Может оно и к лучшему. Если бы после сегодняшнего дня мне пришлось бы ещё и в своём кабинете убираться, я вообще бы кого-нибудь уволил… ладно, не уволил бы. Я же не зверь какой. Но наорал бы точно.

— И у вас больше нет никакой работы? — поинтересовался я, глядя на них. — Где Ростислав?

— У себя, — подала голос Алиса. — Работает.

— Ну так, может быть и вам стоит заняться тем же самым? — намекнул, проходя мимо них. — Идите и работайте. Все, кроме вас двоих.

Последнее уже предназначалось Вадиму с Алисой.

— Они отказали, да? — спросила Никонова, когда дверь в кабинет закрылась.

— Да, Алиса, — отозвался я, повесив своё пальто на вешалку в углу кабинета. — Они отказались…

— Но почему? — с искренним недоумением спросил Вадим. — Мы же предложили им царские условия!

— Думаешь, что я сам этого не знаю? — устало поинтересовался я в ответ и сел в своё кресло. — Они не назвали причины. Да и не должны были по большому счёту. Всё, что я могу сказать — они пришли к нему только сегодня.

— А откуда вы… — начала было Алиса, но я сразу же понял, что именно она имеет в виду.

— Оттуда, что тогда бы они сказали нам это ещё вчера, когда подтверждали готовность на встречу.

Не говорить же ей, что эмоции представителя «КодСтроя», с которым я встречался, были пропитаны неловкостью и чувством вины за происходящее. Потому что Вадим прав. Условия, на которых мы готовы были представлять их юридические интересы, действительно можно было назвать царскими. То есть ему действительно было неудобно из-за того, что они нам отказывали. Скорее всего, он понятия не имел, почему именно. Просто его выбрали для того, чтобы передать мне эти известия.

— Это ещё не все плохие новости, — произнёс я.

Если честно, то я не планировал этого говорить, так как предполагаемый контракт закрыл бы наши потребности. Но раз уж ситуация повернулась таким образом, то…

— Куда уж хуже, — простонала Никонова.

— Есть куда. Я вчера встречался с Венедиктом. В следующем месяце будут пересмотрены тарифы на обслуживание и прочее. Будет встреча с собственниками.

Оба моих учредителя переглянулись между собой.

— И на сколько их пересмотрят? — осторожно полюбопытствовал Вадим, хотя уже по его эмоциям я чувствовал, что он готовиться к плохому ответу.

— На тридцать процентов, — повторил я ответ Венедикта.

М-да. Их бы лица, да в палату мер и весов напротив определения слова «уныние» поставить.

Опять же, их можно легко понять. Я уже ознакомился со списком компаний, которые имели в этой высотке свои офисы. Не нужно быть гением, чтобы понять, что место здесь себе могли позволить лишь хорошо обеспеченные люди. И мы, пролезшие сюда, как сказал бы Браницкий, с чёрного хода.

Проблема заключалась только в том, что если для крупных игроков эти повышения ежемесячных тарифов какой-то большой погоды не сделают. Да, большой радости им это не доставит, но максимум, но они это переживут. А вот мелких, вроде нас, они могут закопать. Весь цимес ситуации заключался в том, что кроме нас мелких игроков тут и не имелось. Большая часть площади в здании находилась в собственности владельца здания и сдавалась в аренду.

И именно то самое право собственности на офис, которое имелось у меня на руках, и превращалось в тяжёлую гирю на наших ногах. Потому что арендаторы, как раз таки, не являются членами собрания собственников и не платят эти взносы напрямую. В отличие от, например, меня, они возмещают эти расходы в рамках арендного договора и, как правило, как раз таки для них эти суммы ниже, чем для непосредственных владельцев. Просто потому, что арендатор для тех, кто управлял зданием, будет куда выгоднее в долгосрочной перспективе, чем прямой собственник.

В общем — засада.

— Ладно, идите работайте, — вздохнул я и указал им на выход. — Будем искать новых клиентов.

Алиса с Вадимом переглянулись, но ничего говорить не стали. Покинули мой кабинет, оставив меня в одиночестве, и слава богу. Хотелось посидеть в тишине, да подумать.

И имелось над чем. В этом месяце мы неплохо заработали — это факт. Дело с проклятыми фильтрами и Сафроновым принесло нам сто пятьдесят тысяч рублей. Эти деньги, плюс имеющиеся у нас финансы пойдут на оплату всего, что только можно, начиная от платы за коммунальные услуги здания и заканчивая зарплатами нашим немногочисленным сотрудникам.

Допустим, я могу сократить себе зарплату. В целом, могу сократить её практически до нуля, если уж на то пошло. Денег, которые мне передавала кофейня, вполне хватало на еду и бензин. Ну и на мелкие расходы.

Проблема заключалась только в том, что я это и так сделал. Ещё с самого первого дня, отказавшись от денег, чтобы всё уходило на нужды фирмы. Где ещё мы можем сэкономить? Нужно будет попросить Ростислава пройтись по нашим документам. Если ужмёмся, то сможем продержаться подольше, не влезая в банковские долги и…

Тихий стук по стеклянной двери моего кабинета отвлёк меня от мыслей. Подняв голову, я заметил стоящую за стеклом Алису и махнул ей рукой.

— Да?

— Ваше сиятельство, к вам посетитель, — сообщила она. — Хочет поговорить.

Я сначала нахмурился — с чего это вдруг Никонова мне об это сообщает? А потом вспомнил, что у нас на проходной пустота.

— Кто?

— Он не назвался. Сказал лишь, что вы его знаете. Он сейчас ждёт в холле.

Заинтригованный, я встал с кресла и вышел из кабинета. Путь до нужного места занял у меня немного. Какие-то тридцать секунд. Но стоящего у пустой стойки мужчину я узнал сразу же, как только увидел его ещё идя по коридору.

— Алиса, оставь нас, пожалуйста, — попросил ещё идя по коридору, и Никонова кивнула, развернулась и пошла в обратном направлении, хотя я и ощущал её интерес к происходящему.

Подошёл к нему.

— Какие люди, — произнёс я. — Чего тебе нужно?

— Поговорить, — произнёс Калинский. — Найдётся время?

— Как я посмотрю, дела у тебя идут неважно, да?

— И с чего ты сделал такой вывод? — ровным тоном поинтересовался я, входя в свой кабинет.

Это было… неожиданно, мягко говоря. Признаюсь, в какой-то момент, когда я увидел Калинского, стоящего в холле моего офиса, то первая же мысль, которая пришла мне в голову, была — вот оно! Мы с ним давно… ну, не враждовали, но конфликты у нас имелись. Чем не тайный злопыхатель? Со Льва станется нагадить мне под дверь. Уверен, что его даже упрашивать бы не пришлось.

Впрочем, эту мысль я выкинул практически сразу же. Как бы ни настойчива была моя паранойя и желание найти виноватого, но я ведь не идиот. Откуда у Калинского могут быть ресурсы на то, чтобы устроить мне все эти проблемы? Правильно. У него их не было.

Но была и иная причина, которая поспособствовала тому, чтобы я отбросил в сторону подобные мысли. Его эмоции никак не подходили человеку, который пришёл бы позлорадствовать. Абсолютно не подходили.

— Ну, я не буду говорить о том, что твой офис выглядит мёртвым, — раздался голос позади меня. — Или о том, что у тебя стойка в холле пустует. Имелась возможность посмотреть, знаешь ли, пока мы сюда шли.

Это сейчас что? В его голосе прозвучало огорчение или мне показалось?

— Меньше народу — больше кислороду.

— Ну да. Конечно же. Рассказывай эти сказки кому-нибудь другому, Рахманов.

Я лишь хмыкнул себе под нос и, обойдя стол, сел в кресло, после чего указал Калинскому на кресло перед собой.

— Ну, присаживайся, раз пришёл. Не гнать же тебя в шею сразу с порога, так хоть послушаю.

Он хмуро посмотрел на кресло, после чего перевёл взгляд на меня. Хотел что-то сказать, но передумал и даже рта не раскрыл. Вместо этого сел в кресло.

Любопытно. Что-то я не припомню, чтобы он раньше вёл себя настолько сдержанно.

— Ты вроде поговорить пришёл, — напомнил я ему, когда молчаливая пауза затянулась почти на полминуты.

— Да, — вздохнул он с таким видом, словно сделал это через силу. — Пришёл. Мне нужна работа.