Все услышанное множило загадки в моей голове.

— Хорошо. — произнес я, собираясь с мыслями. — Тогда ответьте мне на вопрос. Почему Системные Творцы запрещены на территории Империи? Что вы такого натворили?

Элронд тяжело вздохнул. В глубине его бархатных глаз вспыхнула тень древней, незаживающей боли.

— Все дело в наших предшественниках, Макс. В первых Системных Творцах. Наш класс… он действительно открывает поистине безграничные возможности для созидания.

При слове «созидание» я невольно напрягся. Это мой собственный, скрытый от посторонних глаз Путь. Я заставил себя оставаться неподвижным, не выдавая своих чувств, впитывая каждое его слово.

— Но такая сила, — продолжил Элронд, — требует высочайшей ответственности. Они же пренебрегли ею. Возомнили себя богами и попытались подчинить мир своим амбициям, перекроить его под себя.

Он помолчал, давая мне осознать масштаб.

— Миру это, разумеется, не понравилось. Все народы, забыв распри, объединились против них. Началась война… по сравнению с которой нынешние стычки с Лесом — детская забава. Системные Творцы проиграли. Но цена… была ужасающей. С обеих сторон. Целые страны и цивилизации стерты с лица планеты. И теперь, — его голос стал горьким, — все носители нашего класса расплачиваются за грехи предшественников.

Картина вырисовывалась мрачная, но в ней оставалась загадка.

— Я понимаю. — сказал я. — Но при чем тут обычные Творцы? Орн, например. Он и десятой доли нашей силы не имеет. Почему за ними тоже охотятся?

На этот раз ответила Ксела. Ее губы искривились в презрительной усмешке.

— Потому что глупые, трусливые людишки, — выплеснула она с откровенной ненавистью, — так испугались мощи наших предков, что теперь боятся любого, кто способен создать нечто большее, чем табуретка! Им нет разницы между нами, «Системными», и простыми мастерами! Они уничтожают лучших ремесленников просто по подозрению! Слепые, тупые скоты!

Так вот оно что. Обычные Творцы страдали напрасно, жертвы страха и паранойи Империи. Горькая ирония судьбы.

В зале повисла тягостная пауза, которую нарушил Лериан, переведя разговор.

— Знаешь, Макс, — начал он с привычной насмешкой и любопытством в голосе, — тебе дважды невероятно повезло. Или наоборот. Я заметил у тебя Путь Закаленного Тела. Путь, который… — он с легкой досадой развел руками, — нам, Системным Творцам, недоступен, из-за чего наша плоть слишком хрупка. Это одно из наших главных разочарований и уязвимостей. Мы, разумеется, пытаемся компенсировать данный недостаток артефактами, имплантами, но… — он отмахнулся, — это все не то. Зато нам дано главное достояние — возможность творить.

Он пристально посмотрел на меня, его взгляд стал пронзительным, почти физически ощутимым.

— Но вернемся к тебе… Где твой Путь Созидания?

Я обомлел. Неужели у всех Системных Творцов был Путь Созидания? Значит, моя осторожность, старательное сокрытие этого факта было не просто излишним, а наоборот, вызывали ненужные подозрения? Лериан произнес это так буднично, словно спрашивал о погоде.

Если это так, то Вальтер не мог не знать. Холод пробежал по моему позвоночнику. Неужели дядя с самого начала все знал и нарочно подставил меня, сыграв на моём незнании? В это было так же трудно поверить, как и в его недавнее предательство. Образ сурового, но честного солдата, который начал вырисовываться в моём сознании, трещал по швам, обнажая какую-то сложную, тёмную игру.

В любом случае, прошлое не изменить. Сейчас нужно было думать, что сказать троим могущественным Творцам, чьи взгляды буквально впивались в меня, ожидая ответа. Их лица были каменными масками, но воздух дрожал от напряжённого любопытства. Чем могло быть плохо наличие у меня нескольких Путей? Чёрт его знает… Возможно, это делало меня аномалией, неудобной для их устоявшейся картины мира. Или, что хуже, ценной диковиной, над которой можно будет проводить эксперименты.

Однако инстинкт, отточенный месяцами выживания, подсказывал: дальнейшее затягивание игры в кошки-мышки было нецелесообразно. По крайней мере, сейчас. Они превосходили меня в знаниях и силе куда больше, чем я мог предположить. Разумнее было бы проявить максимальную открытость, пока я не совершил непоправимое.

Я медленно выдохнул, смирившись со своим решением, и встретился взглядом с Лерианом.

— Он скрыт. — сказал я, и мой голос прозвучал на удивление ровно.

В зале повисла тишина, густая и тягучая, как смола. Элронд, не сводя с меня пронзительного взгляда, слегка наклонил голову. Ксела замерла, её мраморные черты на мгновение исказила тень живого, ненасытного интереса. Лериан же просто улыбнулся, словно получил ожидаемое подтверждение.

Я понимал: признавшись в одном, придётся раскрыть всё. Полуправда сейчас была бы хуже откровенной лжи.

— И не только он. — добавил я, чувствуя, как ускоряется сердцебиение. «Абсолютное Тело» тут же отреагировало, мягко погасив всплеск адреналина и вернув мне ледяное спокойствие.

Элронд поднял бровь.

— Уточни, Макс. Какие именно Пути ты носишь в себе?

— Путь Закалённого Тела, — начал я, загибая пальцы. — Путь Созидания и Путь Целителя.

Элронд медленно кивнул, его проницательный взгляд, казалось, взвешивал каждую мою частицу.

— И все они скрыты от постороннего взгляда. — произнёс он, словно пробуя слова на вкус. — Умение «Сокрытие Путей». Но его стоимость — десять тысяч очков Инициации…

Он сделал паузу, и его взгляд стал тяжёлым, невероятно сосредоточенным.

— Значит, во время своего испытания ты набрал как минимум этот порог. Возможно… значительно больше.

Я молчал, не подтверждая и не опровергая его слова.

Элронд откинулся на спинку кресла. На его древнем лице мелькнуло что-то неуловимое — смесь шока, восхищения и тревоги.

— Невероятно… — прошептал он, и в его бархатном голосе впервые прозвучали нотки, далекие от привычной холодной рассудительности. — Это меняет… многое.

Затем он выпрямился, и взгляд его вновь стал жестким и практичным, как у полководца, отдающего приказ.

— Слушай мой совет, Макс. Пока ты в стенах Пристанища, нет смысла скрывать свои Пути. Напротив, их открытость поможет нам в совместной работе и позволит другим оценить весь масштаб твоего потенциала. Однако, — он поднял палец, предвосхищая возможные возражения, — как только ты покинешь эти стены, оставляй видимым лишь Путь Созидания. Знание о том, что ты обладаешь мощью Закалённого Тела и редким даром Целителя… Это может быть слишком даже для Первого Игрока.

Я понимал его логику. Доверие должно быть взаимным. Сделав глубокий вдох, я сосредоточился, мысленно нашёл в системном интерфейсе умений «Сокрытие Путей» и выключил его. Теперь любой желающий, активировав «Зрение Путей», мог увидеть все три моих Пути, парящих над головой.

Сидевшие за столом замолчали, погрузившись в свои мысли. Воздух в зале снова сгустился, став ощутимо тяжелым. Казалось, мои слова повисли в пространстве, и каждый из троицы перебирал их, словно редкие драгоценные камни, оценивая подлинность и истинную ценность.

Первой тишину нарушила Ксела. Её взгляд, не фокусируясь ни на ком конкретно, блуждал где-то в пустоте.

— Неужели… это не старые сказки? — прошептала она. В её голосе звучало не столько недоверие, сколько странное, почти болезненное волнение.

Элронд и Лериан одновременно повернули к ней головы. Взор главы Пристанища был строгим и предостерегающим, а в глазах Лериана мелькнуло явное раздражение. Но слово было сказано, и назад его уже не вернуть.

Лериан вздохнул и повернулся ко мне. По моей реакции он понял, что я задаю немой вопрос, и кивнул, словно отвечая.

— В нашем архиве, Макс, сохранились… определённые манускрипты. Очень древние. Легенды, если угодно. — он помедлил, подбирая слова. — Мы все относимся… относились к ним как к сказкам. Мифам о золотом веке. В них говорится о воинах невероятной силы, живших в эпоху до Великой Расколотой Ночи. Они якобы обладали не одним Путем, а несколькими, и их мощь была… безграничной. Именно благодаря им была одержана победа над первыми Системными Творцами.