— Что ты…

— Я ещё не до конца разобрался в том, как вы договорились с его отцом после того, как всё вылезло наружу, — продолжил я, наплевав на то, что он собирался сказать. — Но, поверьте, будет у меня достаточное количество времени и я это сделаю. Тем не менее, меня интересует ответ на один вопрос.

— Интересно какой?

— Кто убил Викторию Громову? Я уже понял, что Райновский использовал вашу фирму для того, чтобы иметь возможность проводить через неё первичный цикл по переводу преступных денег и переправлять деньги в фонды отца Артёма, которые и диверсифицировали их, легализуя в дальнейшем доходы от этих средств. И, прежде, чем вы будете все отрицать, да, я знаю, что, как это не удивительно, вы тут почти не причём. Пришлось порыться в архивах, но основу ваших взаимоотношений я раскусил. Вы раскрыли схему Райновского, но не могли ничего с этим сделать, ведь так? Слишком уж сильный бы это был удар по репутации. Вашей и вашей компании. И потому, вы пришли с ним к взаимовыгодному соглашению. Он устраняется из бизнеса и передаёт вам контроль над фирмой, оставаясь в ней номинальным главой дабы не потерять лицо.

— И? — поинтересовался Лазарев. — Что же было дальше?

— Дальше вы подчистили все хвосты вместе с Райновским. Уверен, что вы очень хорошо постарались, чтобы спрятать все концы в воду, но! — я вновь поднял указательный палец. — Оставался один, последний мешающий вам фактор. Виктория и её расследование.

— Да, — спокойно сказал Павел. — Но, я тут не причём…

— А я и не говорил, что вы были заказчиком её убийства, — не стал я спорить. — Это… слишком грязно для того, кто приложил столько усилий в той ситуации, чтобы выйти из неё с чистыми руками. Нет, я уверен, что вы сказали Райновскому что-то вроде: разбирайся сам. И он это сделал.

— И чего же ты хочешь от меня?

— Я уже вам сказал. Я хочу знать, кто именно убил Викторию.

— Зачем тебе это…

— А это вас вообще волновать не должно, — прервал я его вопрос. — Но, я никогда не поверю, что вы не проконтролировали его работу. А, значит, вам было прекрасно известно о том, кто именно это сделал.

Лазарев молчал. Игра жевалками, глядя на меня ненавидящими глазами. А я всё гадал, как он поступит…

Тихо выдохнув, граф не скрывая своего раздражения бросил пистолет на стол.

— Да, — процедил он. — Я знаю, кто это сделал…

— Я хочу знать имя…

— Я не могу рисковать репутацией своей компании…

— Да мне плевать на репутацию вашей компании, — отозвался я. — Я хочу знать это имя. Вы услышали мои условия. Соглашайтесь или возьмите этот пистолет и пристрелите меня. Но, мы оба теперь знаем, что моя смерть станет для вас началом конца. Может быть не сегодня и не завтра. Но, рано или поздно, одному из МОИХ людей может повезти. И, кто тогда знает, кого вы лишитесь. Вы всю свою оставшуюся жизнь будете жить с осознанием, что над вашей головой висит дамоклов меч, готовый вот-вот обрушиться и отрезать вам голову. И вы запомните, что повесил его туда я.

Затем я протянул руку Павлу раскрытой ладонью.

— Ударим по рукам в знак заключения сделки? — предложил я с улыбкой. — Моя спокойная жизнь без вашего вмешательства и нужное мне имя в обмен на спокойное будущее для вас и вашей семьи, ваше сиятельство.

Не скажу, что он отшатнулся, когда увидел протянутую мною руку. Видимо всё-таки внимательно слушал мои слова, когда я говорил о своем даре.

— Откуда мне знать…

— Ни откуда, — усмехнулся я. — Но, тут мы в равных условиях. Вы хотели меня переиграть, такая уж у вас натура. Но, как сказал один мудрец, я переиграл ваше переигрывание.

Он сделал это неохотно. Я видел пожирающее его изнутри сопротивление во взгляде, которым он меня сверлил. И, всё таки…

— Хорошо. Я согласен, — явно через силу произнёс Лазарев и протянув руку пожал мою ладонь.

— Значит, договор заключён, — бросил я безобидную ввиду фразу, но боже… как же его передернуло, когда я её произнёс. — А теперь я хочу знать имя.

И Лазарев его назвал. Без понятия кто это, если честно, но это уже не моя проблема…

Я развернулся, сделал пару шагов в сторону выхода, но резко остановился. Развернулся. Чуть не забыл. Уходить ведь нужно красиво, ведь так?

— Ах, да, чуть не забыл. Ещё кое-что, — я сунул руку во внутренний карман пиджака и двумя пальцами извлёк оттуда конверт.

Белый прямоугольник пролетел жалкие полтора метра, которые отделяли меня от стола и шлёпнулся на столешницу, проскользнув по ней почти до самого края.

— Что это? — спросило Лазарев, бросив взгляд на конверт.

— Моё заявление об увольнении. Прощайте, ваше сиятельство, — произнёс я и вышел из его кабинета…

От автора: есть вероятность того, что 20я глава завтра не выйдет, а будет перенесена на 9е апреля. И не забывайте, что вы лучшая аудитория и писать для вас — удовольствие.

Дверь кабинета Лазарева тихо закрылась за моей спиной. Пока шёл от его стола, почти кажду секунду ожидал услышать щелчок курка.

Потому что вряд ли я услышал бы последовавший за ним выстрел. Есть уже опыт. Ведь в тот раз я его не услышал. Вот и сейчас всё ждал…

Открыл дверь. Прошёл мимо замерших в коридоре охранников и щёлкнул пальцами. В ту же секунду они дёрнулись, словно я отрезал невидимые нити, связывающие их, будто послушных кукол. Заморгали, пытаясь понять, что именно тут происходило, но меня это уже не особо волновало.

Спокойно пройдя по пустому коридору, я подошёл к лифтам. Ткнул пальцем в кнопку вызова и сунул руки в карманы. Кабина подъехала через несколько секунд и приглашающие открыла передо мной свои двери.

Зайдя в кабину, нажал кнопку на панели, и лифт начал опускаться, везя меня к первому этажу. Но туда я доехал не сразу. К моему удивлению, проехав всего пару этажей, кабина вдруг остановилась на шестьдесят четвёртом.

— Вниз едешь? — поинтересовалась Кристина, с улыбкой заходя в лифт.

— Да.

— Ой, как славно. А я тоже хотела вниз прокатиться, представляешь? — она сделала удивленное личико и пальчиком с идеальным маникюром нажала на кнопку первого этажа. — Представляешь, какое удивительное совпадение.

— Да, прямо-таки невероятное, — усмехнулся я.

— Ага, — хмыкнула Кристина, встав рядом со мной. Так близко, что наши плечи почти соприкасались, хотя кабина лифта имела весьма просторные размеры. — Как поговорили?

— Ничего от тебя не скроешь, да?

— Работа такая, — усмехнулась рыжая.

— Работа секретарши? — поинтересовался я, на что она лишь весело фыркнула.

— Фу, какой сексизм, — она скорчила обиженное выражение, но оно не продержалось больше пары секунд под моим ироничным взглядом. — Ладно. Подловил. Так что? Мне стоит вызывать уборщиков, дабы отмывать кабинет на шестьдесят седьмом от остатков его бывшего хозяина?

— А то ты сама не знаешь, — хмыкнул я.

— Знаю, — пожала она плечиками. — Но подумала, что вдруг ты окажешься более кровожадный.

— Нет, Кристина, — вздохнул я, глядя на то, как номера этажей на электронном табло сменяли друг друга. — Я не кровожадный. Скажу лишь, что мы с ним договорились о том, чтобы взаимно не трогать друг друга и не лезть друг другу в жизнь. Мне этого достаточно. О! И ещё кое-что.

— М-м-м?

— Я уволился.

— Даааа? — Кристина повернулась ко мне и сдула упавший на личико рыжий локон. — Поздравляю. Вырвался-таки.

— Ага, что-то вроде того.

Кабина мягко остановилась на первом этаже. Двери начали открываться…

— Саша.

— Чего, Кристин?

— Ответь мне, пожалуйста, на один вопрос…

— Какой? — поинтересовался я у неё, ожидая какого-то подвоха. Если вспомнить, на кого именно она работала и остальное, то…

— Сходим поужинать?

Не удержался и повернулся к ней.

— Чего?

— Ну знаешь. Классика. Ресторан. Хороший вечер. Пара бутылочек вина…

И улыбка такая на губах, ехидная, весёлая…