Другой вопрос, если она была права, то почему эта девушка вообще сохранила фальшивые фрагменты. Шоэли — падальщики. Они действуют незаметно. Стараясь не потревожить жертву. А этот обрубок вон какую силу набрал. Видимо…

Эридраиль остановилась посреди коридора.

Её осенило. Вот в чём проблема. Из-за собственной психологической травмы девка замкнулась на ложных воспоминаниях. Для любого человека они стали бы лишь мимолётным видением. Вряд ли чем-то большим. Оставили бы после себя небольшие, кажущиеся естественными изменения. Но сами ложные воспоминания исчезли бы практически без остатка.

А здесь нет. Из-за психологической травмы они постепенно начали замещать собой реальность и…

Эридраиль резко остановилась и замерла. Коридор, по которому она шла, дрогнул.

Альфарка оглянулась, пытаясь понять, что именно происходит. А когда поняла, оказалось уже слишком поздно.

Мир вокруг неё начал покрываться трещинами и разваливаться. Крошиться, словно старое и ветхое здание. Целые куски пола провалились и падали в кажущуюся бесконечной темноту. Целые секции стен следовали за ними. Эри бросилась по всё ещё остающейся части коридора. Не факт, что даже она сможет вернуться из необъятной пучины бессознательного.

А потому она бежала. Бежала так быстро, как только могла, молясь всем альфарским богам о том, чтобы найти этого идиота и вытащить его отсюда раньше, чем умирающее сознание этой девки развалится окончательно.

Ей не хватило всего нескольких шагов. Пол под её ногами провалился и пятисотлетняя альфарская ведьма с криком провалилась в пустоту. Взмах рукой и из рукава её платья вырвались золотые цепи. Сияющие золотом наконечники вонзились в потолок коридора, замедлив падение.

Но ей не помогло и это. Часть потолка, за который она едва успела зацепиться, просто вывалился и рухнул вниз вместе с ней…

Падение закончилось значительно быстрее, чем она ожидала. Особенное если учесть, что оно вообще не должно было закончится никогда.

Эридраиль упала на что-то твёрдое. Лишь через несколько секунд она осознала, что это оказался неровный кусок пола. По какой-то причине вместо того, чтобы раствориться в бесконечной темноте, он плавно поднимался вверх…

— Вернулась, значит, — произнёс раздражённый голос.

Подняв голову, Эри увидела стоящего перед ней Рахманова. Парень держал стоящую рядом с ним девушку за руку. Они оба стояли на парящем куске пола, пока проекция приюта вокруг них продолжала разваливаться на куски, рушась в бездну.

— К… как… — только и смогла спросить она, не понимая, как это возможно. — Как ты это сделал?

— А тебя это вообще волновать не должно, — произнёс Рахманов и стоящая рядом с ним девушка улыбнулась. — Но, если есть желание, то можешь спросить это у него.

Сказав это, он кивнул ей за спину.

Повернув голову, Эри увидела тёмный силуэт, что бился в агонии, цепляясь за последние оставшиеся куски приюта. Последние оставшиеся частички созданного им же фальшивого мира, что безжалостно разрушался той, кому он принадлежал на самом деле.

— Это невозможно, — прошептала ведьма. — Вы не можете контролировать это…

Рахманов лишь усмехнулся и наклонился к ней.

— Слышь, подруга. Да мне на это наплевать, — оскалился он.

Только лишь в этот момент Эри поняла, что именно имел в виду Константин.

Её сила позволила ей увидеть то, что не смог бы никто другой. Огромную фигуру, что возвышалась за этой парочкой. Закутанная в тёмные одежды, она казалась настолько внушительной, что Эридраиль ощутила себя… жалкой.

Ничтожной.

В конце-концов, когда хоть кто-то в этом мире в последний раз видел истинное лицо дьявола?

Я резко открыл глаза и сел на постели. Сердце колотилось, как бешеное. Билось в груди, словно сходящая с ума птица в клетке, стремясь вырваться на свободу.

— Так, спокойно, парень, — раздался сбоку участливый голос. — Это нормально. Выброс адреналинчика после возвращения. На, попей водички, легче станет.

Заметил стоящего рядом с кроватью Браницкого. Граф с улыбкой протягивал мне стакан воды. Отказываться я не стал и не без удовольствия промочил горло.

Лежащая рядом со мной девушка пошевелилась и тоже очнулась. Открыла глаза. Увидела кучу незнакомых лиц рядом с собой и моментально дёрнулась к изголовью кровати.

— Так, Лиза, спокойно, — поспешил я её успокоить. — Всё хорошо…

— Кто это? Кто они такие?

Тут, признаюсь, я немного замялся с ответом. Сказать, что друзья, у меня язык не поворачивался.

— Всё хорошо, успокойся, — как можно более спокойным голосом повторил я ей. Даже за плечи взял, попутно отметив, что дерганая и испуганная реакция на чужое прикосновение пропала. Хороший знак.

— Можешь мне довериться. Здесь никто тебе не причинит вреда. Я обещаю. Как ты себя чувствуешь?

— Вроде… вроде хорошо, — хрипло произнесла она. — Всё… это всё закончилось?

— Да. Всё закончилось, — сказал я, передав ей бокал с водой. — Возьми. Попей воды. Станет полегче.

— Спасибо.

Последней в себя пришла сидящая в кресле альфарка. Эри открыла глаза. Очень медленно повернула взгляд в мою сторону…

Даже слова не сказала. Резко вскочила с кресла на ноги и бросилась к двери.

— Стоять!

Она замерла раньше, чем я успел произнести одно лишь это слово. Застыла, протянув руку к двери, и дрожала.

— О как, — удивился Браницкий. — Забавно. Ты чем её так напугал?

— Не твоё дело, — отрезал я. — Она мне нужна.

— Вот сейчас не понял, — Браницкий с весельем во взгляде посмотрел на меня. — Пацан, я своей собственностью разбрасываться не привык.

— Она нужна мне как свидетель, — я встал с постели. — Она видела и может подтвердить, что на мою клиентку воздействовали магией в приюте. Она видела это собственными глазами.

Граф повернулся в сторону альфы

— Эри?

— Да, — с неохотой подтвердила та. — Видела. Это правда. Её восприятие реальности наизнанку вывернули…

— И она нужна мне как свидетель, — перебил я её. — Она сможет доказать это в суде. Тем более, что ты мне должен.

— Я? — удивился граф. — Это с какого перепуга, парень?

— С того, что эта сучка меня там бросила. Свалила при первой же опасности.

— А я тут каким боком? — тут же возмутился он.

— А что, аристократ давно перестал отвечать за действия своих слуг? — спросил я в ответ.

На лице альфы отчетливо проявилась злость. Но почему-то в этот раз эта словоохотливая стерва ничего не сказала, молча проглотив обиду.

А вот Браницкий задумался.

— Ну, так-то оно так, — задумчиво произнёс он и посмотрел на Эри. — Ладно, признаю твою правоту. Всё же мы и правда в ответе за тех, кого приручили. А знаешь что? Думаю, что ты прав. Забирай её.

— Что? — тупо переспросила Эри.

— Что слышала, — махнул в её сторону рукой Браницкий. — Мне не нужны слуги, которые паршиво выполняют свою работу. Так что…

Он резко схватил мою руку и сжал её в своей левой ладони.

— Бойся своих желаний, парень, — оскалился он мне в лицо. — А то они потом могут тебя укусить за задницу.

Стоило ему это произнести, как ладонь полыхнула огнём. Боль была резкой и сильной, но прошла столь быстро, что я даже вскрикнуть не успел. Лишь вырвал руку из его хватки и затряс её, будто пытался стряхнуть с пальцев пламя, которого там не было.

— Это что ещё была за хрень?

— Временная печать контроля, — усмехнулся он, глядя на то, как вытянулось удивленное лицо альфарки. — Теперь эта курица твоя на месяц, так что развлекайся, парень.

— Что?

— Ты сдурел? — одновременно со мной воскликнула Эри.

А Браницкий наслаждался эффектом.

— Считайте это небольшим экспериментом, — улыбнулся он и хлопнул в ладоши, как заправский фокусник. — Ты получишь себе свидетеля. А Эри научится лучше делать то, что ей сказали. Без всяких выкобениваний. Скажем так, пусть это станет ей уроком.