Умная тварина. Понял, что у нас есть работа. Такой подход мы одобряем.

— Пошли, — сказал я Михалычу и направился следом за псом.

Для того, чтобы добраться до границ порта, нам потребовалось немного времени. Всего несколько минут быстрой ходьбы. И чем ближе мы подходили, тем сильнее у меня создавалось впечатление, что творящийся на территории хаос становился всё больше и больше.

Над портовыми районами уже во всю гудели пожарные сирены. Прямо на наших глазах люди в состоянии близком к панике спешно покидали территорию порта, стараясь убраться подальше от неожиданной опасности. Гвалт вокруг царил такой, что уши закладывало. А вот для нас это, как ни странно, оказалось полезно. Даже удивительно, что при наличии охраны порта мы с Михалычем так спокойно смогли пройти через пропускной пункт. В нашу сторону даже никто не посмотрел, что, признаюсь, выглядело в какой-то мере даже удивительно. В потоке желающих убраться подальше людей мы, кажется, были единственными, кто, наоборот, шёл в сторону полыхающего пламени.

— Ты всё ещё считаешь это хорошей идеей? — даже не пытаясь скрыть своего сарказма поинтересовался Михалыч, оттолкнув со своего пути какого-то работягу. Тот так торопился пройти мимо, что едва не врезался в громилу. В итоге оказался отброшен в сторону могучей рукой и разразился проклятиями. Правда, внимания на него мы обращать не стали. Я просто старался двигаться следом за Михалычем, который продвигался вперёд через толпу работников порта подобно ледокол через замёрзший в лёд океан. А я просто следовал за ним по пятам и старался не отставать, периодически теряя харута из вида. Животина ловко сновала между ног людей и пробиралась вперёд вместе с нами.

— Я с самого начала считал, что эта идея дерьмовая, — честно признался я. — У тебя есть другая?

— Да. Свалить отсюда и оставить их разборки. Пусть сами друг с другом проблемы решают и не впутывают нас в это дело.

— Лаконичен, как всегда.

— Краткость — сестра таланта, — хмыкнул здоровяк, сворачивая в сторону крупного контейнерного терминала. — Ты хоть задумывался о том, как мы собираемся их искать?

Отличный вопрос. К счастью, ответ на него у меня имелся, за что, к слову, стоило сказать спасибо Лару.

— Нож дай, — попросил я его, чем спровоцировал довольно недоумевающий взгляд.

— Чё, своего нет?

— Михалыч, я адвокат, а не…

— Кто?

— Ты понял. У тебя есть или нет?

— Ну, допустим, есть.

— Ну, допустим, дай сюда и прекрати дурные вопросы задавать. Время не резиновое.

Тихо проворчав себе что-то под нос, он достал откуда-то из-под куртки складной нож и щелчком пальца открыл довольно крупное и угрожающе выглядящее лезвие.

— Спасибо.

— Верни только. Этот мой любимый.

Не став ждать, я зажмурился, мысленно подготавливаясь к тому, что собирался сделать. В кино у главных героев это всегда выглядело так просто. Провёл ножиком и сделал порез на руке. Вот и всё. Угу, всё, конечно. Переусердствовать я не стал и просто провел кончиком отточенного лезвия по подушечке безымянного пальца на левой руке. Счёл его, так сказать, наиболее меньшей жертвой. И почти сразу понял, что недооценил страсть и усердие Михалыча в полировке собственного клинка. То, что задумывалось мной, как небольшая царапина, почти сразу же превратилось в глубокий порез.

— Блин, парень, ты что творишь…

— Отвали, — сдавленно зашипел я и тихо выругался сквозь зубы. Подавил желание потрясти рукой или сунуть порезанный палец в рот. Вместо этого свистнул и жестом подозвал к себе пса.

То, что харут был куда умнее обычной дворняги, я и так знал уже давно. Вопрос только в том, насколько он в действительности умён. Вот где крылась загвоздка. Лар проконсультировал меня относительно этой зверюги. Альфары создали их как охотничьих псов. Гончих, способных преследовать добычу по одной единственной капли крови и никогда не сбиться со следа. Вопрос только в том, сможет ли он найти моего брата? Отец у нас один, так что родственная связь имеется. Вот я и спросил Лара, сработает ли это.

Он ответил мне честно — не знает. Альфарская химерология никогда не была его коньком. Но учитывая, как его предки поработали над этими зверушками, попробовать стоит. Вот я и пробовал. Прямо сейчас.

— Иди сюда, — махнул я целой рукой и отдал нож обратно Михалычу. — Есть работа, блохастый.

Брам наклонил голову и подошёл ко мне. Прищурил глаза и принюхался к ладони, по которой из порезанного пальца текла кровь. Даже лизнул её.

— Мне нужно, чтобы ты нашёл моего брата, — сказал я ему. — Понимаешь?

— Уф?

Пёс наклонил голову в бок и с недоумением уставился на меня.

— Не уфкай, — пожурил я его. — Давай, мне нужно найти его, и всё, что у меня есть для этой задачи, это твой нос. Так что не криви морду и…

— Эй! Вы кто ещё такие⁈

Обернувшись, я заметил идущего в нашу сторону мужчину в форме охранника порта. Тёмно-синяя спецовка. Соответствующий бейдж. Пояс с рацией и дубинкой и злое выражение на лице.

— Мы тут мимо проходили, — бросил ему Михалыч. — Сейчас уже уходим.

Честно говоря, я был не до конца уверен в том, что это вообще хоть как-то сработает. Уж слишком взвинченными были эмоции этого человека. Так тут ещё и откуда-то со стороны прилетел звучный и басовитый хлопок взрыва, от которого все мы вздрогнули. Ну ладно. Вздрогнули только я и охранник, а вот Михалыч деловито повернул голову в сторону звука и оценивающе хмыкнул.

— Хорошо рвануло где-то, — пробормотал он.

Через миг, словно отдавая должное его словам, бахнуло ещё раз. Второй взрыв стал для охранника последней каплей.

— Так, я понятия не имею, кто вы такие, — заявил он, снимая дубинку с ремня. — Но я хочу, чтобы вы…

— Ты ничего не хочешь, — произнёс я, глядя ему в глаза. — Ты хочешь вывести отсюда как можно больше людей и уйти сам. Мы тебя не интересуем.

— Вы меня не интересуете, — отстраненно проговорил он и, развернувшись, пошёл прочь в сторону выхода из порта.

— Хороший трюк, — одобрительно заметил здоровяк.

— Мы не те дройды, которых он ищет, — пожал я плечами, провожая взглядом удаляющегося охранника.

— Кто?

— Да не важно, Михалыч. Забудь уже. Из фильма старого вспомнилось…

— Я уж думал, что придётся его…

— Только не говори, что собрался его убить.

— Да побойся Бога, парень! Так, вырубил бы, чтобы под ногами не путался.

Даже отвечать на это ничего не стал. Вместо этого повернулся к псу.

— Ну что? — спросил я его. — Поможешь?

Брам посмотрел на меня. Затем на кровь на ладони. Затем снова на меня. И только после этого несколько ещё раз принюхался к руке и лизнул мои пальцы своим шершавым языком.

— Уф.

— Уф, в смысле он понял, что от него надо? Или просто уф?

— Откуда мне знать, — уже не скрывая собственного раздражения в голосе, взмолился я. — Я по-собачьи не понимаю. Он вообще…

Брам развернулся. Принюхался. И затрусил в сторону контейнерного терминала. Как раз в ту сторону, где всё ещё дымил разрушенный портовый кран.

— Ну, похоже, что путь он нашёл, — вздохнул я.

— Или сучку учуял, — пожал плечами Михалыч. — Держи.

С этими словами он извлёк из-под куртки небольшой чёрный пистолет и протянул его мне.

— Пользоваться умеешь?

Я по началу думал отказаться, сославшись на то, что у меня есть свой, но потом передумал и взял оружие. Чёрт его знает, что нас ждёт. Два ствола лучше, чем один.

— Умею.

Спрятав оружие, мы с Михалычем побежали следом за виляющим хвостом псом.

Они уже почти были здесь. Андрей хорошо слышал отзвуки перестрелки, что происходили на первом этаже складского здания, где он скрывался до этого момента.

Будь на его месте кто-то другой, он, должно быть, обязательно счёл бы эту ситуацию ужасной. Да что там, она вполне соответствовала слову «катастрофа».

Снизу всё ещё гремели звуки выстрелов, изредка прерывающиеся дикими, почти что нечеловеческими криками. Воплями, что были полны яростной и болезненной агонии. Каждый из них заставлял волосы у него на затылке вставать дыбом. И каждый раз, когда Андрей слышал это, то хорошо понимал, что именно только что сейчас произошло.