смогу наладить торговлю с континентом.

Самым трудным оказалось прописать нюансы. Что и почём. Я категорически отказываюсь брать оплату исключительно их кронами. Помню фразу знаменитого Попандопуло (адъютанта атамана Грициана Таврического) из фильма «Свадьба в Малиновке», «Возьмисебе 100 миллионов. Знаешь что — возьми всё, я себе ещё нарисую.»

На местные тугрики можно жить на острове, покупать продукты и вещи, расплачиваться за услуги. То есть это средства внутреннего рынка. А с чем мне обращаться к тем же французам?

Получается что кроны — это комфорт, а товары — власть. Тут нужны востребованные на материке товары, отлично пошёл бы бензин — масса техники на ДВС стоит на приколе. Можно брать инструментом и патронами. Но это нужно смотреть. А пока мы договорились о следующем. Наши суда перегоняют в порт Рейкьявика и мои люди сходят на берег. Далее, я реализую тут часть своего товар и сырья. Разумеется почти всё выкупает государство. Медикаменты берут с огромным удовольствием. Спиртное я пожалуй придержу для себя и на особый случай. Скандинавы любители крепких напитков, думаю — это послужит лучшим презентом для нужных людей.