Он развёл руками, и в этом жесте читалась странная смесь восхищения и досады.

— Однако все современные исследования, весь наш опыт доказывали — это невозможно. Так мы думали, пока не увидели тебя.

Три пары глаз снова уставились на меня, и на этот раз в них горел огонь настоящей, не притворной жажды знаний. Они ждали ответа, разгадки. А мне было нечего им сказать.

— Я и сам не знаю, как это вышло. — честно признался я. — Просто делал то, что считал нужным, а Система реагировала. Возможно, всё дело в том, что я Первый Игрок. — предположил я вслух.

Элронд медленно покачал головой, его бархатный голос прозвучал скептически.

— Возможно, юноша, так оно и есть. Титул Первого Игрока — великая загадка для нас всех. Но верить в то, что он один способен нарушить все известные нам законы Системы… не хотелось бы. Это означало бы, что мы не понимаем в её работе ровным счётом ничего.

— В любом случае, — вмешался Лериан, — у нас теперь есть живой пример. И мы будем разбираться. Время у нас ещё есть.

Его взгляд, острый как клинок, впился в меня.

— Скажи, Макс, Вальтер в курсе о твоих многочисленных Путях?

— Да. — ответил я без колебаний. — Он сам помогал мне оттачивать Путь Закалённого Тела.

Элронд тяжело вздохнул, и на его древнем, испещрённом морщинами лице появилась тень усталой озабоченности.

— Это очень плохо. Значит, скоро Империя узнает. Ты станешь либо добычей, которую нужно заполучить любой ценой, либо угрозой, которую уничтожат, не считаясь с тысячами жизней. И это, несмотря на твой статус Первого Игрока. — он провёл рукой по лицу. — Но теперь уже ничего не исправить. Что сделано, то сделано.

Он выпрямился, и в его глазах вновь зажглись твёрдость и властность.

— Обсуждение окончено. Макс, отныне ты — постоянный член Пристанища Творцов. Считай это место своим домом. Мы предоставим тебе кров, доступ к знаниям и защиту. Взамен ожидаем лояльности и готовности к диалогу о твоей уникальной природе. В разумных пределах, разумеется.

Его слова звучали формально, но в них ощущался неоспоримый авторитет. Я кивнул, но тут же вспомнил о своих друзьях.

— Благодарю за доверие, глава Элронд. А какой статус у моих товарищей?

Элронд обменялся быстрыми, многозначительными взглядами с Лерианом и Кселой.

— Их статус… покажет время. — ответил он уклончиво. — С Орном все проще. Остальные же не носят клейма Творца, и их внезапное появление здесь, без согласования — это нарушение древних законов, которые Лериан, по своему обыкновению, решил проигнорировать. — в его голосе прозвучала лёгкая укоризна, но Лериан лишь беззаботно улыбнулся. — Пока что всем им дозволяется жить на нашей территории. Мы понаблюдаем и решим. Возможно, они смогут доказать свою полезность.

Меня задела эта формулировка. «Понаблюдаем». «Докажут полезность». Эти слова вызывали внутренний протест. Мои друзья — не подопытные кролики и не наёмники, которым что-то требовалось доказывать. Они остались верны мне, когда даже родной дядя выбрал Империю. Но я сжал зубы и промолчал, подавив возмущение. Сейчас было не время и не место для протестов. Первоочередной задачей было освоиться, понять расклады сил в этом подземном городе. Накалять ситуацию в первый же день было бы непростительной глупостью.

Совет закончился. Все поднялись. Элронд и Ксела, погруженные в свои мысли, молча разошлись. Лериан жестом пригласил меня следовать за ним.

Он провёл меня обратно тем же путём — на летающей платформе, которая плавно опустила нас к знакомой двери временного жилища.

У порога Лериан положил мне руку на плечо. Прикосновение было твёрдым и увесистым.

— Завтра утром я зайду за тобой. Будь готов. И возьми с собой Горста и Эдварна. Думаю, им понравиться завтрашняя… прогулка.

Он подмигнул и, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал прочь. Я перевёл дух и открыл дверь. За ней меня ждала совершенно иная атмосфера.

Общий зал гудел от живых звуков и тёплых ароматов. Орн, развалившись в кресле, с жаром жестикулировал, увлечённо объясняя что-то Горсту. Его старческое лицо светилось таким воодушевлением, какого я не видел с давних пор, ещё до осады. Каэл, примостившись на диване, внимал каждому слову, и в его обычно отстранённых глазах горел огонек надежды. Даже Эдварн, прислонившись к стене, слушал, и на его суровом лице играла тень интереса.

Все взгляды устремились ко мне.

— Макс! Наконец-то! — Орн сиял, словно солнце. — Где пропадал?

— Был на совете с Системными Творцами. — ответил я, стягивая рубаху и бросая её на ближайший стул.

Я подошёл к столу, где стоял кувшин с водой, и наполнил кружку до краёв. Прохлада и вкус были просто божественными.

— А у вас тут, я смотрю, праздник? Поделитесь новостями?

— Да как тебе сказать, сынок! — Орн не мог усидеть на месте, подпрыгивая от нетерпения. — Этот Торин… Он просто гений! Ты представляешь, какие у них тут технологии? Они не просто работают с деревом, а будто поют с ним! А инструменты! Я таких и во сне не видел!

Он захлёбывался от восторга, и я невольно улыбнулся. Старик снова был в своей стихии.

Я посмотрел на Каэла. Парень встретил мой взгляд и коротко кивнул, сжав кулаки. В его глазах я читал не просто надежду, а яростную, нетерпеливую решимость. Он был готов на всё, лишь бы снова обрести опору под ногами.

И лишь Эдварн оставался в стороне. Он стоял, скрестив руки на груди, и его взгляд был прикован к полу. В нём не было ни злости, ни обиды. Скорее, он казался потерянным. Воин, лишившийся войны, отряда, цели.

Остальные переглянулись, и в воздухе повис невысказанный вопрос. Я почувствовал его кожей. Их тревожило будущее в этом странном месте.

— Меня официально приняли в Пристанище. — сказал я, опережая их волнения. — Я теперь один из них.

Я обвёл взглядом собравшихся: старого учителя, покалеченного юношу, его отца-солдата и осиротевшего воина.

— И вам не о чем беспокоиться. Пока я здесь, никто нас не разлучит. Вы поверили в меня, пошли против Империи, против приказа, против всего, что знали. Я сделаю всё, чтобы вы не пожалели о своём выборе. Это моё обещание.

Мои слова, казалось, немного разрядили атмосферу. Горст кивнул с привычной сдержанной благодарностью. Каэл улыбнулся — редкая, почти забытая улыбка. Орн хмыкнул и потрепал меня по плечу.

— Знаю, сынок. Знаю. С тобой мы как за каменной стеной.

Эдварн же наконец поднял на меня взгляд. В его глазах я увидел не благодарность, а немой вопрос: «А что же я? Куда мне теперь деться?» Я понимал его. И мы обязательно должны были найти ответ.

Мы ещё немного пообщались, делясь впечатлениями дня. Орн снова и снова возвращался к разговору с Торином, смакуя технические детали. Горст расспрашивал меня о Лериане и Элронде, оценивая их надежность как союзников. Но постепенно разговор затих, усталость взяла своё, и мы разошлись по комнатам.

Утро следующего дня было… странным. Мы находились в сердце горы. Единственным источником естественного света был гигантский купол где-то наверху. Но гениальность Творцов проявилась и здесь. Наши комнаты, вырубленные в толще скалы, не имели окон в привычном понимании. Однако местные архитекторы придумали хитроумный способ не дать жителям забыть о смене дня и ночи и впасть в депрессию.

В стенах каждой спальни и общей гостиной были встроены большие панели, имитирующие окна. Они были выполнены из полупрозрачного кристаллического материала, и их освещение централизованно регулировалось, синхронизируясь с циклом купола. Когда наступал «день», из «окна» лился мягкий, рассеянный свет, напоминающий солнечный. С наступлением «ночи» панели тускнели, испуская лишь слабое, ночное, голубоватое свечение, подобное лунному.

Это было необычно, но невероятно удобно и продуманно. Биологические ритмы не сбивались, и сознание не страдало от клаустрофобии.

Освещение в самих помещениях обеспечивали те же встроенные в стены и потолок кристаллы. Управление ими оказалось до смешного простым, хотя и без всяких инструкций. На уровне пояса в каждой комнате находилась гладкая деревянная панель. Достаточно было приложить к ней ладонь на пару секунд, и свет плавно загорался или гас. Мы выяснили это методом «научного тыка», и эта маленькая победа над бытом заметно подняла всем настроение.