— Мари!

Что-то ударило его между лопаток с такой силой, будто кто-то хотел из него позвоночник наружу через грудину выбить. Серебряков тяжело повалился на пол. Попытался встать, но на него тут же кто-то налетел сзади, ударив чем-то по голове…

Взревев, как раненый медведь, Михалыч впечатал кувалдой по башке своего противника с такой силой, что того отшвырнуло в сторону. Громила шатался. Из простреленной ноги текла кровь. Но он всё равно нашел в себе силы занести кувалду над головой и добить противника.

Эффект оказался подобен тому, как кто-то врезал молотом по лежащему на бетоне арбузу. С тем же эффектом.

Правда я этого почти не видел, занятый своей собственной схваткой. Хотя мне пришлось полегче. Инструкции Михалыч дал простые. Сидеть, ждать его команды, а затем выскочить и разрядить магазин автомата в ближайшего ко мне гадёныша. Как раз того, который первым познакомился с кувалдой Михалыча. Так я и поступил. Золотистая плёнка замерцала, ловя пули, но продержалась она не долго, так что оставшиеся быстро добрались до своей жертвы.

Болезненный вскрик со стороны заставил меня повернуть голову. Увидел, как мужик с которым дралась Мария, повалил её на пол и начал бить её головой об пол.

— Мари! — у меня от собственного крика чуть уши не заложило.

Я вскинул оружие и выстрелил раньше, чем даже осознал это. И даже попал. Мужика скинуло с Марии в сторону, да только эффекта это сильного не оказало. Выстрелил бы ещё раз, но автомат грустно щёлкнул. А этот урод довольно быстро начал подниматься на ноги.

Ну, нет. На такое я не согласен. Рванул к нему. Приклад встретился с его головой под звук глухого удара и болезненный стон.

Ага, нравится? Это тебе за Марию, ушлёпок. Врезал ещё раз, даже не пытаясь себя сдерживать.

А вот третьего шанса мне уже не дали. Как после всего случившегося он мог двигаться с такой скоростью я даже не представлял. Просто вот он хватается за голову и пытается подняться, а вот уже его кулак летит мне в лицо.

Но, что забавно, не быстрее чем у одной очень знакомой мне девчонки.

Увернулся и попытался снова ударить оружием, как импровизированной дубиной, но противник вовремя подставил руку и перехватил его. Рывок и автомат покидает мои руки.

А я в ответ едва не получил кулаком поддых. Спасибо тебе, Рус. Хоть какую-то науку мне в голову вбил. Вовремя уйти в сторону не успел, но хоть получил не в солнечное сплетение. Зато оказался с мерзавцем практически вплотную. Мой локоть со всей силы встретился с его лицом и я даже не без удовольствия почувствовал как ломается его нос.

Подобное часто спасало меня в детстве в драках на улицах после того, как я оказался в этом мире. Сломанный нос это очень больно. Чертовски больно. Часто после этого люди даже думать не могут от боли. Любой другой на его месте, наверное, уже катался бы по полу, зажимая лицо руками…

А это чудовище взревело, как раненый лев, схватило меня за шиворот и просто швырнуло в стену.

Видел я, как в кино после такого люди быстро вскакивали, продолжая бодро махать руками и ногами. Чушь всё это, конечно. Голый бетон не принял меня в заботливые и любящие объятия. Сначала ударился об него головой так, что искры из глаз посыпались. А затем ещё и на пол рухнул мешком. А пол, очень твёрдый оказался, между прочим.

Наверно, меня спасло лишь то, что этот гад выглядел ещё хуже, чем я сейчас себя чувствовал. Немного шатаясь, он сплюнул кровь изо рта и поднял лежащий на бетоне изогнутый нож.

— Сука, самый проблемный мой заказ за три года… — тяжело пробормотал он.

— Так, может просто свалишь отсюда? — предложил я тяжело дыша, не особо надеясь на положительный ответ.

Попытался потянуться к его эмоциям, но пусто.

— Не, пацан, — усмехнулся он, подтвердив мою догадку. — С моим начальством такое на сработает. О, припёрся, наконец!

Повернув голову в сторону, я нервно сглотнул.

Из прохода, медленно переступая лапами по полу, вышла эта тварь. В прошлый раз дрянь напала так внезапно, что едва не вцепилась Михалычу в горло. Благо тот успел врезать ей в бочину кувалдой, а ещё пол магазина высадил наверное, в попытке если уж не убить, то хотя бы отогнать. Пуль, похоже, она не особо боялась. И даже успела зацепить его когтями перед тем, как сбежать.

А вот сейчас эта огромная псина шла прямо ко мне, низко пригнув голову, утробно рыча и скаля острые клыки.

— Давай, Бобик, — приказал Серебряков с усмешкой. — Кушать подано. Порви его.

Тварь зарычала ещё громче…

…а затем замерла.

Наши с псиной взгляды встретились и только сейчас, в более или менее спокойной обстановке я смог наконец уловить её эмоции. Очень и очень тихие.

Это лучшее определение, которое я мог бы подобрать. Они были подобны голосу, что доносился из-под водной толщи. Приглушённые, но теперь, когда я смог за них ухватиться, от того не менее яркие. Голод. Злость. Потребность выполнить приказ…

И страх. Страх зверя, который неожиданно для себя встретил противника, на которого не хотел или не мог напасть. Иррациональное чувство. Зверь желал выполнить приказ, но в тоже самое время противился ему. Я видел, как его когти скребут по бетону, оставляя на нём неглубокие борозды, а похожая на иглы шерсть на холке вздыбилась…

А затем пёс прижал уши к голове, опустил голову и протяжно заскулил.

— Какого хрена, — с лёгким шоком пробормотал Серебряков, глядя на то, как зверь начал отступать назад, не сводя взгляда всех четырёх глаз с меня.

Я бы и сам хотел знать. Всё происходило примерно так же, как и тогда, на складе с Волковым. Те твари, что появились из его теней вели себя точно так же. Испытывали те же самые эмоции.

Только в этот раз я даже сказать ничего не успел. Пёс резко развернулся и бросился назад, в коридор из которого появился.

А мы остались вдвоём.

Серебряков ещё несколько секунд смотрел на пустой проём, где скрылся зверь, явно не способный поверить в то, что произошло.

— Ладно, — пробормотал он и сплюнул кровь на пол. — Похер. Плевать. Сам всё сделаю.

И двинулся ко мне, крутанув нож на указательном пальце и перехватив его обратным хватом.

Какие у меня могут быть шансы против такого опытного противника? Вот честно? Сомнений в том, что я, даже в таком его состоянии не смогу победить у меня не было. Ну вот очень и очень вряд ли.

Как однажды сказал мне Рус, остерегаться надо противников с длинными руками. Они просто будут держать тебя на дистанции и избивать, как долбанную грушу для битья. Так что в схватке двух равных противников побеждал тот, у кого руки длиннее. В теории.

Но, это правило ведь применимо не только к собственному телу, ведь так.

Я пошёл навстречу этому гаду, чем, кажется, сильно удивил его. У него на лице появилась усмешка. Рука с ножом дёрнулась назад и в сторону, явно намереваясь полоснуть меня по груди или горлу…

А затем он удивлённо уставился на собственную руку, сжимающую нож. Лежащую на грязном бетонном полу отдельно от тела.

— Чё за хрень… — пробормотал он, посмотрев на меня и метровой длины серебристый клинок в моей руке.

— Не ожидал, да? — усмехнулся я и ударил ещё раз…

Постоял пару секунд. Затем зачерпнул ладонями холодной воды и плеснул себе на лицо. Ледяная, она неплохо так бодрила, хотя, признаюсь, я бы сейчас не отказался от чашки крепкого кофе… да чем чёрт не шутит, хотя бы чаю!

Но тут его в наличии не имелось.

Немного постоял. Затем плеснул себе на лицо ещё раз, позволив воде стечь в грязную раковину, и перекрыл воду. Здесь даже нормальных смесителей не было. Просто кто-то установил на изогнутой трубе обычный водопроводный кран. Да и вообще, пожалуй, я был слишком строг, когда жаловался на свою старую квартиру. По сравнению с этим местом там были чуть ли не хоромы.

Обтерев лицо видавшим виды полотенцем, вышел из «ванной» — а по сути, просто покрытой затёртой кафельной плиткой тошнотворного жёлтого оттенка каморки.