Однако самое главное, что Владимир Мстиславович узнал суть.

Ставров Сергей Викторович. Сильный маг, судя по всему, он был как минимум на уровне Демьяна. Ходили слухи, что он даже избил Орлова, а Громов именно по его милости каким-то образом лишился всех своих рангов. Хотя это лишь слухи. Официальные и более вероятные версии гласили, что Орлова навестил сам император и устроил ему показательную взбучку. А с Громовым Ставрову просто повезло, и повреждения Источника — это следствие запрещённых техник развития рода Громовых, которые тот бездумно применял.

Но что более важно, Ставров был крайне честным, совестливым, обладал острым чувством справедливости и не мог пройти мимо любой беды, даже самой малой, чтобы не сунуть туда свой нос. А ещё он был очень привязан к своим ученикам. Всё это делало его крайне уязвимым.

Когда перед тобой такой сильный маг, его слабостью является окружение. Да, сильный, но один! А что может сделать один сильный маг против могущества целого рода Разумовских? Да просто ничего. Нет, конечно, он может взбунтоваться, напасть и даже причинить какой-то урон. Вообще Владимир Мстиславович даже надеялся на такой вариант. Это позволило бы разобраться со Ставровым самым прямым, простым и быстрым способом.

Но получилось как получилось. И так неплохо.

К тому же удалось немного поднатаскать подконтрольные структуры рода и устроить им внеплановую практику по поиску информации и быстрому прижатию к ноге мелких аристократических семей. Удалось даже местного главу полиции заставить дрожать и бояться — связи сделали своё дело. Так что да, нет худа без добра.

Так что уже в полночь Владимир Мстиславович вернётся в родовое поместье с выполненным поручением и с должником в лице целого министра образования Империи. Князь Астахов очень влиятельный человек, и его услуги могут быть крайне полезны для рода, ведь у министра образования есть определённые связи и каналы информации.

В первую очередь Владимир Мстиславович думал получить от Астахова несколько техник развития, что хранились под семью замками. Они принадлежали древним, канувшим в Лету родам, от которых остались лишь записи в бархатной книге и тайные знания. Однако делиться ими со всеми никто не собирался.

У Владимира Мстиславовича были некоторые догадки о том, что именно он может потребовать. Это сделает намного сильнее его сына и позиции княжича в семье Разумовских. Ведь далеко не все рады такому наследнику, и чем больше за спиной сына будет преимуществ, тем лучше.

Тут размышления Владимира Мстиславовича прервала официантка.

— Простите, господин, можно вас?

— Да, — повернулся к ней Владимир Мстиславович.

— Там человек… Он просит присоединиться к вам.

— Мы забронировали весь ресторан, — чуть более суровым голосом произнёс князь.

— Да-да, конечно, я понимаю! — испуганно закивала девушка. — Но он сказал, что вы лично захотите его пустить. Сказал… Эм…

Девушка смутилась и явно замялась. Это ещё больше не понравилось князю.

— Ну говорите уже. Что там?

— Он… Ну, в общем, он сказал, — продолжила мямлить официантка, — что, эм… вы поймёте послание. Просил передать, кхм-кхм… «Володя, давай шустрее!» Я не знаю, что это значит, господин.

Девушка едва не попятилась, потому что заметила, как изменилось выражение лица гостя. Владимир Мстиславович действительно расширил глаза и даже приоткрыл рот. Помощник, который впервые видел своего господина таким удивлённым — точнее, показывающим своё удивление так откровенно — аж прекратил жевать и замер с ополовиненным бокалом глинтвейна у рта.

— Да, пригласите его, пожалуйста, — ответил, вдруг смягчившись, Владимир Мстиславович. Затем он повернулся к помощнику и гаркнул: — Прочь! Сядь за другой стол, там доешь.

Дважды повторять не пришлось. Помощник шустро смылся за самый дальний столик с тарелкой и бокалом. Но кажется, там он ничего не ел, а притих и слушал.

Через несколько секунд в ресторан вошёл пожилой человек в хорошем, но старом костюме, с седыми волосами, короткой бородой и пронзительным, властным взглядом, который всё же был по-отечески тёплым и добродушным.

— Дмитрий Аристархович, — кивнул князь Разумовский, вовремя подавив в себе рефлекс встать при виде этого человека.

— Володя, здравствуй! — улыбнулся граф Крылов.

Он присел напротив, кивнул официантке и тут же, не глядя в меню, заказал свиные медальоны в горчично-медовом соусе и жареную картошку…

— А ещё маринованные корнишончики, пожалуйста, и две ржаные булки, — завершил он заказ с белоснежной улыбкой в сторону официантки.

— Какой напиток вы изволите? — поинтересовалась девушка.

Ей явно нравилось обслуживать Крылова, напряжение на её лице спало, а улыбка казалась вполне искренней, а не дежурной, какой была до этого.

— Чай. Чёрный, фруктовый… На ваш вкус, красавица, — подмигнул ей граф Крылов.

— Скоро всё подам! — слегка поклонилась девушка и упорхнула на кухню.

Когда они снова остались вдвоём, Дмитрий Аристархович повернулся к Владимиру и пристально взглянул ему в глаза.

— Как дела, Володя? Не забываешь тренироваться или уже запустил себя, как большинство лентяев за сорок?

— Нисколько, — процедил князь Разумовский. Он вдруг почувствовал внутри какое-то юношеское бунтарство, протест, даже вызов. — Тренируюсь трижды в день, Дмитрий Аристархович. Функциональная, духовная и магическая тренировки. Не пропускаю никогда!

— Молодец, молодец, — покивал граф Крылов. — Ну ладно, не хмурься ты так. Вижу, что ты полный сил боевой маг. Не зря я тебя тренировал столько лет. Эх… — мечтательно вздохнул Дмитрий Аристархович, взглянув куда-то над собой. — Помнишь былые деньки? Вы с Мстиславкой были такие шебутные, неугомонные. Всюду лезли куда ни попадя. Это из-за вас я начал седеть, между прочим! — усмехнулся граф и пальцем показал на свою белёсую шевелюру.

Князь Разумовский молчал. Человек, который сидел напротив него, хоть и был графом, который по табелю о рангах имел более низкое положение, однако вместе с тем он был его учителем и наставником в юные годы. А такая связь куда прочнее, чем титулы и ранги.

Наставник однажды — наставник навсегда. Поэтому граф Крылов был чуть ли не единственным человеком, который мог общаться с князем Владимиром Мстиславовичем Разумовским в подобном тоне.

— Но давай ближе к делу, — мигом посерьёзнел Дмитрий Аристархович. — Я пришёл с тобой поговорить не просто по старой дружбе. Я хочу поговорить о Ставрове.

Разумовский скривился от раздражения.

— Дмитрий Аристархович, — вкрадчиво произнёс он, стараясь подбирать слова. — Вы знаете, я вас очень уважаю, но этот вопрос…

— Подожди, Володя, подожди, — прервал его граф Крылов. — Дай договорить. Я знаю, что ты не можешь отступиться от обещания, данного Астахову… Да-да, я в курсе ваших дел, не удивляйся. Я знаю очень многое. Больше, чем ты, между прочим. Так вот, ты не можешь отступиться от вашей сделки. А ещё я знаю, что ты пытаешься разыскать как можно больше информации о Сергее Викторовиче.

— Я уже узнал всё, что мне нужно, — пробурчал Владимир Мстиславович.

— Не всё, — помотал головой Дмитрий Аристархович. — До данных по его военной службе твои информаторы до сих пор не могут докопаться, ведь так?

Князь Разумовский промолчал, но кивнул.

— Так вот, — вздохнул Дмитрий Аристархович. — Я тебе помогу. Заполню этот пробел, пока ты не успел натворить дел.

С этими словами граф Крылов достал из внутреннего кармана небольшую тонкую папку. Метким глазом князь Разумовский приметил, что на ней стояло заклинание самоуничтожения.

— Ты прочтёшь это один раз, Володя — произнёс Дмитрий Аристархович, протягивая папку. — Прочтёшь, уничтожишь и никому не расскажешь о том, что прочитаешь. Даже Астахов не в курсе всего, чем я решил с тобой поделиться, и поверь, это действительно великое одолжение для тебя. Но какое именно, ты поймёшь сразу.

— Ваши медальоны, господин, — подошла к ним официантка с подносом и чаем.