— Д-да, — вздохнул Колесников. — Дело в том, Сергей Викторович…

Он замешкался, раздумывая, стоит ли раскрывать карты. Но, видимо, решил их раскрыть и быть искренним.

— Дела моего рода плачевны, господин Ставров, — произнёс он тихо, чтобы никто лишний не услышал. — Мы слишком зависели от расположения некоторых покровителей, но теперь они от нас отвернулись… Кхм, граф Белов вполне прозрачно намекнул, что не желает иметь ничего общего с моей семьёй. А это в том числе значит, что Ярослав должен покинуть свой класс.

Это была опасная искренность. О таком не распространяются, даже если все связи с прошлым «сюзереном» разорваны.

Среди аристократов нередки подобные отношения, где одни семьи по факту подчиняются другим. Официально присяга может быть дана только Империи, народу и императору, но при ближайшем рассмотрении всё куда сложнее.

По сути, Колесниковы теперь крайне уязвимы, если я правильно понимаю. И распространяться об этом — значит обратить на себя внимание своих врагов.

Но я не был их врагом.

— Значит, вы хотите… — нахмурился я.

— Да, — кивнул Всеволод. — Сергей Викторович, прошу принять моего сына в свой класс!

С этими словами он низко поклонился и замер в такой позе, ожидая моего вердикта. Что же там происходит у него в семье, что такой плёвый вопрос требует подобного?

— Поднимитесь, господин Колесников, — мягко сказал я. — Ваша просьба не стоит такой самоотдачи. Я с удовольствием приму Ярослава к себе, вам не стоит ни о чём беспокоиться.

— Стоит! — возразил Всеволод всё ещё в поклоне. — Сергей Викторович, я должен предельно ясно объяснить. Я очень надеюсь, что Ярослав в академии будет под вашей защитой!

Похоже, я угадал. Всеволод хочет обезопасить сына в опасные для рода времена.

— Я пригляжу за ним, будьте уверены.

Я положил руку на плечо обеспокоенному отцу — не барону. Сейчас он был просто отцом, который страшно боится за своего сына. И несильно потянул его кверху, чтобы он наконец-то смотрел мне в глаза. Ненавижу подобные поклоны.

— Благодарю, — тихо произнёс Всеволод. — Благодарю вас, Сергей Викторович… Отныне я ваш должник!

Что ж, иметь в должниках барона вполне себе неплохо. И я его за язык не тянул, хе-хе!

— Эм, кстати, — нахмурился я. — А когда именно вы хотите перевести Ярослава?

— Ну… как бы сказать… — виновато улыбнулся Всеволод.

━─━────༺༻────━─━

— Шалопаи! — объявил я, резко распахнув дверь в аудиторию. — У меня для вас замечательные новости!

Мой первый шаг через порог заглушил топот множества ног. Это бесята возвращались на свои места после неудачной слежки. И теперь они смотрели на меня двадцатью четырьмя парами невинных глаз.

А, не. Двадцатью тремя. Тихомир спал. Впрочем, как всегда.

— Что такое, Сергей Викторович? — заёрзала Анжела.

Её особенно нервировала интрига и терзало желание узнать, о чём мы там разговаривали с Колесниковым.

Отцом ученика из другого класса, между прочим! Класса непримиримых соперников!

Ну, так было раньше. Потому что Всеволод сначала обратился к Лене, и та уже оформила все документы, потому что и без этого представления знала мой ответ.

— Ваш новый одноклассник! — сверкнул я улыбкой и направил указку в сторону двери. — Ярослав Всеволодович Колесников, прошу любить и жаловать!

Парень настороженно вошёл в кабинет и мельком глянул в сторону рядов. В ответ на него пялились двадцать четыре удивлённых глаза.

Да-да, даже Тихомир охренел и вдруг проснулся!

Ненадолго, правда. Пару секунд поглядел, убедился, что это ему не почудилось, а затем плюхнулся опять мордой в стол.

— Нахрена⁈ — воскликнул Даня.

Он с особой «любовью» уставился на своего личного соперника. Тёрки между этими двумя не закончились после академических соревнований, просто сделали перерыв.

— А Калугиных же не переводят⁈ — испугался Саня.

— Нет, они остаются в «А»-классе, — хмыкнул я.

— Слава богам!

— Сергей Викторович, что это значит⁈ — воскликнула Анжела.

Я лишь пожал плечами и повернулся к Ярославу. Сейчас очень многое зависело от него самого, так что нужно поставить себя сразу.

Парень меня понял, приосанился и сбросил волнение. Осмотрел своих новых одноклассников серьёзным сосредоточенным взглядом и сказал:

— Советом рода было принято решение отдать меня в класс господина Ставрова. Мой отец очень впечатлён Сергеем Викторовичем и уверен, что я стану намного сильнее под его руководством.

— Конечно станешь! Ха! — подал голос Федя. — А к нам за тобой все «А»-шки не попрутся⁈

— Вот-вот! — закивал Макс. — Так нам скоро аудиторию расширять придётся. Все не поместимся!

— Кстати, парт свободных нет, — заметила Алиса. — И где он будет сидеть?

Ярослав выступил вперёд, чем заставил остальных притихнуть. Даня мрачно уставился на него исподлобья, и его Источник закипал холодной яростью, искрился и искривлялся под гравитационными всплесками.

— Я знаю, что некоторые из вас хотят свести со мной счёты, — объявил Ярослав. — Как и со всем «А»-классом, моими бывшими одноклассниками. Будьте уверены, я расплачусь сполна, — он сделал небольшую паузу и попытался сгустить вокруг себя слабую магическую ауру, чтобы немного придать словам веса. — Но пеняйте на себя, если расплата вам не понравится.

Хм, бросает вызов? Что ж, вполне неплохой ход. Сложный, но самый быстрый.

— За слова отвечаешь⁈ — подскочил Даня.

— Да, — процедил Ярослав, одарив его пристальным взглядом.

— Ребята, чего вы⁈ — вступилась вдруг Катя. — Ярик норм пацан, за ним особых косяков нет!

М-да, речь у этой девушки что у шпаны с ближайшего района.

— Ну вообще да, — протянул Влад. — Тёрки чисто между пацанами, по чесноку.

Это что, заразно?

— Благодарю, — учтиво поклонился Ярослав в сторону Кати.

— Д-да ничего такого, — засмущалась девушка и спрятала взгляд.

Но её слова действительно заставили ребят задуматься. Ярослав вообще отличался от большинства «А»-шек и никогда не показывал скверный нрав. Когда тот же Артём Грацкий мог задеть словом даже девушек, Ярослав если и конфликтовал, то ради соревнования. И не только с «Д»-шками, между прочим. Со своими бывшими одноклассниками он тоже спокойно вступал в противостояние.

— И всё же, — осмотрелся Федя. — А куда ему садиться? У нас даже стула нет лишнего!

— А вот за это не беспокойтесь, Шалопаи, — хищно осклабился я, отчего все вдруг притихли.

Даже Даня оторвался от гляделок с Ярославом, а тот настороженно перевёл взгляд на меня. Он не понимал, что здесь происходит, но скоро тоже научится отличать все оттенки моих сиятельных улыбок, ухмылок и прочих мимических изысков.

— Стол ему сегодня не понадобится, ведь мы приступаем к самой интересной части сегодняшнего урока!

— Ну не-е-е-е-е!!! — простонал Федя. — Только не…

— Да-да, ваши любимые испытания на прочность! — обрадовал я своих любимых учеников. — Я тут на выходных такую прикольную штуку для вас подготовил! Закачаетесь!

━─━────༺༻────━─━

Можно вечно смотреть на три вещи. Как течёт вода, как горит огонь… и как бесята бегают вокруг зала, преодолевая всевозможные препятствия!

— А-а-а-а!!! Откуда здесь огненные пулемёты⁈ — заверещал Саня, уклоняясь от очередей мелких огненных снарядов. — И молнии⁈ Откуда здесь молнии?!!

— Мы в аду! В аду!!! — прыгал от ледяных затупленных кольев Федя.

— Почему меня ветер не слушается⁈ — возмущалась Катя, уклоняясь от извилистых потоков плотного ветра, которые так и норовили сбить её с ног.

— Ай! Ай! А-яй-яй!!! — подлетал от выдвигающихся каменных плит в полу Петя.

— Хе-хе-хе, — ухмылялся я, попивая кофе на втором этаже и наблюдая, как мои бесята борются со своими собственными стихиями. — Подчините магию, Шалопаи! И всё закончится тот же час!

— Она не подчиняется!! Не подчиня-а-а-а-а!!! — закричал Влад, когда его жопку подпалил язык пламени.