— А вот это интересно, — протянул стоящий за моей спиной альф. — Знаешь, а ты любопытный парень…

Я несколько раз моргнул, убеждая себя в том, что мне это не привиделось. Или нет? Может, ошибся? Хотел было спросить насчёт случившегося, но когда повернулся, то альфа рядом уже не было. Зато заметил идущего в мою сторону Лазарева в компании высокой фигуристой брюнетки.

— Надеюсь, ты ещё ничего не успел сломать? — наполовину пошутил Лазарев.

— Очень смешно, — скорчил я «весёлое» лицо. — Слушай, меня либо глючит, либо я только что говорил с альфом. Да только вот…

— Дайте угадаю, — с весельем в голосе спросила брюнетка. — В халате, тапочках и футболке «Гигаволка»?

— Гига чего?

— Да какая-то новая рок-группа. Лар в последнее время подсел на их музыку, — весело хмыкнула брюнетка и добавила. — Он исчез, да?

— Видимо, такое тут часто происходит, — сделал резонный вывод, чем заработал ещё одну тёплую улыбку от, видимо, нашей будущей клиентки.

— Достопочтенный Ларфорриал часто так делает, — пояснила она. — Не любит тратить время на ходьбу, так что просто перемещается с одного места на другое. Говорит, что так меньше времени впустую уходит.

— Слушайте, а откуда он тут вообще? Я думал, что эти ребята живут в своих анклавах и ушей оттуда не показывают.

— Александр, мы тут не для твоих вопросов, — попытался осадить меня Лазарев, но брюнетка тут же вмешалась.

— Всё в порядке, Рома. Да, в основном это так, — менторским тоном произнесла она. — Но порой молодые альфы выходит в большой мир. В последнее время всё чаще. Видимо, десятилетия жизни в закрытых общинах им наскучивают.

— Десятилетия? — не скрывая скепсиса, поинтересовался я, припомнив, что этот альф выглядел, как парень лет двадцати

— Достопочтенному Ларфорриалу всего чуть меньше трёх сотен лет, — пожала она плечами. — По их меркам это всё равно что подросток.

Мда-а-а. Чтоб я так жил, как говорится.

— Если ты закончил с глупыми вопросами, то, может, займемся делом? — немного раздражённо поинтересовался Лазарев, очевидно, недовольный тем, что мы время на всякие глупости тратим. — Изабелла, есть ли у тебя…

— О да, — мгновенно поняла она его. — Здесь есть хороший ресторан с отдельными кабинетами. Там мы сможем поговорить. Обычно я предлагаю пообщаться в моём кабинете, но, боюсь, в данный момент это не лучшая идея.

Так мы и поступили и спустя двадцать минут сидели в дорого обставленном отдельном кабинете ресторана.

Итак. Изабелла Димитрова. До брака носила фамилию Калинина. Двадцать восемь лет. Простолюдинка и к аристократии до недавнего замужества отношения не имела. В целом, если не брать в расчёт её внешность, которая, к слову, была просто восхитительной, девушка она интересная. Досрочно окончила Имперский университет по специальности магическая артефакторика и альфарская история. Блин. Слушая её рассказ о себе и попутно читая переданную мне Лазаревым папку, я едва сдерживался, чтобы не присвистнуть. Всего двадцать восемь лет! А она не только закончила престижнейший университет в Империи по этим направлениям, так еще и написала и защитила по меньшей мере четыре диссертации.

Короче, девчонка-бриллиант. Гений. Понятно, почему её взяли сюда на работу. Таких специалистов ещё поискать надо, и их с руками отрывают.

Именно на одном из аукционов, устроенных княжеской четой Филатовых, Изабелла и познакомилась со своим будущим мужем — бароном Анатолием Димитровым. Только вот «счастливый брак» продлился недолго. Всего восемь месяцев прошло до момента, как утром Анатолия нашли мёртвым в его же собственном кабинете.

— Не знаю, что ещё могу вам рассказать, — произнесла Изабелла, глядя на стол перед собой. — Я нашла мужа в его же кабинете утром. Вечером он был там. Говорил, что хочет поработать подольше. Анатолий часто так делал. Засиживался за рабочим столом с вечера и до поздней ночи. Я принесла ему вина. Мы немного поговорили, и я ушла.

Эх, вот что хорошо — так это то, что она не аристократка. Ну или не потомственная. Не знаю. До сих пор не смог разобраться, как именно это работает. Главное, что я мог спокойно читать её эмоции. И сейчас чувствовалось, что она говорит искренне.

Вообще, каждое её слово о муже отдавало тоской и любовью. Такой очень глубокой привязанностью, какая только может возникнуть между мужчиной и женщиной, решившими связать свои судьбы узами брака.

Тем не менее я хотел знать больше. Я всегда хочу знать больше.

— Здесь сказано, что причина смерти — сердечный приступ, — указал на бумаги. — Были ли какие-нибудь…

Изабелла замотала головой.

— Нет-нет, что вы! Какой приступ⁈ Ему было всего тридцать шесть и железное здоровье.

— Но медицинское заключение…

— Саша, давай чуть позже, — перебил меня Лазарев. — Изабелла, ты сказала, что его сестра обвинила тебя в его смерти.

— Да, — кивнула она.

— Почему?

— Если бы я знала, Рома. У нас с ней никогда… наши с ней отношения нельзя назвать тёплыми. Даже дружескими. Но мы не были врагами. Я не знаю, с чего она могла так подумать…

Опаньки. Я даже вскинулся, едва только услышал её ответ. И нет, дело не в нём, а в том, что я почувствовал.

— Вы врёте, — уверенно сказал я, глядя ей в глаза.

— Саша! — уже резче попробовал одернуть меня Лазарев. — Изабелла не станет врать. Ей нет смысла…

— Слушай, я понятия не имею, какие у вас с ней отношения, — перебил его, — но сейчас она соврала. Изабелла, в чём причина?

Да, жёстко. Но, как я уже сказал Лазареву, защищать убийцу я не стану. И лучше прояснить все скользкие моменты именно сейчас, чем потом очертя голову пытаться вылезти из этого дьявольского котла.

— Мы поругались, — наконец произнесла девушка. — С Анатолием, я имею в виду. И Елизавета об этом узнала.

— Что? Ты не говорила этого. — Кажется, Лазарев был удивлён. — В каком смысле поругались? Из-за чего именно?

Изабелла замялась. Мне даже читать её эмоции не надо было, чтобы понять. Вспоминать это ей тяжело и больно. И так по глазам всё видно.

— Я предлагала продать несколько артефактов из его коллекции, — наконец произнесла она, а затем продолжила, но уже куда тише: — У нас были долги. Крупные.

Быстрый взгляд на Лазарева. Тот лишь пожал плечами. Видимо, он и об этом ничего не знал.

— Что за долги? — спросил он.

— Карточные, — тяжело произнесла Изабелла, обхватив пальцами чашку с кофе. — Его отец… в общем, он был очень и очень азартным человеком. И очень много играл. Я сама об этом узнала уже после свадьбы. Анатолий… то есть его род должен были деньги. Довольно много денег.

— Сколько? — требовательно спросил Лазарев.

— Восемнадцать с половиной миллионов.

Я едва собственным чаем не поперхнулся. Это каким надо быть идиотом, чтобы проиграть такие деньги⁈

— И когда отец умер, то вместе с титулом все долги перешли Анатолию, так? — спросил Роман, и Изабелла кивнула.

— Верно.

— И? Кому именно вы были должны?

Ответила она не сразу. Прошло почти пятнадцать или двадцать секунд, прежде чем Изабелла наконец назвала имя.

— Графу Браницкому.

Лазарев тихо выругался. Я же недоумевающе посмотрел на него.

— В чём дело?

— Браницкий… тот ещё фрукт, — отделался он коротким ответом и скривился. — Этот умеет стребовать то, что сочтёт своим.

— Всё настолько плохо?

— Даже хуже, — вздохнул Лазарев и посмотрел на Изабеллу. — Ты говорила, что вы с Анатолием поругались. В чём именно была причина ссоры?

— Браницкий предлагал в качестве оплаты долга продать ему часть коллекции артефактов, которая была у Анатолия и его семьи. Сказал, что готов закрыть долг и даже доплатить сверху, если мы согласимся.

— Но Анатолий был против, так? — спросил Лазарев, и Изабелла кивнула.

— Да. Говорил, что это наследие его семьи. И отказывался. Я же пыталась убедить его, что это шанс покончить с долгами и наконец жить спокойно. Мы с ним оба были упертые. Слово за слово, и вот мы уже стоим в его кабинете и ругаемся. Один из слуг, наверно, слышал нас и рассказал всё его сестре.