Интересно, оказывается у гигантского судна есть проушины на корпусе и сейчас катер пришвартован к борту намертво, крест-накрест капроновым шнуром. Между ними только старый резиновый баллон.

М-да, этот катер явно приспособлен для гонки в условиях прибрежной полосы. Прилизанные обводы и два мощных дизель-мотора. Присутствует радар и два прожектора — на носу и корме. На носу пустой вертлюг для тяжёлого пулемёта, к сожалению, пустой.

Сразу отпал вопрос — как бойцы забрались на палубу. Закинули кошку на леер и натянули трос с повязанными узлами. Так и забрались на палубу. Что с ними случилось — в общем понятно, что остались там все, кроме одного. А этот видимо был инфицирован и обратился. И так всё время и провёл на маленьком катере. Хотя не такой он и маленький, метров семь в длину и полтора в ширину. В закрытой кабине спокойно устроятся человек шесть, для остальных есть место снаружи. Ясен пень, Сашка сразу сунулся внутрь и принялся восхищённо цокать языком.

Это регулярное подразделение и вооружено однообразно. Тут всего две фирмы производители оружия. Бельгийская FN Herstal и немецкая Heckler & Koch.

— Есть, есть ещё справедливость на свете, — Сашка держит в руках лёгкий пулемёт FN Minimi, под калибр 5.56×45 NATO. После тщательного обыска стало ясно, что на первое время оружие у нас есть. Несмотря на то, что самое вкусное штурмовики утащили с собой наверх, кое-что осталось.

Итак, у нас пулемёт с пятью коробками по 200 патрон и запасной ствол в придачу. Дальше пять автоматов HK416, это видимо основное оружие группы. Питание магазинное по 30 патрон в каждом. Калибр тот же, что и у пулемёта. В цинках около 6 000 патронов 5.56×45.

Далее, три дробовика Benelli M4 под патрон 12/7- полуавтомат. К нему шесть коробок с патронами, картечь и пули.

Пистолеты SIG Sauer SP2022 в количество трёх штук. Патрон 9×19, в магазине 15 штук. И пластиковый ящик на 1000 патронов для них.

Мы с Сашкой предположили, что спецназовцы возят с собой некое количество запасных стволов. Всё находится в железных ящиках, играющих роль сидушек. Видимо в обычное время ящики закрыты и оружие недоступно. Но во время операции они пренебрегли условиями хранения.

Хуже тот факт, что я не нахожу ключа от замка зажигания. Неужели он ушёл на дно вместе с тем заражённым? Хреново, но бросать катер очень не хочется. Быстрый и маневренный — не то, что наша спасательная колоша. Иначе ту и не назовёшь. Пришлось крепить катер капроновым шнуром за буксирных крюк и в таком виде тащить за собой. На прощание я натянул штурмовую верёвку ведущую на палубу большого судна так, что она практически слилась с основным корпусом.

Три часа, почти полдня мы потратили, чтобы вернуть спасательную шлюпку на место. Трудность в том, что Сашка не понимал точно, что делать. А я физически не мог мотаться сверху вниз. На борт я попал по лоцманской лестнице, предусмотрительно оставленной нами. А дальше — мрак. Пришлось подавать напругу на маслостанцию. Манипулятор-то гидравлический, снизу Саня зацепил трос в двух местах, но спасательная лодка пошла криво. Пришлось перецеплять. А в конце крепить посудину как положено. В инструкции есть только сведения, как её скинуть, видимо возврат не предполагался.

А вот разгружать трофейный катер неудобно. Не тащить же довольно тяжёлый свёрток с оружием и патронами на верёвке.

Выход нашёлся, на главной палубе есть специальный герметичный люк, так называемый бортовой посадочный трап, на английском «Shell door». Открывается наружу, надо только снять люк со стопоров. Изнутри выезжает двухсекционный трап, напоминающий по форме ножку кузнечика. Его нижняя часть может опираться на причал. Но в нашем случае — на плавучую площадку. Таким образом можно даже в море принимать грузы с другого маломерного судна. Легко и просто мы быстро перетаскали Сашкины драгоценности на верхнюю палубу, а катер временно я пришвартовал рядом с люком. Со стороны порта его не видно, он на морской стороне. Займусь им попозже, а пока у нас в расписании немного запоздавший обед. Заслужили — это наша первая вылазка за пределы ставшего уже родным корабля. Как и ожидалось, пальма первенства моментально перешла к Сане. Надо было видеть, как он жадно цапнул автомат. Быстро его проверил и закинул за спину. А пистолет заткнул за пояс ввиду отсутствия кобуры или другой амуниции.

Оставив друга перебирать своё богатство, я спустился в катер. Должен ведь быть запасный ключ.

Хм, вот он родимый, лежит в незаметной нише и прикрыт тряпкой. Вставив, попытался завести. Глухо и басовито заурчали движки за кормой. Рядом с рулём на панели управления рычажок. Он стоит в положении «N». Отвязав шнур, я осторожно толкнул рычажок вперёд, катер дёрнулся, словно не веря своему счастью и медленно отошёл от борта судна. Как всё просто, толкая от себя рычаг я увеличиваю скорость. Сейчас движок ожил, катер приподнял нос и я взял курс на выход из бухты. Краем глаза увидел Сашкину фигуру на верхней палубе, махнул ему рукой и добавил ещё оборотов. Не заметил, как вырвался на свободу и сразу началась качка. В отличии от бухты здесь наблюдаются пологие волны и катер начало болтать. От греха подальше решил возвращаться, но притулится к борту удалось лишь с третьей попытки.

— Что, воздух свободы ударил профессору Плейшнеру в голову, решил бросить меня на съедение врагам, — Саня бурчит только для порядка. Сам же доволен, руки в смазке. И ему нетрудно понять мои эмоции от проката на мощном катере.

Да, и надо поискать данные по нему в интернете.

Кстати, последний пока есть, но еле ползает. Думаю, скоро рухнет, впрочем, как и свет, и водоснабжение в городе.

Судя по документам этот катер изготовляется французской фирмой «OCEA» модель FPB -12. В интернете нашёл только общие сведения, комплектация зависит от требований заказчика.

12 метров длиной, алюминиевый жёсткий корпус, два движка «Volvo Penta» мощностью по 530 л. с. каждый. Максимальная скорость 43 узла, экипаж 3–6 человек, дальность 400 морских миль.

Это полицейская модель, поэтому из серьёзного вооружения ныне отсутствующий пулемёт под калибр 12.7. Имеется якорная электрическая лебёдка, мощный поворотный прожектор на носу и ещё один на корме. Есть палубные фонари, проблесковые маяки полиции и, разумеется, навигационные. Прожектор управляется джойстиком из рубки.

Внутри на панели управления штурвал, два рычага газа/реверса, трим и навигационные приборы. Сомневаюсь, что в этой крохотной бухте они нам пригодятся. Ещё имеется сирена, людей пугать и осушительная помпа. Ну и спасательные средства, как без них. Катер не такой и маленький, это на фоне океанского лайнера он был мышонком. А так сейчас под боротом у нас весьма серьёзный агрегат.

Топливный бак здесь находится по центру под палубой, объём 1300 литров дизеля. Расход топлива при скорости 10–12 узлов 25–30 л/час. На крейсерской 22–28 узлов составит 80–120 л/час. А на максимальной все 200–220 л/час. Судя по датчику топлива бак полный и это не может не радовать.

— Ну сэр, принимайте, — Сашка стукнул костяшками пальцев и вошёл с оружием в руках.

— Теперь это твоё, привыкай, — и он протянул пистолет рукояткой вперёд. Тот оказался неожиданно тяжёлым и холодным. Но чувствуется, что это не игрушка.

— Спокойно, главное не суетись. Оружие как собака чувствует, когда его боятся.

Сашка очистил стол от бумаг и разложил кусок брезента, разгладив его ладонью.

— Всегда работаем на чистой поверхности. Мелкие детали легко пропадают, найти не получится.

Рядом с пистолетом лёг автомат. Матово чёрный, с характерным запахом масла и металла.

— Это твой лучший друг. Без пистолета даже в сортир не ходи, вот только подберём тебе нормальную кобуру. Значит автомат немецкий, фирмы НК. Машинка хорошая, надёжная. Но даже такую можно сломать умеючи.

Сашка сел напротив, движения спокойные, почти ленивые — как у человека, которые делал это тысячу раз.