— Как скажешь, — максимально миролюбиво сказал я ей, попутно начав собирать со стола документы. — Давай просто займёмся этим делом. Тем более, что у нас следующая встреча вскоре и надо подготовиться. Мы тут работу работаем, а не за оценки соревнуемся.

У меня за спиной послышалось то, что при желании вполне можно было расценить как весьма ехидный смешок.

— Конечно, не соревнуемся. Удобная позиция, особенно если вспомнить, что ты их раньше и не получал никогда.

Услышав это, я повернулся к ней.

— Что, прости?

Что любопытно, Настя стояла у окна со странным выражением, будто сама только что поняла, что ляпнула глупость.

— Ничего, просто забудь, — отмахнулась она.

— Нет уж, — начал я злиться. — Давай, договаривай, что ты там собиралась сказать? В очередной раз заведёшь свою глупую песенку о том, что у меня корочки нет? Ну, если ты не заметила, то она мне не особенно-то и нужна.

— Слушай, Саша, я…

— Что, Настя? — перебил я её. — Давай, расскажи мне. Заодно, может быть, объяснишь, какого чёрта ты начала язвить во время разговора с клиентами? Или, может быть, я даже не знаю, расскажешь, что с тобой происходит в последнее дни? Ходишь злая. Постоянно к словам цепляешься. Что с тобой про…

— Это не твоё дело, понятно? — взбрыкнула она. — Какое тебе дело до того, что со мной происходит⁈

— Такое, что мы работаем вместе! — попытался я осадить её, но не тут-то было. Видимо, у неё то ли давно наболело, то ли ещё что, но она решила показать зубки.

Она посмотрела на меня, и на её лице появилось удивлённое выражение.

— Работаем? Вместе? Прости, я, часом, не ослышалась?

— Да, Настя, — терпеливо повторил я. — Работаем.

— Да что-то непохоже, — тут же скривила она свою мордашку. — По-моему, это я тут работаю, пока ты занимаешься чёрт знает чем!

— Вот сейчас не понял.

— Да всё ты прекрасно понял. Настя, подготовь ходатайства! Настя, сделай прошение! Настя, подготовь встречи с клиентами! Настя, сделай то, Настя, сделай это. Достало! Я постоянно вожусь с бумагами, пока ты каждый раз шляешься чёрт-те где! Тебя вообще порой вызвонить невозможно! А мне приходится отдуваться одной за большую часть бумажной работы…

Чё это с ней?

— … А я, между прочим, ничем не хуже тебя! — между тем продолжила она. — Что смотришь? Да, я это сказала!

— Насть, я никогда и не говорил, что ты хуже меня или что-то в этом роде.

— ДА ЧТО ТЫ? — Она ткнула рукой в лежащие на столе бумаги. — Что ты сказал? Напомнить? «Я что-нибудь придумаю». Не МЫ. Я! Ты даже не берёшь меня в расчёт! Достало!

Так, этот идиотский диалог явно зашёл куда-то не туда. Нужно было его решать, но она так взвинчена, что даже слушать меня не будет. Вон, её эмоции скачут, как мячик на теннисном корте.

— Насть, чего ты хочешь? — стараясь говорить как можно более спокойным тоном, спросил я её.

— Я хочу, чтобы ты признал меня как равную! — выдохнула она, глядя на меня так, будто я был чуть ли не врагом народа.

— Так я тебя и так признаю, — вздохнул я, подавив настойчивое желание просто развернуться и уйти. — С чего ты взяла, что я к тебе как-то иначе отношусь?

— Да с того! — Настя раскраснелась и облизнула кончиком языка приоткрытые губы. Глаза горят, а грудь ходит под блузкой в такт разгорячённому дыханию. — Посмотри на себя. Когда мы занимались прошлым делом, то у тебя на уме был один только Лаврентьев! Всё, о чём ты думал, — это как обойти его!

— Насть, это чушь…

— Да даже этот говнюк Калинский, грёбаный урод, но ты считал его за соперника. А я у тебя как какая-то обезьянка, которая только бумажной работой занимается! Принеси, подай, уйди и не мешай…

Так, похоже, что у неё всё-таки накипело.

— Настя… повторяю, ты несешь полную чушь. — Я слегка повысил голос, отчаянно борясь с желанием уйти и дождаться, когда эта женская истерика закончится. В таком состоянии женщины никакие аргументы не воспринимают.

— Нет! — выдохнула она, и в этот раз её чувства нахлынули на меня потоком. — Знаешь что? Я передумала! Я всё-таки хочу свой реванш!

Хотелось просто сделать вид, что я сейчас этого не слышал. Классический приём — если не обращать внимания на проблему, то её как бы и нет.

К сожалению, что-то подсказывало, что сейчас этот волшебный способ не сработает. Даже в этом полном магии мире.

— Насть, кажется, мы с тобой этот этап уже прошли, — напомнил я ей. — Или ты забыла о том, какой скандал устроила в ресторане в тот раз? Того позора тебе мало было?

Услышав это, она смутилась. Я даже на секунду подумал, что она сейчас возьмётся за ум.

Но недолго радовался. Не взялась.

— О-о-о-о, — протянула она, скрестив руки на груди. — Я прекрасно всё помню. Да только тут ты не прав. Меня достало, что всё последнее время ты меня вообще ни во что не ставишь. Ты даже слова мои мимо ушей пропускаешь, если только я не говорю тебе то, что нужно для работы…

— И что? — больше устало, нежели раздражённо спросил я её. — К чему всё это?

— К чему⁈ Ну-ка, напомни мне, куда мы собирались пойти, чтобы отпраздновать окончание дела Котовой…

Я посмотрел на неё, как на умалишенную.

— Ты сейчас дурочку строишь или как? Ты забыла, что случилось? Или считаешь, что надо было идти и веселиться, когда нас буквально убрали с дела? Не находишь, что повод, мягко говоря, не особо подходящий?

— Нет, в отличие от тебя, я всё помню, — моментально съязвила она. — Мы собирались пойти в ресторан. Или ты и это забыл? Я даже место выбрала. И тебе сказала…

— Да не говорила ты…

— Дважды! — перебила она меня. — Я тебе дважды называла его и спрашивала твоё мнение. Ты даже не слушал!

— Насть, это бред…

— Открой телефон! — Она даже пальцем в меня ткнула. — Прямо сейчас! Возьми его и прочитай мои сообщения!

Подавив настойчивое желание закатить глаза, я достал мобильник. Начал листать сообщения от Насти и… о как. И правда. Прислала мне название ресторана и спросила, когда мы пойдём.

А я даже не ответил на него. Если честно, то я даже не помню, чтобы его получал.

— Ты даже не помнишь, что получал его, — буквально прочитала она мои мысли. — Тебе вообще плевать на большую часть того, что я тебе говорила.

И, прежде чем я успел сказать хоть слово, тут же продолжила:

— С меня хватит. Достало, что ты видишь во мне какую-то… секретаршу, — с отвращением выплюнула она. — Я. Ничем. Не хуже. Тебя. И хочу, чтобы ты воспринимал меня. Воспринимал как равную!

Выражение её лица сменилось. Нет, злость из её глаз не пропала. Скорее, изменилась. К ней добавилась какая-то бешеная уверенность вкупе со стальной решимостью.

Только я всё равно не мог до конца понять эти эмоции. Ладно раньше. Там было проще. Анастасия во что бы то ни стало хотела доказать, что она лучше меня. Статус, положение и вот это вот всё. Я это понимал и принимал. Окей. Без проблем. Но сейчас…

Что с ней происходило? Желание выиграть ради того, чтобы потешить свое самолюбие, действительно сменилось… жаждой признания? Точно нет. Дело не в этом.

В любом случае ей ничего сейчас не растолкуешь. Не докажешь. Не объяснишь. Она на взводе. Возбуждена так, что ещё чуть-чуть — и вокруг неё начнут искры скакать. И, если честно, в сложившейся ситуации я видел лишь один способ.

Нет. Не решить проблему. Какой-то разговор тут бесполезен. Для диалога нужно, чтобы в нём участвовали двое.

Повернувшись к столу, я взял свой портфель и открыл его. Недолго порывшись внутри, достал оттуда папку со вторым делом.

— Значит, хочешь реванш? — уточнил я на всякий случай в надежде, что она передумает и откажется.

Думаю, что говорить о том, что надежды эти оказались беспочвенны, было излишне.

— Да! — отчеканила она голосом, который по своей твёрдости мог соперничать с закалённой сталью. — Хочу.

— Хорошо, — кивнул я и кинул ей папку в руки. — Вот он, твой реванш. Держи.