А дальше мы вступаем на тонкий лёд догадок и предположений. Кто-то, кто явно знал о происходящем, решил навариться на этом деле. При этом сделать это в свой личный карман.

Что это даёт мне?

По большому счёту ничего. Я всё ещё не знаю, как именно та чёртова программа попала на ноут Марины. Я всё ещё не в курсе, кто именно её подставил. И я всё ещё не имею ни малейшего понятия, как эту чёртову проблему решить. Всё, что у меня есть, не более чем удивительно подходящие под мою теорию совпадения, оставляющие без ответа главный вопрос.

Как снять подозрения с Марины?

— Так что? — спросил Розен, когда я встал со стула. — Мы в расчёте?

— В расчёте, — кивнул. Всё же то, о чём я его просил, он выполнил. — А если узнаешь, кто именно стоит за этими покупками, то я тебе ещё и должен буду.

— Было бы здорово, но тут я бессилен, — к моему удивлению честно признался он. — Говорю же, они не работают с акциями напрямую, а лишь с производными инструментами. Но если всё обстоит именно так, как ты сказал, то это лютейший пример инсайдерской торговли. За такое посадят на такой долгий срок, что человек и своих внуков не увидит.

Ну тут он загнул, конечно. Но да. Годков пятнадцать-двадцать посидит и подумает над своим нехорошим поведением. Это верно.

Теперь понять бы, что делать дальше…

В несколько расстроенных чувствах я направился обратно в отдел.

— О, наконец-то! — воскликнула сидящая за своим столом Анастасия. — Я как раз хотела тебе звонить уже. Где ты пропадал?

— Работал, — хмыкнул я, не став ничего объяснять. — Чего звонить-то хотела?

— Во-первых, нам надо встретиться с клиентом по второму делу.

— Мошенники или то, с полицией?

— Второе, — кивнула Настя, достав папку и протянув её мне. — Нам снова нужна подпись этого… как его…

Она ткнула в заваленный документами стол.

— Савина, — сказал я, читая материалы дела. — Это не проблема. Я съезжу к нему. Когда встреча с клиентом?

— Послезавтра.

— Тогда не вопрос. Займусь этим завтра с утра.

Хорошо, что я заранее с этим разобрался. Как представляю, что мне каждый раз бы пришлось препираться с этим инфантильным увальнем, так хоть на стенку лезь. Не. Мне такого счастья не нужно. Да, с одной стороны немного аморально, но тратить на этого идиота своё личное время у меня не было никакого желания.

— Тогда второе. Мы идём в ресторан.

Занятый просмотром материалов по делу, я аж глазами о строчку споткнулся.

— Вот сейчас не понял.

Настя посмотрела на меня как идиота.

— Что непонятного? Мы идём ужинать в ресторан…

— Насть, слушай, я не из таких мальчиков, чтобы так быстро на свидания соглашаться…

— Боже, да кому ты сдался, — фыркнула она и закатила глаза. — Я лучше в одиночестве посижу, чем с тобой на свидание пойду. То же мне, самомнение.

— Ну вот и решили, — хмыкнул я.

— Нет, не решили. Мы выиграли дело! — произнесла она таким тоном, будто я этого не знал. — И должны это отметить. Это традиция! Ещё скажи, что ты со Скворцовой этого не делал…

— Делать-то делал, — вздохнул я, закрывая папку и кладя её на стол. — Но я не уверен, что с тобой у нас…

А затем прикусил себе язык. Нет, ну правда. Не говорить же ей, как у нас подобного рода вечер с Мариной закончился.

Но, как бы быстро я себя не одёрнул, сделал это недостаточно поспешно.

— Что?

— Что?

— Ты не договорил.

— А я и не собирался…

Анастасия довольно откинулась на спинку своего кресла и сложила пальцы домиком, уперев кончики в подбородок.

— У вас что-то было? Вот почему ты так о ней печешься…

— Так, — я поднял руку с указательным пальцем, — во-первых, это не твоё дело, так что не завидуй. Не видать тебе комиссарского тела. Свой шанс ты уже профукала, напившись вдрызг…

У неё аж ротик от возмущения приоткрылся.

— Ты чё несёшь, убогий⁈ Да я лучше бы в одну постель легла с…

— Во-вторых, — перебил я её, показав второй палец… и замолчал.

А, собственно, что? Если честно, то тут я просто не придумал. А затем подумал и махнул рукой.

— Ладно. Убедила. Пошли отметим.

— Да, знаешь, что-то уже как-то и не хочется, — язвительно выдала она. — Не хочу, чтобы меня видели в одном заведении с тобой. А то ещё будешь слюни рукавом вытирать. Потом не отмоюсь от этого позора.

Я рассмеялся и принялся складывать свои вещи в сумку.

— Не переживай, я себе слюнявчик попрошу. Насть. Тут твоя правда. Мы действительно сделали хорошую работу. Так пошли отметим…

Идея на самом деле была стоящая. Хоть мозги проветрю.

— Ладно, признаю, место хорошее, — сделал я вывод, оглядываясь по сторонам.

— И если попросишь, тебе тут даже слюнявчик принесут, — не удержалась от сарказма сидящая напротив меня за столом Настя, попивая белое вино из бокала. — Всё, как сам хотел.

После того разговора мы собрали вещи, вызвали такси и поехали в ресторан.

Каких-то влажных фантазий я не питал. Всё же Настя… в общем, со своим характером она несколько не в моём вкусе. В паре я предпочитаю язвить сам. Да и пусть тело молодое, гормоны, все дела… но мозги старые. Или воспоминания? Ай, не так уж и важно. Короче, пускать слюни на каждую проходящую мимо юбку я считал ниже своего достоинства. Захочу познакомиться? Подойду и познакомлюсь. А так вот, чтобы бегать и сгорать от безответной любви… не, не моё это.

Но не могу не отметить, что Лазарева знала толк в хороших ресторанах. Хотя, наверное, было бы странно, будь оно иначе. Признаюсь, думал, что она поведёт меня в какое-то пафосное и крутое заведение… и не ошибся. Правда, в этот раз ресторан находился в пригороде, а столик нам дали под открытым небом, на освещённой фонарями террасе на берегу крупного и очень ухоженного пруда. Учитывая, что вечер выдался тёплый, довольно приятно.

Между прочим, в этом пруду ещё можно было и рыбу выловить. По словам Насти, там специально её разводили, чтобы посетитель мог закинуть удочку, а через сорок минут получить свой улов красочно поданным на тарелке. Круто? Круто. Но я решил себе не изменять и заказал стейк рибай с перечным соусом, печёным картофелем и белыми грибами. Раз уж Настя вызвалась угощать, то пусть теперь и страдает. Точнее, её кошелёк. И вообще, не обеднеет…

Хотя кого я обманываю. Гордость мне не позволит за себя платить. Ну её. Потом ещё пенять этим будет.

— Так что у вас со Скворцовой? — как бы невзначай спросила она, пригубив бокал с вином.

— А ты с какой целью интересуешься?

— Любопытство.

— Любопытство? — не поверил я. — Это ты сейчас от этого любопытства покраснела?

— Что? Я не краснею… — Она на мгновение прищурилась и с подозрением уставилась на меня. — Всё твои шуточки.

— Что поделать, — развёл я руками. — Смеюсь, пока смешно. Но это не отменяет моего вопроса. Даже если у нас что-то и есть, с чего ты взяла, что я буду тебе это рассказывать…

— Мы же коллеги…

— Мы как кошка с собакой, запертые в деревянном ящике.

— Очень хорошая аналогия, кстати, — моментально закивала она. — Благородная и прекрасная кошка и грубый дворовый пёс. Рада, что ты наконец признал этот факт.

— Как и то, что ты мне проиграла в том споре, так что кто круче, дворовый пес или кошка, — это большой вопрос, — моментально осадил я её. — О! И ещё то, что без меня ты прошлое дело…

— Я бы сама всё сделала! — моментально возмутилась она. — И без твоей помощи бы справилась!

— Ну да, конечно. Конечно…

— Это ещё что за намёки?

— Да без намёков, — хмыкнул я, сделав глоток.

Себе к мясу я взял красное сухое вино. Как-то пива сейчас не особо хотелось, а пить что-то крепкое тоже желания не было. А вот бокал вина, почему бы и нет?

— Насть, ответишь на вопрос?

— Какой?

— Зачем ты пошла в адвокатуру?

— Припоминая тебе твой же ответ, а с чего ты взял, что это твоё дело? — тут же выдала она.

— Ну, как ты сама говорила, любопытство. Марина вон пошла по стопам своего отца. У меня же это… ну, можешь называть это чем-то вроде жизненного призвания. А вот ты… уже куда более интересный вопрос. Уверен, что возможностей у тебя была масса. Любых. И никаких ограничений…