Тут его ткнули локтем по рёбрам.

— Слышь, братан, — тихим растерянным голосом произнёс Саня. — А что происходит ваще?

— Как что? — сглотнул Данила. — Т-танцевальный батл… Не видишь, что ли?

— А-а-а… Ну тогда всё поня-я-ятно… — всё так же тихо и растерянно протянул Саня. — Спасибо, что уточнил.

— Да без проблем, — кивнул Даня. — Обращайся.

По глазам ребят было видно, что ни Саня, ни остальные ни хрена не понимали, что происходит.

Гордей, как и сам Даня, стоял в похожей позе. Но при этом морда лица у него была искривлённо-удивлённая. Парень вообще не вдуплял, какого хрена творится. Марк глазел на танцующего Стефана с дёргающимся глазом. Хотя, возможно, это ещё эффект от выступления Анжелы до сих пор не прошёл.

Да что уж там, даже Аристарх и Марк стояли с раскрытыми ртами! Хотя в их позах читалось, что они вот-вот кинутся в бой.

Тем временем Стефан закончил свой раунд эффектным шпагатом в прыжке и позаимствовал у Анжелы идею с магическими спецэффектами. Вот только у Елизаровой, кажется, это была уже подготовленная заранее форма. Причём отрепетированная, потому что слишком уж безупречно она изображала из себя Снежную Барыню. А вот Стефан явно импровизировал, выбрасывая огненные искры в ярком огненном шоу. Получилось эффектно, конечно. Даже контраст «горячего» Стефана с холодным спокойствием «ледяной» Анжелы сыграл свою роль…

А Данила поймал себя на мысли, что он реально оценивает танцы этих двух негодяев!

Почему негодяев? Да потому, что Анжела точно всё знала! Как и Стефан, как и остальные поляки, которые сейчас с насмешками наблюдали за их реакцией.

Данила встретился взглядом с Максом Ветровым и опасно сузил глаза.

А со всех сторон раздались ликования зрителей в сторону лехита. Судя по всему, в такой же мере, как были они у Анжелы.

— Что ж… — горделиво вскинула подбородок Анжела, — полагаю, мы сойдёмся на ничье.

— Думаю, так, — кивнул Стефан.

Затем он махнул рукой и сделал шаг назад, пропуская вперёд здоровяка Богдана.

— Ермаков, твой выход! — вдруг заявила Анжела и чуть ли не выпихнула Данилу перед собой.

— Ч-чего⁈ — опомнился Даня, уже стоя перед крепышом-поляком. — К-какой ещё выход?!!

— Танец, конечно, — с ехидной ухмылкой стрельнула по нему взглядом треклятая Елизарова. — Ты же не хочешь сказать, что поляки уделают нас в танце, а?

— Ну давай, мелкий! — довольно прорычал Богдан, а затем топнул ногой. Да так, что, казалось, земля немного заходила ходуном. — Ты первый!

━─━────༺༻────━─━

Соломон не верил своим глазам. Казалось, всё происходящее сейчас — лишь сон.

Кошмарный сон.

Вроде того, как в детстве снилось, что ты оказался в классе без штанов. Только сейчас всё было намного хуже.

Намного!

Он бы предпочёл остаться без штанов в реальном мире, чем созерцать вот это. И дело даже не в кривом, неуклюжем танце Данилы Ермакова, от которого возникал резкий испанский стыд.

КАТАСТРОФА!

То, что происходило сейчас, было полнейшей катастрофой.

Соломон очень хотел, чтобы всё это обернулось обычным кошмаром. Чтобы он просто сейчас проснулся в поту в своей постели и с облегчением выдохнул. Вот только сон никак не уходил.

И ещё раз, речь совсем не про ужасный, неуклюжий недотанец Ермакова. Хотя его странные кривляния и потуги как раз были очень похожи на тот бред, который обычно происходит во снах.

И ещё этот смех зевак вокруг… В глубине души, где-то в сознании, Соломон понимал, что смеются не над ним. Но сейчас казалось, что все взоры устремлены именно в его сторону.

Соломон очень хотел ущипнуть себя за что-нибудь помягче да побольнее, чтобы проснуться. Но не мог пошевелиться. Однако из ступора его вывела тяжёлая ладонь, которая рухнула прямо на плечо.

— Господин Вельцин, — содрогающим душу низким басом произнёс Николай Ильич. — Кажется, ваши подозрения не оправдались. Так, может, вернёмся и обсудим тот очень важный вопрос, который вы хотели обсудить изначально?

— Да-да, кстати, — рядом встала Алина Леонидовна, которая почему-то с усмешкой наблюдала за тем, как уже здоровяк Богдан Ковальский вчистую уделывает Ермакова дикой смесью одиночного вальса и польки под содрогание окон шаурмичной и восторг публики. — Вы так и не рассказали, что за важный вопрос хотели обсудить. Надеюсь, он действительно важный, иначе у меня возникнут серьёзные вопросы к вашим компетенциям, господин Вельцин.

Соломон медленно повернулся лицом к Прохоровой и понял…

Она знает!

И он, директор Горынин, тоже знает.

Они оба знают, что Вельцин хотел подставить Ставровских бесят!!!

Глоть!

Соломон понял, что в глотке пересохло и он даже не может вымолвить ни звука. Пришлось побороть себя, через силу выпрямиться и встать ровно. Голова лихорадочно пыталась сообразить, что же придумать, что же ответить этой грымзе, однако вслух получались беспорядочные:

— Эм… ну… как бы… м-м-м… знаете… я вот…

— Думается мне… — задумчиво произнёс Николай Ильич, заведя руки за спину и улыбнувшись в сторону второй попытки Данилы Ермакова завоевать любовь толпы. Неудачные попытки, судя по всему. — Думается мне, Соломон Адамович, что я буду вынужден направить в Канцелярию Министерства обращение по поводу некоторых своих опасений насчёт вас. Уж извините, таков мой долг как главного организатора турнира.

Николай Ильич развернулся, взглянул будто сквозь Вельцина, а затем пошагал прочь.

— Хмпф! — фыркнула Алина Леонидовна и последовала за директором.

Соломон беспомощно продолжал пялиться перед собой. В кои-то веки монстрята Ставрова разгромно проигрывали своим соперникам, но это его почему-то нисколько не радовало.

━─━────༺༻────━─━

— Я вас понял, Дариуш Войкович, — произнёс я с лёгкой улыбкой. — Благодарю. И да, я помню о наших договорённостях. По возвращении встретимся и всё обсудим, — я чуть было не нажал на сброс вызова, но тут же опомнился. — Ах да, господин Жижневский! Ещё один вопрос. Очень важный… Запись имеется?

Лена уставилась на меня выжидающим взглядом. Через несколько секунд я расплылся в улыбке и кивнул ей, и Лена тут же озарилась от радости.

— Благодарю, Дариуш Войкович. Очень буду ждать вашего сообщения. До свидания.

Я сунул телефон в карман, обнял Лену и покрепче прижал её к себе.

— Ну что, получилось? Получилось же, да⁈ — захлопала она радостными глазами.

— Конечно, всё получилось, — чуть ли не промурлыкал я, словно кот, объевшийся сметаны.

Тут телефон пиликнул сообщением.

— О, пришло!

— Ну-ка, ну-ка! — оживилась Лена.

Я снова достал телефон. Не думал, что Жижневский так скоро пришлёт видео.

— Хе-хе-хе, — осклабился я коварно. — Ну, сейчас поглядим, как там наши бесята станцевали. А после пойду на второй круг по ярмарке! У меня на радостях аж голод снова проснулся.

— Знаешь… — задумчиво хмыкнула Лена, чуть оторвавшись от меня, — наверное, я всё же присоединюсь.

Люблю эту женщину!

━─━────༺༻────━─━

[Предупреждение! О чём, вы и сами понимаете, хех))]

…

….

[Вы же понимаете, да? Ну так, на всякий случай… Там вкушать будут. Энту самую шаварму!]

Несколько позже, в четвёртой шаурмичной из маршрута бесят (третью им пока пришлось пропустить)…

— Так, Елизарова! — запыхтел краснющий Саня.

Краснющий, потому что он тоже оказался паршивым танцором и продул Максу Ветрову оба раунда. Но Даниилу его выступление даже успокоило. Как минимум он теперь не худший из бесят по части танцевальных дрыганий.

— Да, Савельев? — усмехнулась Анжела. — Что ты хотел спросить?

— Какого ляда это было, Анжелка?!! — прорычал Саня. — И почему эти недолехиты были в курсе, ты была в курсе, а вот мы ни сном ни духом?!!!

— Вот это ты у Сергея Викторовича уточнишь, — пожала девушка плечами.

— А на хрена это всё надо-то было? — вставил своё слово Данила.