Я продолжил поедать пончики как ни в чём не бывало, подмигнул Свете, мол, не беспокойся, всё нормально. Девушка кивнула в ответ и убежала в пекарню предупредить ребят, чтобы не высовывались.

Разумовский с мрачным видом прошёл к моему столику и сел напротив. Его помощник уселся за столик позади него и с жадностью рассматривал меню. Парень явно хотел насладиться ассортиментом пончиковой, но, судя по обстановке, ему это не грозило.

Я принялся за второй пончик.

— Воврый вефь, Вфавивив Мфифвавовифь, — проговорил я с набитым ртом. Глоть! — Вы хотели поговорить. И о чём же?

— Как вы оказались здесь раньше меня? — нахмурился князь. — Вы же ехали из академии, а я уже находился в городе.

— Я просто очень люблю шоколад, — уклонился я от ответа. — Кстати, советую супершоколадное комбо. Просто пальчики оближешь!

— Не люблю шоколад, — отрезал Разумовский и тут же упал в моих глазах ещё на несколько пунктов.

— Да ладно, вы просто нормального шоколада не пробовали, — уверил я. — Не бывает так, чтобы человеку не нравился шоколад. Не верю. Светочка! — позвал я официантку.

Девушка выглянула из пекарни со слегка встревоженным видом, но, огибая столики, за которыми сидели головоломы Разумовского, подошла к нам.

— Можно, пожалуйста, два супершоколадных комбо? Вот господину Разумовскому, — указал я жестом, — и его помощнику. Верно, молодой человек?

— А? — откликнулся паренёк, догадавшись, что речь идёт о нём. — Не-не, спасибо, я не…

— Два шоколадных комбо, — настоял я. — За мой счёт. Благодарю.

— Да, хорошо, Сергей Викторович, — улыбнулась, но уже не так искренне, Света и исчезла за дверью.

— Не стоило, — процедил Владимир Мстиславович. — Тем более я вполне в состоянии оплатить заказ в какой-то… — он хмуро оглядел заведение и добавил: — Пончиковой.

— И тем не менее вы не собирались ничего заказывать, — буркнул я. — И при этом прогнали остальных посетителей. Нехорошо так-то, Владимир Мстиславович. Даже помощнику зажали десерт.

Помощник этот ужался, ссутулился, сжал плечи и старался не отсвечивать, будто его тут и нет. Блин, надеюсь, я своими замечаниями не устрою ему весёлый вечерок со взбучкой от господина.

— Давайте ближе к делу, — резче проговорил Разумовский.

Он сжал челюсть так, что желваки заиграли под кожей, поставил локти на стол и скрестил пальцы обеих рук. Глядел на меня из-под суровых бровей, скрыв руками половину лица. Наверное, пытался казаться жутко сурьёзным и опасным.

— Да я только «за», — пожал я плечами и принялся за очередной пончик. — Вововите, я весь… — глоть! — Весть внимание.

Я продолжал наслаждаться шоколадом, а Разумовский, слегка дёрнув уголком рта, наконец-то заговорил.

— Я знаю, что наш уговор подходит к контрольному пункту, но хочу заменить условия. Пойти вам навстречу.

— Ого, и с чего такой парад щедрости? — удивился я.

— У меня появились новые задачи, — соврал Разумовский.

Удивительно, но сейчас я отчётливо видел лёгкую дрожь в его Источнике. Он боялся. Ничего себе, это граф Крылов так его запугал? Мне точно нужно узнать, что это за человек такой.

— Продолжайте, пока мне всё нравится— кивнул я и с шумом отпил через трубочку молочного коктейля.

Но продолжить сразу князю не получилось, потому что к нам подошла Света с подносом и поставила заказ.

— Супершоколадное комбо для господина, — тихо произнесла она. — Приятного аппетита.

Разумовский еле заметно кивнул и хмуро оглядел еду перед собой. А вот его помощник, которому Света поставила то же самое, явно засветился от счастья. Он воровато огляделся, будто в поисках дозволения наконец-то поесть. Видно было по глазам, что очень хотел попробовать знаменитое супершоколадное комбо, даже сглотнул слюну, а потом наплевал на всё и, не дождавшись этого самого дозволения или даже взгляда от Разумовского, принялся тихо, растягивая наслаждение, пережёвывать пончик.

Правда, он немного не удержался и вздохнул с удовольствием от первого куса чуть громче, чем хотел. Разумовский сделал вид, что не заметил этого.

— Как я сказал, — процедил Разумовский, — у меня появилась новая задача. Очень непростая, но необходимая цель — сделать из моего сына настоящего, достойного наследника рода Разумовских.

— Ого! — я аж оторвался от последнего пончика. — Это вы нехило замахнулись, скажу я вам. По тому, что я видел, там работы непочатый край. Нет, вы, конечно, молодцы, что отправили этого оболтуса в тайгу вместе с Демьяном… — тут взгляд Владимира Мстиславовича немного изменился. — Да-да, господин Разумовский, — улыбнулся я. — Не только вы занимаетесь сбором информации, но ответственно заявляю: учитель из Демьяна так себе. В качестве этакой пощёчины, шоковой терапии идея классная. Но он вряд ли достигнет шестого ранга под надзором вашего гениального боевого мага.

— Ох, ка-а-а-айф! — раздалось вдруг позади князя. — А, ой! Простите, пожалуйста…

И тут же в пончиковой воцарилась тишина.

Разумовский медленно повернулся в сторону своего помощника, а тот замер как статуя и боялся даже пошевелиться.

— Да-а-а, ка-а-а-а-айф! — протянул я с наслаждением, чем отвлёк на себя внимание Владимира Мстиславовича.

Я наконец-то доел пончики, выпил молочный коктейль, громко пошуршав трубочкой по дну, и с наслаждением выдохнул, откинувшись на спинку кресла.

Настала очередь пряников с какао, поэтому я пододвинул коробку с ними поближе и взялся за кружку.

— И всё же, господин Разумовский, — сказал я, прежде чем приступить к очередному приёму пищи. — При чём тут я и ваш сын?

— Разве не понятно? — слегка раздражённо проговорил Разумовский.

Что-то он сегодня несколько несдержан. Неужто настолько нервничает?

— Не-а, непонятно, — помотал я головой и хрустнул глазурью пряника.

Источник снова вздрогнул. Князь был на взводе и будто боялся каждого шороха…

Блин!

Похоже, я знаю, что именно Крылов рассказал Разумовскому!

И из-за этого у меня ещё больше появилось вопросов к графу. Если раньше я думал, что всё-таки не стоит натравливать Ястреба на Дмитрия Аристарховича, то теперь уверен, что если граф сам всё не расскажет, Ястреб разузнает все подробности без его разрешения.

Князь боялся меня.

Так дрожал Источником, словно ждал, что я вот-вот снесу ему башку на хрен.

— Вы должны тренировать моего сына, Сергей Викторович, — чуть ли не прорычал Владимир Мстиславович.

Он сейчас пытался побороть страх злостью, а это не самый лучший коктейль. Тем более самый лучший коктейль — это молочный шоколадный, хех.

— Слушайте, господин Разумовский… — нахмурился я, разглядывая перед глазами пряник. — Ваш сын любит шоколад?

— Что? — опешил тот. — При чём тут это?

— Ну, вы шоколад не любите, — пожал я плечами. — Да и человек вы, если честно, так себе.

От моего заявления Источник Разумовского вспыхнул, но тут же успокоился, даже немного ужался. А его головорезы ожидающе повернулись в мою сторону, однако никакого сигнала к действию князь не подал.

Хотя, судя по реакции молодого помощника, который чуть не выронил изо рта полпончика, что-то должно было произойти.

Значит, я прав. Разумовский меня боится. Ни какой-то власти, действий, интриг или махинаций, что могут навредить ему или роду. Он боится меня конкретно. И раз уж такой эффект произведён, им стоит пользоваться. Нужно вести себя как тот, кто действительно снесёт голову в любой момент.

— Вы слишком много себе позволяете, господин Ставров, — процедил Владимир Мстиславович.

— А вы любите, когда люди говорят вам неправду? — усмехнулся я.

Ам!

Хрум!

Очередной пряник отправилась ко мне в рот. Тёплое какао, взбитое до молочной пенки, следом приятно осело на языке мягким облаком, окутало всё нежностью, растворяя хрустящие кусочки глазури и смешиваясь с шоколадной мякотью пряника.

Лепота!

— Послушайте, господин Разумовский, — вздохнул я, наконец-то проглотив пряник. — Видите ли, не в моих правилах учить тех, кто, по моему субъективному мнению, станут плохими людьми. Вашему сыну уже за двадцать, а он тот ещё балбес с кучей дерьма в голове. Если я помогу ему развить Источник до шестого ранга и выше, он станет к тому же ещё и сильным балбесом. А если научу навыкам помимо магии, он и вовсе станет занозой в заднице. Думаю, даже для вас. Боюсь, в его случае учителями-наставниками не обойтись. Нужен личный пример и ваше, Владимир Мстиславович, прямое влияние.