— Нет, не кажется, — отрезал адвокат Берга. — Тем более, что на этом процессе рассматривается не заявка нашего клиента…

— Если устройства похожи, а они похожи, что подтверждается экспертизой, то тогда как сравнение вообще возможно без этого «критически важного» параметра? — невозмутимо продолжил я.

Хорошо сказал. Чётко. По существу. Но они не могли не попытаться выкинуть меня даже после этого.

— Ваша честь, представитель истца намеренно запутывает процесс.

— Я лишь указываю на очевидное, — не согласился я.

Судья посмотрел на меня с явным неодобрением.

— Ваше сиятельство, со всем уважением, но адвокат ответчика прав. Вы уводите слушание в сторону от обсуждаемого вопроса. Здесь не обсуждается заявка, представленная компанией его благородия фон Берга.

Он прав, конечно. Но я сам сюда залез. Теперь главное вылезти так, как и собирался изначально.

— Не буду спорить, ваша честь. Даже более того, я полностью согласен с Вашим замечанием. Потому что именно в рамках предмета сегодняшнего заседания должен уточнить один процессуально значимый факт. Если позволите, то я объясню.

Юрист фон Берга попытался возразить, но судья остановил его.

— Ваше сиятельство…

— Ваша честь, я могу доказать, что всё, что я сказал ранее, применимо к нашему текущему обсуждению в полной мере, если вы дадите мне возможность высказаться.

— Хорошо. Но только быстро, — дал судья своё разрешение. — Что именно вы хотите прояснить?

— Мы обсуждаем вопрос: был ли отказ уважаемого Имперского Патентного управления законным и мог ли мой клиент устранить формальный недочёт. Так вот, публикация его заявки состоялась до подачи заявки господина фон Берга. Публикация заявки, как известно, по закону приравнивается к раскрытию технической информации. Это означает лишь одно — заявка фон Берга опиралась на уже раскрытые технические сведения…

— Ваша честь! Мы категорически возражаем! Ссылка на публикацию первичной заявки как на основание приостановки вторичной не имеет юридической силы! Сведения о датчике не утратили новизну автоматически, и попытка его сиятельства превратить процедурную несостыковку в преимущество является злоупотреблением!

Тут же вслед за ним заговорил второй.

— Более того, вторичная заявка подана в соответствии с формальными требованиями, и её рассмотрение не должно задерживаться по сомнительным основаниям.

— А мы полностью согласны, что рассмотрение вторичной заявки важно. Более того, мы бы никогда не стали утверждать обратного, — со всем возможным уважением в голосе произнёс я и, повернувшись в сторону фон Берга, изобразил на лице извиняющуюся улыбку, после чего продолжил. — Но имперское законодательство чётко разделяет новизну и процедуру. Публикация первичной заявки делает её содержание общеизвестным для специалистов. Я сейчас практически дословно процитировал, если что. И любое рассмотрение вторичной заявки до выяснения судьбы первичной создаст юридическую коллизию и риск утраты приоритета, что прямо запрещено процедурой.

Прервавшись на секунду, я указал на своего клиента, чтобы показать, что за моими словами стоит вполне живой человек, а не какая-то эфемерная организация.

— Наша просьба о приостановке рассмотрения вторичной заявки — не препятствие. Это исключительно механизм защиты прав первичного заявителя. В связи с этим я прошу суд признать отказ Патентного управления необоснованным и разрешить устранить формальный недостаток, как это предусмотрено процедурой. Предусмотрено по закону в целях защиты прав первичного заявителя. Потому что в противном случае это как раз таки и было бы то самое извращение закона, о котором говорил мой коллега. Также я хотел бы просить суд рассмотрение заявки барона фон Берга временно приостановить в силу возможной утраты новизны, как и предусмотрено законом в таком случае.

В зале повисло молчание.

Судья посмотрел в сторону фон Берга. Повернулся к нам. Чувствую, что он в затруднении. Ведь по сути я сделал именно то, в чём меня обвиняли юристы Берга — увёл процесс в сторону от центрального вопроса. Но и просто так отмахнуться от моих аргументов они не могли. В данном случае закон был целиком на моей стороне.

— Суд принимает изложенное, — наконец произнёс судья, явно придя к определённому решению. — Патентное управление должно предоставить заявке компании «ТермоСтаб» срок на исправление выявленных недостатков, после чего она получит право на повторное рассмотрение. Рассмотрение заявки компании барона фон Берга приостанавливается до устранения этих недостатков.

Удар молотка.

В офис я вернулся спустя почти полтора часа после того, как судья огласил свой вердикт.

Разумеется, вышли мы оттуда не сразу. Почти пятнадцать минут было потрачено на бесполезные прения и протесты со стороны Берга и его юристов. А протестовали они, ну так, к слову, очень и очень усердно. Ещё бы. Ведь они пришли туда максимум для того, чтобы удостовериться в том, что суд не даст добро на повторную подачу заявки.

Опять же, их позицию можно понять. Берг и его юристы находились в своём праве. Собственно говоря, для них разрешение на повторное рассмотрение — есть ничто иное, как прямая угроза. Ведь в таком случае его заявка, в силу того, что она была подана раньше, получит приоритет при рассмотрении. Так что им нужно было убедить суд сохранить отказ в силе.

Что в итоге получилось? Как сказал бы один мой очень странный знакомый, господин барон и его юристы прыгнули сразу двумя ногами в жир. По самую макушку, так сказать. То, что виделось им не иначе, как победой в промежуточной стадии, превратилось в овертайм, где я буквально перевернул игру. И теперь, неожиданно для самих себя, они оказались на стороне, где им срочно нужно было думать о собственной защите, а не о нападении.

К сожалению, как бы эпично не выглядела эта победа в зале суда — это не более чем небольшая отсрочка. Потому что в этот раз сработал эффект неожиданности. Ожидать, что они не подготовятся к следующей нашей встречи, может только идиот, а себя к подобным личностям я не относил.

Тем более, что я нисколько не сомневался в том, что эта самая новая встреча произойдёт. А потому обратно в свой офис я поднимался на лифте с весьма смешанными чувствами.

— Добрый день, ваше сиятельство, — услышал я, только выйдя из лифта.

— Здравствуй, Надя, — тепло и очень искренне улыбнулся я. — Ты даже не представляешь, как приятно видеть это место наконец не пустым.

— Рада стараться, ваше сиятельство.

— Кто-нибудь приходил, пока меня не было? Не из наших, я имею в виду.

— Нет, — покачала она головой. — Кроме сотрудников фирмы сегодня ещё никого не было.

— Ну, это было ожидаемо, — вздохнул я.

Действительно, не ждал же я, что сразу же после первой промежуточной победы к нам повалят клиенты, хотя было бы здорово. Впрочем, оно и не важно. Я сейчас борюсь за самого важного и главного из них. За нашего первенца. А такая борьба всегда носит сакральный характер.

Первое, что я увидел, когда дошёл до своего кабинета — меня там уже ждали. Алиса и Вадим стояли у дверей. Удивляться я не стал, так как сам позвонил им и предупредил, что скоро буду.

— Что? В этот раз без шампанского? — усмехнулся я. — Не думал, что мы настолько обеднели.

Вадим в ответ на это лишь пожал плечами.

— Так вы же не сказали, победили мы или…

— Победили, — уверенно произнесла Алиса, глядя на меня. Правда, уже через секунду уже чуть более сомневающимся тоном спросила на всякий случай. — Ведь победили?

— Вроде того, — кивнул я, проходя мимо них и заходя в свой кабинет.

— Так что? — услышал я вопрос Вадима. — Какой результат?

— Мы получили разрешение на устранение ошибки и повторную подачу заявки, — ответил я, снимая пальто. — Плюс суд постановил временно приостановить рассмотрение заявки от фирмы Берга до тех пор, пока патентное бюро не рассмотрит заявку от «ТермоСтаб».