— Что?

Андрей в недоумении посмотрел на Браницкого. Тот с трудом перевернулся на спину и сейчас смотрел в потолок. Выступившая на его губах кровь пузырилась от каждого вздоха, который тот делал чуть ли не через силу, не желая сдаваться.

— Видишь? — Илья сделал пару шагов и наклонился для того, чтобы подобрать ранее выпавший из пальцев сына пистолет. — Разве это не удивительно? Такая чудовищная воля к жизни. Даже на грани смерти. Его не волнует то, что он скоро умрёт. Нет. Ему важно, что он сделает это так, как сам того захочет. Возьми.

Подойдя к сыну, отец протянул ему пистолет, и Андрей взял оружие в руку, сразу же оценив тяжесть и холод металла.

— Сделай то, что должен, — приказал ему отец. — Сделай и запомни этот момент. Даже смерть не должна стоять между тобой и твоей мечтой.

Посмотрев на пистолет в своей руке, Андрей направил оружие вниз. Прямо в лицо смотрящему на него графу, чьи окровавленные губы растянулись в усмешке.

— Стреляй, Андрей, — приказал отец. — Сделай это! И продолжи свой путь.

И сын внял этому приказу. Он сам прекрасно понимал, что, похоже, его затея провалилась. Тот, на кого он так надеялся, так и не почтил их своим присутствием. А, значит, больше нет никакого повода и дальше в пустую тратить драгоценное время и рисковать.

Глядя на него, Константин хрипло вздохнул, как если бы захотел что-то сказать. Андрей негромко усмехнулся.

— Что? Есть последние слова? — насмешливо припомнил он графу его же собственные слова, сказанные несколькими минутами ранее.

Вместо ответа Браницкий поднял руку и сложил пальцы в недвусмысленном жесте с оттопыренным средним пальцем, подкрепив его ещё одной, последней и вымученной через силу усмешкой.

Почему-то именно этот непокорный жест взбесил Андрея больше всего.

— Значит, не будет, — выплюнул он, и его палец нажал на спуск…

— Андрей!

Так и не выстрелив, он резко повернулся, нацелив сжимаемое в руке оружие в противоположную сторону. Туда, где в проходе стоял его брат.

— Надо же, — не без удивления хмыкнул Андрей, глядя на пистолет в руке Александра, чей ствол оказался нацелен прямо на него. — Какие люди пожаловали.

— Отойди от него, — приказал младший брат, не сводя с него глаз.

— А не то что? — почти что с насмешкой спросил старший. — Выстрелишь?

— Выстрелю, если придётся, — отозвался тот.

— Надо же, какая неожиданная, но такая долгожданная встреча, — улыбнулся стоящий рядом с сыном Илья, словно ждал этого момента.

— Не обманывай себя, отец, — сквозь зубы произнес Андрей, не сводя глаз с брата. — С ним нет смысла разговаривать. Он всё уже для себя решил…

— Ага, — сказал в ответ Александр. — Всё. Кроме одной вещи.

— Интересно какой же?

— С кем, мать твою, ты вообще сейчас разговаривал?

От автора: Ребят, с вами Ник. Хочу сказать огромное человеческое спасибо вам всем, за пожелания здоровья. За целый поток пожеланий в комментариях и в личке. Вас было так много, что я даже не сразу поверил. Всем вроде отписался, но если кого-то пропустил не обессудьте. Потому благодарю ещё раз уже тут.

11я глава выйдет 1го числа в полночь. Я вроде окончательно поправился, так что будем работать дальше. Ещё раз благодарю вас. Вы лучшие!

Добраться сюда оказалось очень непросто. Признаю, в этот раз без пса я точно не справился бы. Брам уверенно шёл вперёд, ведя нас следом за собой. Периодически зверь останавливался для того, чтобы в очередной раз повести носом по воздуху. В такие моменты и без того раздраженный Михалыч сразу же начинал жаловаться на то, что уж в этот раз зверюга точно потеряла след, если вообще смогла его взять.

У меня же на этот счёт имелись свои мысли. Слишком уж хорошо я запомнил, как эта тварь преследовала нас с Марией той дождливой ночью. Да и Михалыч, думаю, хорошо это запомнил. В конце-концов его пёс подрал в тот раз больше остальных, так что неудивительно что из всего персонала «Ласточки» он единственный, кто относился к нему с подозрением и опаской. Ну, может быть кроме меня.

Вот и сейчас харут не подвёл, выведя нас к крупному складскому зданию. Я хотел было проследовать сразу внутрь, но Михалыч имел на это другое мнение. Вместо этого здоровяк заставил нас обойти строение, чтобы хотя бы примерно понимать, где у него могут быть входы-выходы. Учитывая звуки выстрелов, а порой даже глухих разрывов, что доносились изнутри, лишняя спешка нам ни к чему. И только после этого мы зашли внутрь с той части здания, которая находилась максимально далеко от звуков творящегося внутри хаоса…

— С кем, мать твою, ты вообще сейчас разговариваешь?

Этот вопрос вырвался у меня как-то сам собой. Сложно сказать, что именно поразило меня в тот момент больше всего. То, что Браницкий лежал в луже собственной крови на полу без единого движения, или же то, как брат периодически поворачивал голову в сторону и разговаривал с пустотой.

Заданный вопрос вызвал на лице брата недоумевающее выражение.

— Что? — с явным непониманием в голосе спросил он, после чего опять повернул голову в сторону где ничего и никого не было. — Что он несёт? Нет, это просто очередная глупость…

— Похоже, что у этого парня совсем крыша поехала, — сказал Михалыч, поднимаясь по лестнице вслед за мной.

— Я же сказал тебе оставаться внизу! — не пытаясь скрыть свою злость, отозвался я.

— Ага, а потом что? Сказать Князю, что я позволил тебе вот так голову в петлю засунуть? Да он же меня с потрохами потом сожрёт!

Эх, если бы причина была только в этом…

Рядом негромко прорычал харут, мягко ступая лапами по пыльному бетону. Похоже, что за исключением хранения ящиков и небольших контейнеров, этот этаж почти не использовали, так что следом за собой пёс оставлял весьма заметные следы.

Его тихое и утробное грозное рычание, разнёсшееся по помещению, явно вывело Андрея из странного состояния транса, в котором он пребывал. Резко повернув свою голову в мою сторону, брат пристально уставился на пса.

— Что, завёл себе собачку? — насмешливо поинтересовался он всё тем же ярким и уверенным в себе голосом, который я запомнил по нашей последней встрече. Но это я пропустил мимо ушей.

— Андрей, что с тобой происходит?

— Тебя это не касается, — процедил брат, всё ещё сжимая пистолет в своей руке и направив ствол в голову Браницкого. — Как ты там сказал? Это не твои проблемы, да? И, что плевать тебе на Разумовских. Вроде я правильно вспомнил, верно?

— С кем ты сейчас говорил? — повторил я свой вопрос, пропустив его слова мимо ушей.

Услышав это, брат, едва не рассмеялся.

— Ты что? — спросил он в ответ, махнув рукой в сторону пустого места. — Тупой? Не способен понять, кто перед тобой стоит?

— Кажется, парнишка совсем головой поплыл, — тихо шепнул мне Михалыч. — Сань, он ненормальный…

Это какой-то бред. Я ещё раз посмотрел в ту сторону, куда указывал брат, но снова увидел лишь пустоту. Там не было ровным счётом ничего и никого. Просто пустое место.

Может, Михалыч реально прав? Что, если Андрей совсем рехнулся и видит галлюцинации? Может у него вообще шизофрения.

— И кто же передо мной стоит? — спросил я больше для того, чтобы просто потянуть время и придумать, что делать дальше, чем на самом деле интересуясь тем, какая шиза укусила стоящего передо мной брата.

Заданный вопрос заставил Андрея с поражённым видом уставиться на меня.

— Наш отец, — чуть ли не с придыханием в голосе проговорил он. — Ты что? Не можешь его узнать?

— Он точно рехнулся…

— Михалыч, заткнись, пожалуйста, — прошипел я, не сводя взгляда с Андрея. Лишь самым краем глаза глянул на Браницкого.

Почему он не встаёт? Почему не регенерирует или что там он делает? Что за чушь⁈ Когда я прострелил ему сердце, он в себя пришёл за считанные секунды, а тут лежит с таким видом, будто уже сдох. Мы тогда и двадцати метров от его кабинета пройти не успели, как он вышел из него целый и невредимый, а здесь…