— Подслушивал? — беззлобно спросил я в ответ, на что он сразу же замотал головой.

— Ни в коем случае, ваше сиятельство! Просто мы порой дежурим у её двери. На всякий случай.

— Понятно. А хороший начальник всегда показывает достойный пример своим подчинённым.

— Что-то вроде того, ваше сиятельство, — осторожно улыбнулся он. — Как она?

— Плохо. Валер, приглядывайте за ней, хорошо?

— Глаз не спустим, ваше сиятельство, — с полной серьезностью в голосе сказал он.

Попрощавшись с ним я направился к лифтам. Настроение теперь стало паршивое. Я бы даже добавил, что оно было вообще отвратительное. Рассчитывал на то, что смогу с ней нормально поговорить, а в итоге натолкнулся на истерику.

С одной стороны — несправедливо так говорить. Елена пережила тяжёлое горе. И видит бог, я хотел ей помочь. Другое дело, что она сама не позволяла мне этого сделать. Это я тоже понимал. Не понимал я другого — причины. То есть, её злость и обиду на Виктора — да. Но откуда в её в самом конце разговора вспыхнула обида уже на меня? Потому, что я заступался за друга в попытке открыть ей глаза?

Нет. Проблема крылась совсем в другом и я осознал это запоздало. С удивлением. Причина крылась в ревности.

Сложно. Слишком сложно. Буду надеяться на то, что она она сама дойдёт до правильных мыслей. Я помогу, если Елена позволит, но подступиться к этому она должна сама. Из-под палки тут ничего не выйдет. А до тех пор Валерий за ней присмотрит.

Спустившись на лифте, как раз дошёл до машины, когда лежащий в кармане пальто телефон зазвонил. Глянул на номер, сел в машину и ответил.

— Да?

— Как настроение?

— Паршивое, — честно признался я.

— М-м-м… надо же, как удачно. Как же хорошо, что я знаю отличный способ тебе его поднять…

— В бордель не поеду, — сразу же сказал я, заводя машину.

— Да бог с ним, — фыркнул в трубку Браницкий. — Я тебе сейчас адрес пришлю. Приезжай.

— Прямо сейчас?

— Нет, давай в следующем месяце… тебе офис на халяву нужен или нет?

— Резонно, — вздохнул я. — Шли адрес. Я скоро буду.

Присланный в сообщении адрес привёл меня обратно в деловой центр столицы. Признаюсь, возвращаясь сюда я даже в каком-то смысле вновь обрёл хорошее состояние духа. Оставил машину на парковке перед зданием — весьма здоровенной высоткой. Поплотнее натянув воротник пальто направился ко входу, стараясь не морщиться от посыпавшихся с неба крупных хлопьев снега.

Браницкий ждал меня за стеклянными дверьми прямо в холле. Стоял у стойки и болтал с двумя девчонками, которые, судя по весёлому хихиканья и смущённым выражениям на мордашках, похоже, получали удовольствие от столь специфического общения. Хотя, почему же «похоже». Совсем себе даже явно, если верить эмоциям обеих.

Заметив меня, Браницкий довольно улыбнулся.

— О, приехал! Ты чего так долго?

— Так центр же, — пожал я плечами. — Пробки.

— Пф-ф-ф, — фыркнул он, после чего повернулся к девушкам. — Дамы, я отойду ненадолго. Никуда не уходите.

Как мило. Как будто они могли куда-то сбежать с рабочего места. Впрочем, Браницкого это явно нисколько не волновало.

— Пошли, — сказал он, кивнув в сторону лифтов.

Мы зашли в кабину и Браницкий ткнул пальцем в одну из кнопок на панели лифта.

— Я надеюсь, что предыдущий владелец хоть жив? — пошутил я, но увидев выражение на лице Константина почти сразу понял, что шутка вышла неудачная.

— С чего ты взял? — усмехнулся он.

— Пожалуйста, скажи, что ты никого не грохнул, для того, чтобы выплатить мне долг…

— А, что? Тогда откажешься?

— Не хочу, чтобы меня потом злой и мстительный дух донимал, — отозвался я. — А то ещё не дай бог решит, что мы с тобой друзья…

— Подожди-подожди, а мы, что? Нет? Боже, Александр, ты разбиваешь мне сердце?

— Ничего страшного. Регенерируешь.

— Тц-ц-ц… обязательно напоминать было?

— Слушай, давай серьёзно, а? У меня и так день тяжёлый был.

— Да успокойся ты. Не убивал я никого. Живой он. Просто отъехал не так давно в места не столь отдалённые.

В этот момент лифт остановился на нужном этаже. Двери открылись и мы вышли в просторный холл.

Чем-то это место напоминало мне шестьдесят седьмой этаж в фирме Лазарева. Богатое, но строгое убранство. Пол из полированной каменной плитки на полу. Широкая стойка на выходе из холла. На стойке явно не так давно висело название фирмы, да только кто-то его оттуда снял. Вообще место выглядело так, словно тут команда уборщиков прошлась, убрав все следы некогда пребывания здесь людей. Только сами помещения не трогали.

— Посадили?

— Ага. Очень надолго, — кивнул мне Браницкий. — Это место раньше принадлежало финансовому фонду, но его владелец оказался не самого умного десятка. Крутил средства вкладчиков и докрутился до частичного присвоения средств. Ничего, посидит теперь и подумает о своём поведении. Лет двадцать.

— И как ты это место нашёл?

— У меня есть пара знакомых, — уклончиво ответил он. — Это место должны были продать на аукционе, а прибыль отправить в пользу государства для покрытия долгов перед вкладчиками…

— То есть я получаю офис за счёт обманутых людей?

— Да успокойся ты. Вот чего начинаешь, а? Нормально же говорили. Нет там больше обманутых. Всем всё выплатили через конфискованные средства этого обормота и продажу принадлежащих ему объектов недвижимости. Так что насчёт этого можешь не париться. Я просто попросил, чтобы аукцион провели пораньше. А поскольку я был единственным покупателем…

Браницкий бросил на меня взгляд и скорчил виноватое выражение на лице. Правда, с его мордой поверить в раскаяние становилось почти непосильной задачей. Ясно, что раз уж он был единственным покупателем, то и оспаривать предложенную им цену было бы некому.

Проблема в том, что потом могли возникнуть неудобные вопросы. И, судя по всему, Константин понял, в каком направлении пошли мои мысли.

— Ты не переживай. Если что, то докопаются до меня. Да и заплатил я за это место почти полную кадастровую стоимость. Копейки, по сути.

— Угу, копейки, — фыркнул я, глядя на открывающийся через окна вид.

— В общем, если тебя устраивает, то документы у меня с собой. Просмотришь их, и завтра подпишем. Но! Смотри сюда!

Константин подвёл меня к широким окнам, и практически сразу же я понял, что именно он имеет в виду. Случайно или нет, но так уж получилось, что здание, в котором мы находились, располагалось аккурат напротив расположившейся в паре кварталов высотки Лазарева. Да, между нами были ещё несколько зданий, но просвет между ними давал мне возможность хорошенько рассмотреть предыдущее место работы.

— А знаешь, что самое главное? — заговорщицким тоном спросил он.

— Знаю, — таким же голосом ответил я ему. — Мы на шестьдесят восьмом этаже.

— В точку, Александр. Теперь ты стоишь выше.

— … и после этого он просто ушёл, и всё, понимаешь, вообще ничего не сказав, а я осталась одна и…

— Так! Стоп! — резко перебил её голос из телефона. — Стой, Лен, успокойся, пожалуйста. Я не могу воспринимать твои триста слов в секунду!

— Ева…

— Ещё раз, — с нажимом произнесла подруга. — Лена, пожалуйста, давай с самого начала и помедленнее. Что у вас с ним случилось⁈

Елена сделала глубокий вдох и упала на спинку дивана.

— Ты сказала, что он к тебе приехал, так? — спросила Ева, когда пауза затянулась.

— Да, — недовольно буркнула Распутина. — Приехал.

— А ты что? Дальше что было-то?

— А что я? Я его позвала на твой концерт и…

— Да плевать мне на этот концерт, Лен! — не выдержала Ева. — Я не об этом тебя спросила! Объясни мне нормально, почему вы поссорились!

— Потому что он дурак! — с неожиданной резкостью для себя самой выпалила Елена. — Я рассказала ему, как мне трудно, а он…

— А он что?

Прозвучавшая в голосе лучшей подруги неожиданная прохлада выбила Распутину из колеи.