Элронд остановился в паре шагов от ствола и повернулся ко мне.

— Прикоснись. — тихо сказал он. — Положи ладонь на кору.

Мое боевое чутье, до этого дремавшее где-то на задворках сознания, вдруг встрепенулось. Оно настойчиво, хотя и не агрессивно, намекало на опасность этого действия. Что-то древнее, чужеродное и невероятно мощное таилось в этом дереве. Это была не угроза, а предостережение — как перед приближением к краю пропасти.

Я взглянул на Элронда. Его лицо излучало спокойствие, но в глазах таилось нетерпеливое ожидание. Я чувствовал, что он не собирался ни обманывать, ни подставлять меня. В его приглашении скрывалась какая-то тайна, которую он жаждал мне открыть.

Сделав глубокий вдох, я осторожно приблизился к стволу. Преодолев легкое сопротивление инстинктов, я протянул руку. Кончики пальцев коснулись шершавой, прохладной коры.

Сначала ничего не происходило. Я чувствовал лишь твердый, живой материал, испещренный замысловатыми узорами. Но спустя несколько мгновений я уловил едва заметные, но до боли знакомые ощущения. Легкое, почти эфемерное покалывание, струящееся из глубины ствола. Ощущение течения энергии. Оно было иным, не таким, как у Мимио или в моей собственной «живой энергии» — более древним, глубоким, фундаментальным. Но в его основе лежал тот же самый принцип жизни.

«Будто бы… — начал я мысленно, пытаясь ухватить и определить это сходство. — это тоже…»

Не успел я закончить мысль, как из слота «Артефактного Ядра» моего топора, висевшего на поясе, вырвался короткий, зеленоватый всполох света. Мимио, чье присутствие я почти не ощущал после тренировки, вдруг проявил невероятную активность. Его маленькое тельце, насыщенного зеленого цвета, выпорхнуло из топора и уселось мне на руку, прямо на тыльную сторону ладони, прижатую к стволу.

Его охватило волнение: тонкие листочки, похожие на ручки, затрепетали, а глаза-светлячки вспыхнули ярким огнем. Он перевел взгляд с меня на дерево, а затем, словно следуя моему примеру, всем своим существом прижался к коре.

Вдруг произошло нечто удивительное.

Едва Мимио прикоснулся к стволу, тот будто ожил. Прожилки ярче вспыхнули пульсирующим светом, а кора под ним стала податливой, словно тающий воск. Раздался тихий, еле слышный вздох, и Мимио… втянулся внутрь.

Он исчез, словно растворившись в древнем древе. Но это было лишь начало кошмара. В тот же миг я почувствовал, как оборвалась наша связь — тонкая, но нерушимая нить, что связывала нас с момента его рождения. В уголке моего сознания, где всегда зеленел индикатор состояния моего Помощника, теперь зияла пустота. Мрак. Тишина.

— Мимио? — выдохнул я, не в силах поверить своим ощущениям. Я мысленно послал ему приказ вернуться, попытался уловить его присутствие через «Живое ремесло». Тщетно.

Куда делся мой друг⁈ Что за дерево способно поглотить живого помощника, разорвав саму системную связь? Я отшатнулся от могучего ствола, чувствуя, как ледяные мурашки пробегали по спине. Повернувшись к Элронду, я смотрел на него с шоком и немым вопросом: «Что ты сделал?»

Элронд же смотрел на место, где только что был Мимио, с непроницаемым выражением на своем морщинистом лице. В его глазах не было ни злорадства, ни удивления — лишь тяжесть векового знания.

— Кажется, — произнес он тихо, — начинается самое интересное.

Элронд повернул голову. Его пронзительный взгляд, казалось, проникал сквозь бурю, бушевавшую у меня внутри.

— Что ты знаешь о своем Помощнике, Макс? — спокойно спросил он.

Голос его был тихим, но в тишине зала, нарушаемой лишь отдаленным пульсирующим гулом Древесного Ствола, он прозвучал громко и четко.

Я стоял, все еще ощущая ледяную пустоту в том уголке сознания, где всего минуту назад мерцал знакомый индикатор — образ крепкого молодого деревца. По спине пробегали мурашки, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки. Глупая, животная ярость подкатывала к горлу — желание схватить топор и рубить черное дерево, поглотившее Мимио, пока не доберусь до его сердца. Вырвать друга. Вернуть его.

Но я смотрел на Элронда. Его морщинистое, невозмутимое лицо, глаза, в которых не было ни злорадства, ни угрозы, лишь глубокая, многовековая мудрость. Это спокойствие, такое чуждое моему состоянию, действовало как ушат ледяной воды. Желание крушить боролось с холодным расчетом: Элронд не стал бы вредить мне так открыто и бессмысленно. Здесь крылась какая-то тайна.

Я молчал, не в силах выдавить из себя ни слова. Мозг, захлестываемый шоком и страхом, отказывался формулировать мысли.

Элронд, не дождавшись ответа и прекрасно видя мое состояние, медленно кивнул, словно так и должно было быть.

— Помощник, — начал он, его бархатный голос зазвучал размеренно, — это дар, доступный лишь Системным Творцам. У каждого он уникален. Но это не просто питомец, не слуга и не инструмент. Это нечто… большее, что система позволяет нам создать, но истинную его природу чего мы часто упускаем из виду.

Он сделал небольшую паузу, давая мне время осмыслить его слова.

— Чтобы понять, что такое Помощник, нужно вернуться к самому началу. К истокам. Спроси себя, Макс: что такое одухотворенная щепа? Та, что ты добываешь из древесины и что служит вместилищем Живой Энергии?

Я слушал, и странное успокоение начало разливаться по моим напряженным нервам. Его вопросы… звучали так логично и фундаментально. Почему я никогда не задумывался об этом? Я всегда воспринимал Живую Энергию как данность. Как ману в компьютерной игре — ресурс, цифру в углу интерфейса, которую нужно было тратить на умения. Изучал ее свойства, количество, скорость восстановления, но никогда не задавался вопросом: «А что это, черт возьми, такое?»

— Ответ, как это часто бывает, лежит на поверхности. — продолжил Элронд. — Нужно лишь протянуть руку и увидеть то, что всегда было перед твоими глазами.

Он плавно вытянул ладонь. На его испещренной тонкими шрамами ладони лежал знакомый мне предмет — Крохотная Одухотворенная щепа. Она мягко мерцала изнутри, словно в ней билось крошечное, живое сердце огня.

Я уставился на нее, пытаясь пронзить взглядом. Что я должен был увидеть? Обычный расходник. Ресурс. То, что я сотни раз держал в руках, что прессовал, во что вкладывал энергию. Ничего нового.

Но Элронд молчал. Он просто смотрел на меня с легкой, почти отеческой улыбкой, явно ожидая, когда во мне что-то щелкнет. Он не собирался подсказывать дальше. Этот урок я должен был усвоить сам.

Я заставил свой все еще взвинченный разум сосредоточиться. Отбросил панику и гнев. Что я видел? Щепу. Кусок дерева. Какая древесина давала одухотворенную щепу? Та, что была… живой? Живая Древесина. Молодая, зрелая, старшая — но всегда живая. И какой смысл в этом? Как это связано с Мимио?

Мысли завертелись быстрее, выстраиваясь в цепь. Живая Энергия. Живая Древесина. Одухотворенная щепа… Неужели все это было… живым? В этом ответ? Звучало слишком просто, почти примитивно. Нет, что-то здесь не так. Что еще их объединяло?

А что, если их сходство не только между собой, но и… со мной? С людьми? Какая связь между куском дерева и человеком?

Одухотворенная щепа… Одухотворенная… Дух? Душа?

Элронд, наблюдавший за игрой эмоций на моём лице, загадочно улыбнулся. Казалось, он читал мои мысли, словно раскрытую книгу.

— Основная сила Системных Творцов, — вновь заговорил он, и в его голосе зазвучали торжественные, почти сакральные нотки, — кроется в их Пути Созидания. Но что есть созидание, Макс, как не движение духа в материальном мире? Это не просто ремесло, а бесконечный процесс развития, совершенствования и самореализации. Преображение того, что есть, обновление, привнесение нового и, главное, раскрытие того безграничного потенциала, что уже заложен в самых основах мироздания.

Он шагнул ближе, и в его глазах вспыхнул огонь.

— Созидание — это одухотворение материи. Вдохнуть жизнь в то, что мертво. И самый главный, первый и основополагающий акт этого одухотворения… это создание Помощника. Твоего личного Помощника. Это не просто функция системы, мальчик мой, а твое собственное, уникальное творение. Частица твоего духа, обретшая форму, которую ты сам, осознанно или нет, для нее избрал.