— Да? — поднялся парень.

— Вот представь, что ты на вечеринке. Вокруг музыка, друзья, девчонки. Что ты будешь делать, если твой бывший одноклассник, твой закадычный кореш, вот прям братуха, попросит тебя показать какой-нибудь фокус с магией?

Никита расплылся в мечтательной улыбке.

— Неправильный ответ, — строго сказал я.

— Но я же ещё ничего не ответил! — очнулся он.

— Никитос, да на твоей роже всё написано, — усмехнулся Петя.

— Кто-нибудь вообще даст правильный ответ-то, а? — обратился я ко всему классу.

Конечно же, руку подняла Анжела.

— Давай, Елизарова, — улыбнулся я. — Лучшая ученица академии наверняка знает, что делать в таком случае.

— Да! — встала она из-за стола и горделиво приосанилась. — Нужно сказать, что магия детям не игрушка, и ничего не показывать!

— Ну а если… — вставил своё слово Саня.

— Что — если? — с раздражением спросила Анжела.

— Ну а если, — продолжил шкет, — предпринять все необходимые меры безопасности? Ну там, уйти из общественного места, может быть, где-нибудь на поле, допустим. Обложиться защитными заклинаниями. И проследить, чтобы одноклассник стоял далеко, на безопасном расстоянии?

— Нет, — отрезал я. — Никаких исключений, Савельев. Ребята, запомните одну очень важную вещь. Магия — это не только сила и могущество. Не только дар. Это ещё огромная ответственность, которую вы хоть и не выбирали, но вам придётся нести всю оставшуюся жизнь. Я знаю, за этот год вы совершили очень нехилый скачок в развитии. И вам наверняка кажется, что вы очень крутые и охренительно зашибенные, верно?

По блеску во взглядах я понял, что примерно так они и считают.

— Так вот, ребята, скажу вам так: вы только в самом начале пути. Тот путь, что вы прошли к концу этого года — всего лишь маленький шажок. И дорога не закончится, даже когда вы выпуститесь из академии. Более того, это путь длиною в жизнь. Но сейчас нужно быть предельно осторожными и в первую очередь думать головой, а не эмоциями. Понятно?

— Да, Сергей Викторович!!! — хором ответили ребята.

Но через несколько секунд руку поднял Витя.

— Что-то ещё, Матвеев? — поинтересовался я.

— Сергей Викторович, — встал он со слегка смущённым видом. — Ну вот с одноклассником-то всё понятно. На фиг слать… А если это одноклассница? Красивая! Тогда что?

━─━────༺༻────━─━

— Так-так-так, Сергей Викторович… — пробормотал Палыч, копаясь у себя в столе. — Вот вам командировочный лист. Вот документы по согласию от всех родителей… Вот ещё целая папка документов со справками, характеристиками и прочим, чтобы всё было отлично. Ага, а вот здесь билеты на поезд! В общем, вот вам чемодан, Сергей Викторович! Держите!

Директор протянул мне чемодан. Он выглядел озабоченно, взволнованно, но с этаким налётом предвкушения.

— Благодарю, Василий Павлович, — перехватил я ручку. — Не волнуйтесь, всё будет хорошо.

— Ох, очень надеюсь, очень надеюсь, Сергей Викторович! — Палыч завёл руки за спину и принялся наворачивать круги по кабинету. — Это же какой шанс! Какой шанс!.. Мы не можем его упустить, дорогой мой друг. Ребята должны показать себя лучшим образом, они должны показать, чего стоит наша академия! — он вскинул палец кверху, а затем будто опомнился и направился к своему чайному уголку. — Ох, надо ромашки выпить. Что-то неспокойно мне… Вы что-нибудь будете, Сергей Викторович?

— Нет, спасибо, — помотал я головой. — Но у меня ещё один вопрос.

— Да, какой же? — ответил директор, попутно насыпая чаю в чайник.

— Насчёт Владислава.

— Добрынин, да? — сразу понял он, о чём речь.

— Именно о нём.

Парня окончательно вычеркнули из рода, когда их прижал Разумовский. Мерзкий поступок. И по тому, что я слышал, он аукнулся засранцам втридорога. Причём от самого Разумовского — князь «сожрал» львиную долю активов рода уже после соревнований в академии. Не знаю, что подтолкнуло его. Быть может, желание оторваться на ком-то, а быть может, и чувство справедливости. Наверняка ему оно не чуждо, хоть и в слегка искривлённом виде.

И насколько я слышал, за Добрыниных никто заступаться и не думал. Скорее, каждый без зазрения совести оттяпал свой кусок.

— О, не волнуйтесь, там всё в порядке, — махнул Палыч. — Над мальчиком оформила полную опеку его мама. И хоть он больше не относится к роду Добрыниных, с ним всё будет хорошо. Более того, академия даже приобрела некоторую выгоду в этой ситуации.

— И какую же? — удивился я.

— Его мама — высококлассный дизайнер архитектурной среды. Мы предложили ей возглавить проект по реконструкции академгородка, — заявил директор и повернулся ко мне, потому что закончил с чайником.

— Ух ты ж! — удивился я. — А нам нужна реконструкция?

— Нужна-нужна, — закивал директор. — Я уверен, вы вернётесь с победой. А академия, которая победила на ежегодном турнире, просто обязана выглядеть подобающим образом. Понимаете, о чём я?

— Ну да, кажется, понимаю, — пожал я плечами.

— Так что всё у них будет хорошо, не волнуйтесь. Наталья Мироновна уже получила служебное жильё в жилгородке. Владислав останется на каникулах в академии, будет ей помогать. И к тому же пройдёт дополнительную практику. Думаю, он даже рад такому исходу.

— Вот и замечательно, — улыбнулся я. — Большое спасибо, Василий Павлович!

Я пожал ему руку. Крепко и очень искренне. И, наверное, слишком крепко, потому что директор нервно улыбнулся, обнажив зубы.

— Да не за что, Сергей Викторович, это моя работа. Мальчик очень перспективный. Очень!

— Это точно, — кивнул я. — В следующем году он нас сильно удивит… Ладно, я пойду. Нужно готовиться к отбытию.

— Доброй дороги вам, Сергей Викторович! — пожелал напоследок Палыч. — И возвращайтесь с победой!

━─━────༺༻────━─━

Тверской вокзал встретил нас шумом, гамом и постоянным звоном громкоговорителя.

— СКОРЫЙ ПОЕЗД ТВЕРЬ — МОСКВА ОТПРАВЛЯЕТСЯ СО ВТОРОЙ ПЛАТФОРМЫ. БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ И НЕ ЗАСТУПАЙТЕ ЗА ЛИНИЮ ОГРАЖДЕНИЯ!

— Так, дети! Де-е-ети! — восклицала Лена, поддерживая над головой оранжевый зонтик. — Не расходимся, держимся вместе! Никто не должен потеряться!

А потеряться-то, кстати, можно было легко. Народу тут кружилось до фига. Площадь перед самим вокзалом была обрамлена парковкой, откуда постоянно прибывали взволнованные люди с чемоданами. Дальше в стороне возвышался торговый комплекс, из которого тоже выходили люди, чтобы перемешать толпу перед вокзалом ещё сильнее. Машины приезжали и уезжали, автобусы прибывали и вбухивали в толпу новые порции пассажиров и их сопровождающих.

Ажиотаж был ещё тот.

Да, кстати. Лена отправится с нами. Как завуча нашей академии, её пригласили участвовать в судейской коллегии. А ещё она очень здорово помогала по организации всего путешествия, а теперь будет помогать и по ходу дела. И сейчас она меня крайне выручит, потому что мне нужно отлучиться по одному очень важному делу.

— Так, распределяемся по парам в колонну и двигаемся за мной! — командовала она шестёрке взволнованных победителей. — Перекусим перед отправлением.

— Ур-р-ра-а-а! — воскликнули ребята.

— Ох, как я жрать-то хочу! Наконец-то! — обрадовался Даня.

Но тут мне его пришлось обломать.

— Не, шкет, ты пойдёшь со мной.

— А? Чего⁈ — удивился парень. — Но как же пожрать?!!

Ребята тем временем уже двинулась в путь, и Саня хмыкнул Дане вслед:

— Не волнуйся, Дань, я тебе чего-нибудь прихвачу! Ну или нет, хе-хе-хе.

— Набить живот ты всегда успеешь, дружище, — положил я ему руку на плечо. — А сейчас мы пойдём с тобой в одно очень важное место. Письмо от отца с собой взял?

Я помнил содержимое, но всё лучше, если письмо будет у Дани.

— Ага, взял, — кивнул парень.

— Отлично, — сказал я. — Помнишь, я обещал тебе показать, что означает последний абзац?

— Ага, — сверкнул Данила энтузиазмом во взгляде.

— Вот и пошли, буду показывать, — я шагнул в сторону и подтолкнул шкета.