Я вышел из Живого Ремесла. Реальность обрушилась на меня грохотом боя. Гаррет, Бранка и Лериан продолжали наседать на Элронда, но мое чувство вело меня не к ним. Оно, как магнитная стрелка, неумолимо тянуло к моему поясу, к Топору.

Я доверился ему. Выхватил топор и занес руку для удара. Чувство кричало: «Туда! Вон туда!». И я бросил топор… в статую Топора.

Лезвие, пронзая воздух с тихим свистом, описало короткую дугу и… не отскочило от древнего, неуязвимого постамента, а вошло в камень, как в масло, глубоко, по самую рукоять.

На мгновение все замерло. Даже Элронд прервал свою насмешливую тираду, уставившись на торчащий из статуи топор с немым изумлением.

Затем перед моими глазами вспыхнуло уведомление. Не голубое, не золотое — а чистое, ослепительно белое.

Путь Созидания

Обнаружена «Живая Сталь» в спящем состоянии

Навык Живое Ремесло… Достаточен

Активация возможна

Произвести активацию?

В памяти всплыл один из первых дней в этом мире. Статуя Топора, сообщение о «Живой Стали», которое я получил, приложив к ней топор. Тогда мой навык был слишком слаб. Но теперь…

«Да». — мысленно рявкнул я, не колеблясь ни секунды.

И мир схлопнулся. Казалось, вся площадь, весь свет, звук, вся энергия битвы и отчаяния устремились в одну точку — в топор, вонзенный в статую. Он стал чернее самой темной ночи, чернее бездны под Хранилищем. Вокруг него пространство исказилось, заплакало, стягиваясь, как ткань, поглощаемая воронкой. Это была не метафора — я физически почувствовал, как меня потянуло вперед, к этому черному солнцу, пожирающему реальность.

И в этот миг меня осенило. Мимио! Он же все еще был внутри! Ужас ледяной иглой вонзился в сердце. «Нет, нет, нет…».

Но было поздно. Процесс нельзя было остановить. Концентрация энергии была такой, что слезились глаза и звенело в ушах. Камень статуи вокруг лезвия начал светиться изнутри тем же белым светом, что и системное уведомление.

Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Давление исчезло, и оглушительная тишина накрыла площадь. Даже Гаррет замер, и все взгляды устремились к статуе.

Мой топор… изменился. Он перестал быть просто металлом и деревом, и стал… идеальным. Совершенным в своей простоте. Линии его стали плавными, абсолютными, словно высеченными не рукой кузнеца. Металл был не темным и не светлым, а прозрачным, как чистейший хрусталь, и сквозь него пульсировала бездна звезд. Рукоять из слияния древесины и стали казалась теплой, живой.

Перед глазами всплыло описание. Короткое и ужасающее.

«Топор Искры Творца»

Урон:???

Прочность: Неразрушим

Свойства: Отсутствуют

«Когда воля творца становится абсолютной, инструменту не нужны свойства. Он — лишь продолжение воли».

Но это было не все. Из топора начал проступать… мерцающий свет, который затем сгустился, обретая почти человеческие очертания.

Через мгновение перед топором парило существо ростом с ребенка, вылепленное из чистого, теплого, золотистого сияния. У него были лишь общие контуры — голова, туловище, конечности, но без деталей, без лица. Оно плавно опустилось на землю и с удивительной легкостью извлекло Топор Искры из камня. Держа его в сияющих руках, оно повернулось и медленно, невесомо поплыло ко мне.

Мое сердце замерло. Мысль молнией пронзила сознание, и я инстинктивно бросил взгляд на индикатор Помощника. Запас энергии под ним был… устрашающим.

Запас помощника (Мимио): 1 813 985 280 ед.

Невероятная, астрономическая цифра. Но откуда? И как?

Существо из света приблизилось, его сияние окутало меня. Оно подняло голову, и там, где должно было быть лицо, я почувствовал… улыбку. Теплую, до боли знакомую. Мимио…

Он протянул мне топор. Дрожащей рукой я ухватился за рукоять, и в тот же миг Помощник шагнул вперед… и слился со мной. Ощущение было непередаваемым — не боль, не вторжение, а скорее возвращение. Словно часть меня наконец вернулась домой.

Я вновь активировал Живое Ремесло. Оказавшись внутри рядом со мной стоял Мимио.

— Спасибо. — прозвучал его голос в моем сознании. — За все. За дом. За дружбу.

— Нет… — попытался я возразить, пытаясь осмыслить происходящее.

— Но ты еще не закончил. — ответил он. Чувство направления, которое привело меня к статуе, вспыхнуло вновь, но теперь с десятикратной силой. Это был не просто указатель, а сама Система, на мгновение приоткрывшая мне свой внутренний механизм, протягивающая руку.

Я подчинился. Повернулся к центру пространства, мысленно представил перед собой Топор, и началось великое Поглощение. Открыв инвентарь, я вывалил все его содержимое в этот белый вихрь перед лезвием.

Живая Древесина (Молодая) — 30 бревен. Они вспыхнули изумрудным пламенем, втягиваясь в прозрачное лезвие и наполняя его первозданной силой роста.

Живая Древесина (Зрелая) — 37 бревен. Черные, пропитанные смертоносной энергией Леса, бревна таяли, как воск. Их искаженная суть очистилась, переплавилась в нечто новое, стала основой грядущей мощи.

Живая Древесина (Старшая) — 18 бревен. Древняя, почти окаменевшая древесина, несущая в себе мудрость веков, растворилась, вплетая в топор нити времени, незыблемой прочности.

173 Одухотворенных Кристаллов. Они влетели в топор роем светлячков, наполняя его чистой, структурированной энергией. Кристаллы стали его нервной системой, матрицами будущих чудес.

12 ед. Фрагментов суставной древесины Короля Леса, Концентрированная ментальная эссенция, пластины панциря и когти. Внеклассовые материалы, добытые в невероятной битве. Они впаялись в топор, образовав ядро абсолютной, чужеродной мощи, способной переписать любые законы.

Топор жадно поглотил все, став тяжелее, плотнее, ощутимее. Но этого было недостаточно. Внутреннее чутье подсказывало: нужна еще энергия.

Я открыл шлюзы. Мой собственный резервуар в 25 194 240 единиц Живой Энергии хлынул в артефакт могучим потоком. Топор затрясся, загудел низкой, вселенской нотой. Но даже этого было мало. Тогда подключился Мимио. Его почти двухмиллиардный резервуар обрушился на топор не потоком, а целым океаном.

Пространство навыка не выдерживало. «Стены» пошли трещинами, голубые узоры вспыхнули и погасли, фонтанчик энергии взревел, вырвавшись из-под контроля. Это было похоже на рождение звезды внутри меня, но процесс не остановился — Система неумолимо толкала вперед. Я поднял руку, коснулся виска кончиками пальцев и сосредоточился.

Через мгновение рядом с топором, парящим в пустоте, начало формироваться свечение. Первым возник Крон. Широкоплечий, с мечом и ухмылкой выжившего волка, с которой он впервые позвал меня в свой отряд. За ним — Лиор, высокий и суровый, но в его глазах мелькнула редкая искра одобрения. Брэнн, с бородой до груди и вечной мрачной сосредоточенностью. Рагварт, осторожный и зоркий. Кэрвин, холодный лучник с прищуренными глазами.

Они встали полукругом, призрачные, полупрозрачные, но улыбающиеся. Их образы, смелость, упрямство — все это стало частью меня, частью моей решимости идти вперед несмотря ни на что.

За ними материализовались другие. Аррас, высокий и надменный. Горам, титан с двуручным мечом. Сера, быстрая и смертоносная тень. Лис и Ворон — безликие, но верные своему долгу до конца.

Все они пали жертвами этого проклятого мира, его бесконечных войн и коварных интриг. Я не смог их спасти, но дал клятву оберегать тех, кто остался. Их тени стали моим вечным стыдом, моей неумолкающей болью, моим неугасимым пламенем. Они смотрели на меня, и горячая слеза потекла по моей щеке. И тогда… появилась она.

Маленькая девочка, лет семи-восьми. Темные, пушистые волосы обрамляли лицо, а большие, темные глаза сияли жизнью. На ее губах играла задорная, озорная улыбка. Она помахала мне рукой, как старому другу. Ксела.