Насильно мил не будешь, рассчитываю исключительно на то, что Лена поймёт причину моего тогдашнего отказа и оценит это. Возможно, я снова смогу занять место в её сердце как безопасная и комфортная гавань.

Я большинство наших новых граждан знаю в лицо, по крайней мере активную часть населения. Этот парень работает в одной из наших тыловых бригад. Они специализируются на том, что идут вдоль берега, выискивая припрятанные суда. Если обнаруживают что-то стоящее, то сообщают нам и приходит буксир.

Ему лет тридцать пять, рослый с гривой каштановых волос. Впервые я заметил рядом Леной чужого и сразу сработал сигнал опасности. Но не устраивать же скандал на пустом месте. К тому же праздник в самом разгар, но настроение резко испортилось и захотелось слинять отсюда. Просто невыносимо захотелось тишины, хорошо бы очутится на лесной опушке перед озером. Сидеть бы и наблюдать за его гладью — и ни о чём не думать. Я устал за это время, много сил уходило на запуск производства рыбопродуктов. Раньше наоборот хотелось движения, тишина пугала. А вот сейчас хочу обратного. Но опять же, надо улыбаться и отвечать, один из наших интересуется, что мы планируем делать с круизным лайнером. Забодался уже отвечать, что это входит в самые насущные задачи. Мы занимаемся этим вопросом.

Вот минуту назад девушка стояла с тем парнем, она держала в руках стакан с вином и внимательно слушала того. Вроде всё в рамках приличий. Но вот я вернулся на площадь, а её нет. Сразу начал оглядываться, ну не могла же она убежать.

С площади веером идут несколько проулков до проспекта Алена ле Пе, который параллелен набережной. Это заселённая нами жилая часть. Но улочек пять, а куда могла свернуть эта парочка? Видимо мои телодвижения не остались незамеченными, — Лёха, ты что сортир ищешь? Начальственный животик прихватило?

— Ты Ленку не видел? Только стояла здесь с одним фруктом и внезапно исчезла.

— И что, ты хочешь свечку над ними подержать? — видимо выражение моего лица что-то подсказало Сашке, потому что тот мгновенно подобрался.

— Вроде они пошли по улочке Адигар, — и друг для достоверности ткнул пальцем в сторону одного из проулков.

Здесь узкий проулок с рядом двухэтажных каменных домов, типичных для этой области Франции. Ни души, и в самом деле, все сейчас празднуют на площади. Один я занимаюсь самым дебильным занятием на свете, слежу за другими. Будто у меня гордости нет. Если Лена может вот так просто исчезнуть с первым попавшимся мужчиной, и явно не для декламации стихов, то зачем я мучаюсь. Флаг ей в руки. На миг стало легче, в мозгу вспыхнула картинка, как она стонет под другим мужчиной, балдея от того, как он стегает её крепким ремнём. И накатило опустошающее равнодушие.

А пошло оно всё, я сделал шаг в сторону площади. Глухой удар и звук, похожий на стон. Я резко обернулся, вроде это идёт от дома напротив. Здесь каменные дома стоят фасадами наружу и между ними нет разрывов. В каждом доме массивная деревянная дверь, вот за одной из них неявный шум. Подойдя поближе прислушался, нет — не показалось. Опять мужской голос и вскрик.

Уже слабо контролируя себя, я толкнул незапертую дверь. Это гостиная, слабенький огонёк масляного светильника скупо освещает большую комнату. Но достаточно, чтобы рассмотреть происходящее. На полу возится нечто, похожее на большую груду тряпок. Дальнейшее врезалось мне в память мгновенной вспышкой. Я вижу очертания мужской фигуры, светлым пятном выделяется его голая задница. Под ним лежит девушка, платье задрано на голову, видны голые ноги и живот. На первый взгляд это любовная парочка занимается сексом. Если бы не элементы борьбы. Одной рукой он прижимает её голову и не даёт закричать, второй пытается стянуть с неё трусы. А та извивается и мычит, пытаясь скинуть его с себя. Осознание происходящего заняло меньше секунды. Дальше я действовал как простой парень, никогда в жизни толком не дравшийся. Я благополучно забыл о служебном пистолете на поясе. И просто вцепился в его волосы, благо там было за что ухватится. Рывком мне удалось оторвать его от пола, и мы завалились рядом. Я пытаюсь его душить, захватив левой рукой шею. А тот активно борется и, к сожалению, он значительно сильнее меня. К тому же я нахожусь под ним. Вскоре мужчина сумел вывернуться, и теперь моя позиция стала ещё хуже. Он уселся на меня и пытается освободить руку для удара. Я же пытаюсь этого не допустить. У этого бугая здоровенные кулаки и пары пропущенных ударов мне с лихвой хватит. А я тут не один, от этой мысли сил прибавилось и мне удалось перевести борьбу в положение, когда мы оба лежим на боку. Ногами пытаемся обхватить соперника, чтобы спеленать. В итоге нам удалось вскочить и тут мне прилетело. Он резко выкинул ногу и попал мне в живот. От удара я полетел к стене и прилично приложился локтем. Но тут не до рефлексий, с трудом удалось вздохнуть и подняться на корточки. Удар ногой в лицо погасил моё сознание. Как же стыдно, так бездарно просрать всё.

Именно эти мысли первыми пришли ко мне, когда я пришёл в себя. Башка гудит как с перепоя, сильно саднит разбитое лицо, вернее нос и правая сторона лица. А в остальном я вроде в порядке. Ощупал руки-ноги, целы. Всё тело болит, но это последствия драки и катания по жёсткому полу. Мы же старались от души друг друга приложить.

Угу — радует, что это наш медпункт. Значит, не всё так плохо. Но тут как вспышка пришло осознания того, что я понятие не имею что с Леной. Во время драки я совсем упустил её из вида. И что с тем парнем, как много прошло времени?

Видимо я немного пошумел, потому что в помещение заглянула наша медсестра Ясмин.

Фух, как камень с души, — да в порядке всё с твоей красавицей, — это арабка отреагировала на первый вопрос.

— А у тебя гематома на пол-лица, нос не сломан, в остальном ты в полном порядке. Но доктор Бернар рекомендует полежать у нас. Вполне вероятно лёгкое сотрясение мозга. Лучше перестраховаться. Сейчас я тебе помогу.

В результате мне дали две таблетки, болеутоляющее и чтобы заснуть. Так что я тихо и мирно отъехал в царство Морфея.

А утро началось с посещений.

— Ну, мой друг, что же Вы так неосторожны? Надо беречь свой организм, наше тело очень несовершенно. Буквально одно неосторожное движение и можно получить серьёзную травму головы. А условий для лечения здесь нет априори. Могу разве что йодом лоб помазать. Так что всегда думаете, когда ввязываетесь в драку.

Здесь доктор Бернар прав, вчера я почувствовал, что мои физические кондиции не позволяют на равных противостоять агрессивным и крепким ребятам. Я же всё больше занимался делами, а о элементарных занятиях физкультурой позабыл. Если доведётся, смогу выстрелить в сторону опасности. Но без очевидного результата. Просто у нас были люди, которые делали это намного лучше. И я даже не предполагал, что доведётся тупо меситься за женщину.

— Доктор Бернар, а что с Хелен?

— А что с ней? Физически она не сильно пострадала, а вот её психическое состояние уже всецело на Вашей совести, Алексис. Ясмин её осмотрела, дала выпить успокоительных капель и проводила до каюты. Как-то так. Вы хотите увидеться?

— Скажите, доктор Бернар, я могу уже встать и вернуться к себе? -трусливо ушёл я от ответа.

— Не вижу никаких возражений. У Вас нет симптомов сотрясения мозга, так что завтракайте и освобождайте лазарет.

— А можно я ещё погощу у вас?

— Для чего?

— Ну, имею я право немного поболеть? Скажите кому надо, что мне очень плохо и вы не ручаетесь, доживу ли я до вечера.

Доктор Лефевр снял очки и посмотрел на меня, затем уловил посыл в моих глазах улыбнулся.

— Понимаю, Вы хотите кое-кого проучить. Ну что же, немедленно возвращайтесь в койку. Прописываю строгий постельный режим, на счёт сиделки поговорю за завтраком. Может и найдётся какая-нибудь сердобольная девушка. Ладно, я предупрежу мадам Бенсаид.

— Да, и попросите зайти месье Алекса. И про завтрак не упустите, я вчера толком и не поел.