Не знаю, сколько я бродил по этой пустыне. В таком глубоком сосредоточении одна секунда могла тянуться годами.

Я шагал и шагал, отринув жажду, жар и сухость. Солнце палило прямо надо мной, куда бы я ни шёл. Даже тени моей не было.

Но я продолжал идти. Должна быть возможность, должен быть шанс помочь ему. Чутьё подсказывало, что это так, а значит я обязан это сделать.

И вот! Я нашёл!

Шагал, шагал, уже весь измотался и едва перебирал ногами, как вдруг передо мной появился маленький оазис. Небольшой пруд с чистой прозрачной водой, обрамлённый редкой зеленью, с пальмой, которая склонилась над ним, словно хотела испить влаги.

Я остановился у самого края и опустился на колени, чтобы дотянуться до гладкой и безмятежной поверхности. И только сейчас понял, как истощились мои конечности. Колени заныли, заскрипели. Мышцы одеревенели. Я склонился над прудом и увидел своё отражение, но едва узнал себя самого.

Лицо исхудало до невозможности, засохшие морщины натянули кожу. Но это сейчас неважно.

Я погрузил руку в воду по локоть, и поверхность пошла рябью.

━─━────༺༻────━─━

Когда я вернулся из сосредоточения, в палате было темно. Обернулся и как-то сухо отметил про себя, что на улице уже ночь.

— Удалось? — раздался тихий знакомый голос.

— Что удалось? — улыбнулся я Марине.

Лекарка сидела на стуле возле входа. Кажется, она здесь уже давно, но я не заметил её, пока не услышал. Хотел ответить, но вместо слов вырвался только сухой хрип, а горло отозвалось болью, будто я на самом деле блуждал по бесконечной пустыне непонятно сколько времени.

Похоже, я и правда очень истощён.

— Сергей, — с волнением произнесла Марина. — Ответь, пожалуйста.

Она подскочила со стула и кинулась ко мне. Я с тяжестью поднял руку и жестом попросил воды, и Марина кинулась уже к кулеру. А потом я в один миг осушил целый стакан, который она поднесла. Но это не избавило от жажды, влага будто впиталась в язык и лишь раззадорила жажду.

Мой Источник пуст. Удивительно! Даже схватка с Драконихой Хаоса не смогла высосать столько энергии, но стоило заняться одним шаловливым учеником, и я остался без сил.

Когда наконец жажду удалось немного заглушить, на что ушло литра три воды, я снова обрёл способность говорить. Но вместо ответов спросил:

— Расскажи-ка мне, что именно здесь произошло.

Марина хотела возразить, но передумала.

— Два дня назад мальчикам стало плохо, — начала она. — Их привёл Громов…

Я подавил желание скривиться, услышав эту фамилию. Так и знал, что он за этим стоит.

— Два дня, — вкрадчиво повторил я. — Когда мы ушли в лес?

Марина кивнула.

— Через несколько часов после этого. Им стало хуже очень скоро. Мы положили их в стационар, я сделала всё, что могла. Но сегодня утром…

— Когда мы вернулись? — нахмурился я.

Даже говорить было тяжело. Каждое слово приходилось вытаскивать из горла.

— Д-да, — кивнула Марина, и по её глазам я понял, к чему всё идёт. — Они потеряли сознание. И Источники.

Марина взглянула на мониторы и не нашла ничего нового.

— Так значит, у тебя ничего… — с дрожью вздохнула она.

— Они не потеряли Источники, — прошептал я.

В её глазах промелькнула надежда, но Марина снова взглянула на мониторы в поисках подтверждения моих слов. И ничего там не нашла.

Вряд ли диагностика позволит увидеть эти изменения. Они ещё слишком малы, и пройдёт в лучшем случае неделя, чтобы результат получилось увидеть с помощью оборудования.

— Ты уверен? — хрипло спросила она.

Я наконец перевёл дыхание и ответил:

— Да… Но времени у нас мало… Очень.

━─━────༺༻────━─━

Каким-то образом Источники Игнатова, Фадеева, Панфилова и Грацкого высосали, будто молочный коктейль через трубочку. Да ещё пошабуршали, выпивая остатки, отчего каналы ужались. Жуткое зрелище.

Но ядра Источников уцелели. Они потеряли в размерах, превратились в едва заметные сгустки магии, словно ещё не сформировались.

Но они уцелели.

И я смогу их спасти.

Пока я занимался Марком, Марине пришлось прогонять родителей этих парней, представителей министерства, даже журналистов, которые каким-то образом прознали про это происшествие.

Затем мне понадобилось время, чтобы восстановить силы. Я поспал всего несколько часов, закинулся жирными калорийными блюдами, не чувствуя их вкус, запасся десятками литров воды и отдал Лене кое-какие распоряжения. Я предупредил, что меня не будет несколько дней, а затем отправился в подземную клинику Марины, куда она перевела ребят, чтобы мне никто не мешал.

У меня была только одна цель — помочь им, избежать самого худшего.

Я нырял в сосредоточение раз за разом, блуждал по остывшим вулканическим недрам Тимура Панфилова, пока не нашёл нарыв, откуда хлынула лава. По засохшим пустырям Филиппа Фадеева, пока мне не удалось отыскать слабый очаг и распалить его до жгучего пламени. Парил по ленивым облакам Артёма Грацкого, пока не разогнал их, словно небесные стада.

И мне удалось!

С каждым разом это занимало всё меньше времени. Вместо четырёх дней, на которые я рассчитывал, пролетело трое суток.

Я выполнил самое малое — вдохнул жизни в их Источники, и магия вновь потекла по каналам, напитала узлы. Слабые потоки запустили процесс выздоровления, однако работы предстоит ещё много.

Я оглядел ребят, мерно посапывающих на белых койках. Марк уже не выглядел таким истощённым и больным, он скоро очнётся. Парням придётся приложить кучу усилий, чтобы нагнать упущенное.

И всё из-за одного ублюдка!

Последняя мысль придала мне сил. Я встал, слегка пошатнулся и почувствовал, как закружилась голова. Выдул несколько литров воды и направился к выходу.

Я был полон решимости заявиться к Громову. Не знаю, как ему удалось это провернуть, но он «выпил» своих собственных учеников!

Теперь я понимал его замысел. Ему не удалось получить титул, заручившись поддержкой местных шишек, и оставался только один выход — достигнуть десятого ранга.

Его развитие остановилось, это я видел ещё раньше. Текущими методами и техниками развития у него ничего бы не вышло, и потому он решил высосать магию из пацанов, чтобы прорваться через плато.

Ублюдок!!

Я снял блок с входной двери в лабораторию. Нельзя было допустить, чтобы кто-то помешал мне, поэтому я заперся внутри. Любая заминка могла привести к катастрофе. Мне пришлось полностью сосредоточиться на деле, отринуть все прочие мысли.

Лифт поднял меня наверх, прозвучал сигнал, и двери отворились. Я шагнул в коридор, увидел ошарашенных людей в чёрных костюмах. Они быстро сбросили удивления с лиц и уже хотели почему-то накинуться на меня. А у меня не осталось сил им противостоять.

Но вдруг раздался грозный оклик:

— Пошли вон! — гаркнул Олег.

— Чего уши раззявили⁈ — добавил Сева. — Дважды повторять надо⁈

Я не понимал, что происходит, но те двое побежали прочь, а Олег с Севой аккуратно подхватили меня под руки и повели следом по коридору.

— Сергей Викторович, не делайте глупостей, — прошептал Олег. — Артём Ярославович обещал помочь.

— Помочь? В чём?

В голове творилась каша. Меня провели до приёмного зала, где вдруг столпилась куча народу. Среди них я выцепил взглядом Василия Павловича, Ингу, Венедикта. Все они выглядели жутко взволнованными, а Лена ринулась ко мне, прорубаясь сквозь преграды в виде охраны в чёрных костюмах.

— Серёжа! — обхватила она меня в объятия. — Серёжа, ты как⁈

— Ч-что происходит? — спросил я.

— Они… они хотят… — всхлипывая выдала Лена, но не успела договорить, потому что из толпы вышли полицейские во главе с Русланом Рыжовым.

— Сергей Викторович Ставров! — объявил он сурово, но будто не верил своим словам. — Вы обвиняетесь в нападении на четырёх несовершеннолетних магов с целью… кхм…

Тут он замялся, однако за его спиной прогремел голос: