Данила, который всё пялился в затылок сероглазой брюнетки, вдруг призадумался и выдал неплохую мысль:

— Слушайте, красноярские ж здесь дома. Наверняка и по горам здешним лазали кучу раз. Разве это честно? Они и на месте быстрее сориентируются, и дорогу быстрее найдут.

Но не успел никто из нас что-либо ответить на это, как с помоста снова раздался голос директора:

— Что касается учеников Академии Дубенского, — добавил Николай Ильич, — чтобы компенсировать преимущества команды, которая знакома с местностью, им придётся раздобыть четыре флажка!

— Чёрт, — тихо выругалась Лера, да и её сокомандники не были в восторге.

Анжела довольно хмыкнула, а Марк по какой-то причине задумчиво присмотрелся к Даниле.

— И да, ещё кое-что, — заметно посерьёзнев, произнёс Горынин. — Прямые столкновения с участниками других команд запрещены! Если вы нападёте на соперников, будете тут же исключены из турнира!

— Вот же срань! — выругался Артём, причём так громко, что возмущение услышали остальные.

Но тут же парень опомнился и виновато глянул на Тимофея, мол, сгоряча ляпнул. Заменяйте.

Однако Тимоха лишь тяжело вздохнул:

— Полностью с тобой согласен, Черкашин. Полнейшая срань…

Жара будто нарастала. Мне надоело коптиться, и я настроил климат-контроль собственного тела с помощью потоков. По телу расползлась приятная освежающая прохлада, а на лице сама собой появилась довольная улыбка.

Хм, а ребята до этого догадаются, интересно? Потоки для них ещё недоступны, а вот стихия вполне поможет. Саня, например, может обеспечить всех свежим приятным бризом. А Анжела с Аристархом отвести жару прохладной водой.

— Интересно, — снова призадумался Даня. — Как нас доставят-то на эти точки старта, а?

— Может, вертолётом? — предположил Саня.

— А теперь к тому, как будет выбрана ваша точка старта! — громогласно объявил Николай Ильич.

— Слушай, Даня, — не выдержал наконец-то Марк. — Кажется, вселенная тебе сегодня решила ответы все на блюдечке предоставить. Может, ты спросишь у неё, как нам сразу в победители турнира выбраться, а?

— Нет, — хмыкнул Данила. — Так будет слишком скучно.

— Тогда спроси, чё будет на ужин, — предложил Саня. — Я б шницель какой заточил с удовольствием. Или котлету!

— Давайте! — торжественно воскликнул Николай Ильич.

И в следующий миг вокруг площади из-под земли вырвались каменные столбы, исчерченные заклинаниями. Участники удивились. Кто-то отшатнулся, кто-то ахнул, толпа пошла волнами.

— О! — воскликнул Саня. — А я такие хреновины уже видел!

— Не ты один, — хмыкнул Данила.

— Это вы о чём? — заинтересовалась Анжела.

— А мы когда в региональной олимпиаде участвовали, — пояснил Саня, — там точно такая же херабора была… Ну, или почти такая же. Заклинания похожие, я разглядел. Она нас в какое-то странное место перенесла, по типу закоса под разлом.

Саня оказался прав. Похоже, эксперименты Министерства образования совместно с научной машиной Империи не стояли на месте. Эти конструкции действительно были похожи на телепорт, который мы видели на олимпиаде. Только они были доработанные. Плетения заклинаний слегка изменились, внешний вид стал компактнее и стройнее.

Ещё под ними стояли таблички с номерами, но это вряд ли имело отношение к конструкции.

Наконец-то выдохнув с облегчением, Николай Ильич покинул кафедру и вернул слово своему завучу. Алина Леонидовна вышла с небольшим багровым мешком в руках и бодро объявила жеребьёвку, чтобы определить, какая команда в какой телепорт отправится.

Капитаны команд подошли к платформе, быстро получили номера. Саня выхватил «13» и с довольной ухмылкой вернулся к нам.

— О, наше счастливое число! — заявил он.

— Команды участников прошу собраться напротив телепортационных колонн! — воскликнула Алина Леонидовна. — Учителей просим дать напутственные речи, а затем вас проводят в комнату ожидания!

Толпа зашевелилась, команды начали расходиться по своим номерам.

— Будет ли на ужин шницель или котлета, вселенная? — спросил вдруг Данила в никуда.

Прислушался…

Никто ничего не ответил.

— Может, кебаб?..

И снова вселенная промолчала.

— Эх, не прокатило, — вздохнул Даня.

— Или ты потратил все вопросы на всякую фигню, — хмыкнул Гордей, проходя мимо.

— Вперёд, ребзя! — махнул Саня, задорно ухмыльнувшись. — Покажем всем, как надо испытания проходить, хех!

И мои ученики двинулись к телепортам, где их ждали инструкторы для последних наставлений.

━─━────༺༻────━─━

Комната ожиданий для учителей оказалась довольно привлекательным местом. Пока участники выслушивали полные правила испытаний, учителей сопроводили в просторное помещение с панорамным видом на длинный склон горы, по которому мы и поднимались сюда.

Здесь имелась фуршетная зона с кучей самых разных канапешек, кофемашина, соки и напитки покрепче. Даже самовар имелся!

Рядом располагались диваны, кресла, стулья со столами и тумбочками, даже такие огромные мешки, на которых можно полулежать и дремать.

Но оставшуюся половину помещения занимали станции наблюдения. Массивные столы, на которых располагалось множество экранов, подключенных к единому пульту управления. Для каждого из учителей — свой стол с металлической табличкой, на которой были выведены серебристые надписи с фамилией и инициалами.

На стол с табличкой «Ставров С. В.» я поставил широкий поднос с двумя канапешками из всех предоставленных гостеприимными хозяевами мероприятия.

Получилась большая гора. В тему, так сказать.

Рядом, за соседним столом примостился Тимофей с таким же набором еды. Я взглянул на него с вопросом в глазах.

— Чего? — уставился он в ответ.

Я взглядом указал на табличку за его столом.

— А, это! — махнул Тимоха. — Ща!

Он встал, взял табличку и отошёл в другой конец сектора. В это время ко столу подошёл мужчина лет за тридцать, с растерянным взглядом через круглые забавные очки. В одной руке он держал скромное блюдце с несколькими канапешками, а в другой схватил за горлышко пузатую бутылку полусладкого. Без бокалов, прошу заменить.

— Эм-м… Простите, молодой человек, — обратился он ко мне.

— Да-да? — откликнулся я.

— Не подскажете, тут вроде была табличка с моим именем, «Скрябин Т. С.», я ничего не напутал?

— Эм… — прикидывал я что ответить, ведь именно с этой табличкой Тимоха только что смылся.

Но ничего отвечать не пришлось, потому что Тимоха уже вернулся и поставил свою табличку перед мониторами. И только потом он заметил замершего возле нас Скрябина.

— Вы что-то хотели, милейший? — невинно поинтересовался казак.

— Эм… — нахмурился Скрябин, пытаясь сделать какие-то выводы. — Я ищу свой стол. Скрябин…

— Скрябин? — напористо прервал его Тимоха. — Да-да, видел! Вон там табличка с вашей фамилией.

Он указал в самый дальний стол в тёмном углу, чуть в отдалении от остальных.

Скрябин нахмурился, глядя вдаль, на удлиненную станцию наблюдения. Затем посмотрел на стол, за которым вольготно разместился Тимоха. Затем на пузатую бутылку в руке, и о чём-то задумался, нахмурив брови…

— Благодарю, — вдруг улыбнулся он.

И пошагал в указанном направлении, напевая под нос какую-то весёлую мелодию.

Мы с Тимохой переглянулись.

— Знаешь, о чем я подумал? — спросил я.

— О том, что мы забыли взять напитки? — предположил Тимоха. — У этого кренделя они явно преобладают над едой. Как бы не развезло бедолагу…

— Нет… В смысле, и об этом тоже, но что если станции персонализированы?

Тимоха призадумался, глянул на экран…

— Ща глянем! — пожал он плечами и запустил станцию.

На главном экране появилась надпись:

«Здравствуйте, Тимофей Степанович!»

— Ого! — похлопал он глазами. — А как они узнали?

Тимоха обернулся, с подозрением огляделся по сторонам, но не нашёл ничего подозрительного.